Любовь Суккуба⁠⁠

В лучезарных доспехах от солнечной длани,

С грозным копьём за плечом, Паладин.

Красив и страшен для врага на поле брани,

Для нечисти он, как для христиан Саладин.

.

И услышал герой в кабаке о старом склепе,

Где силы зла пируют на дедовых костях.

Оседлал коня и устремился через степи,

Вершить правосудие на деле, а не словах.

.

Погорелая деревня погибла от летнего зноя

Не спасла тень от соседнего ивового строя.

Все казнены рукой беспощадного светила,

Но что за тварь на пепелище наследила?

.

Вёл лукавый след из копыт и сажи за брод.

В брошенное кладбище в могильный грот,

Где вместо гниющих адептов была... Она?

И как назвать владелицу огненного руна?

.

Впервые поражён воин и не чужим мечом,

А прекрасным, рогатым ликом смуглянки,

Что смотрит из под кудрей на него орлом,

Очами, в которые залили медовые склянки.

.

Лозой повисла копьеносная рука пред ней,

И щит свалился у изящных овечьих копыт.

Сердце,знавшее лишь веру и смерти людей,

Покорил той красоты и невинности вид...

.

Но что красота, конечно были у неё и чары,

Магия слов и обаяние беса нанесли удары.

Как выстоять прожённому горем бойцу?

Ведь он с юности видит лишь смерти косу...

.

И окаменел рыцарь, впервые поражён.

Не был ранен эспадой, гизармой, ножом.

Отбивал стрелы и копья крепким щитом,

Но не отвёл этого удара в сердце прямиком.

.

Забыт и бог, и клятвы, храм, отец наставник,

Только её глаза-миндалины в тени свечей.

В блаженстве любви покорился странник,

Но лишь бед можно было ждать от тех очей.

.

"Иди же, возляг со мной хоть раз, человече"

И трудно было отказать рогатой дьяволице.

Готовились к душе паладина адскик печи,

Он ринулся в пасть к голодной волчице...

.

"Но второй раз следует заслужить, дружок,

Не бесплатен был и первый, твой должок.

Прощу конечно, отплати лишь одним,

Езжай за наставником, будь же здесь с ним"

.

Быстрее крови в жилах поскакал он в храм.

У него одна госпожа, ослушаться - харам.

Сквозь поля, по спинам крестьян и бродяг,

Только цель впереди, без стен и передряг.

.

К алтарю на коне подъехал, взяв за шею,

Того, кто как отец вырастил сироту-юнца.

Тараном шёл, лишь бы увидеться с нею,

Оставив след из трупов, а на крупе отца.

.

Бросил в могильную пыль перед склепом,

Старика, с молебными глазами щенка.

Его обжигала своим огненным светом,

Демоница, заострив свои витые рога...

.

"Что же, он послужит нам с тобой на славу,

Свою мудрость передаст тебе по праву.

Поглоти её вместе с его старым телом,

Станешь мне милей на всём свете белом"

.

И без оглядки, без мысли единой, сомненья

Облил старика маслом для вкуса и горенья.

Вот он уже и лежит с дивной подругой,

Счастливый… А рядом белые кости грудой.

.

Хвост обвивает мускулы чуть посеревшие,

Жгучие поцелуи оставляют лёгкие ожоги.

Любовница разминает ноги занемевшие

И новые приказы ложатся в чёрные строки.

.

"Деревня стоит за третей горой на востоке,

Там их силачи известны на всю округу.

Неси от каждого сердце в короткие сроки,

И не смотри на возраст, исполняя услугу!"

.

Вновь взбешён конь дорогой и звон копыт.

Но есть в нём уродство, будто вовсе не сыт.

Кажется свежей травы не мало на кургане,

Но выпирают как клыки рёбра в его стане.

.

Взглядом чёрным паладин рвёт горизонт,

Уже маячат впереди бурые створки ворот

И ждут своей смерти обречённые богатыри,

Ведь для своей любви бьётся за десятерых.

.

От младенца до старца, от девы до мужа,

Он всех губил, его ведь любовь влекла

Поднялась над деревней могильная стужа,

В небо смотрели взгляды полные стекла...

.

Выложил он в её честь портрет из добычи,

Полотном послужил собственный щит.

Не было теперь в округе ни травы, ни дичи.

Всех пугал портретиста бледный вид.

.

Следы поцелуев, ожогами сменились,

Клеймом они на паладине закрепились.

Синие пятна ему теперь заместо румянца.

Нет нежной кожи, лишь грубость сланца.

.

Но желает, осталась страсть в юнце и сила.

Ему она снова женское тепло сулила...

"Осталась для тебя последняя работа,

И тогда только ты и я в стенах нашего грота.

.

"На берегу кипящего моря высокий дом,

В нём маги заточены много дней и ночей.

Помоги им, освободи их на заре огнём,

Выпусти на волю моих крепостных друзей"

.

Схватил он факел, вскочил на коня остов

Ведь не осталось ни гривы, ни сильных ног.

Лишь рогатый скелет бежит быстрее ветров

Безумному хозяину желает отплатить долг.

.

Сквозь леса осенние, поля без урожая,

Не взирая на болота и коню угрожая,

Он скакал подсветом сотни лун подряд,

Желая скорее приблизить собственный ад.

.

И горит башня, а в ней все спящие маги...

Близиться конец миру, так и нашей саге.

Из кипящешо моря хлынул смрадный поток

Друзья демоницы свободны, кончился срок.

.

Орда демонов обращает города в пыль.

Стонет людской род, доживая свой век.

Нет живой души в округе на сотню миль,

А главный герой... Давно не человек.

.

Живой труп слез с того, что было жеребцом.

Копьё стало тростью для остатков паладина

А он для мира стал полудемоном-палачом,

И с его любовью наступила всему кончина...

.

И всё также, как в самом начале стоит она,

Его вечная любовница, супруга и жена...

"Ты герой, мой милый, так мне помочь!

Будет тебе теперь в награду вечная ночь!"

.

Скрипя суставами обнял её механически,

Пустые глаза глядели также романтически.

Но нет уже глаз, нет плоти, сердца нет,

Изнутри льётся лишь былых чувств свет...

.

Прижимался сильней он к демонице слепо

А она держала в руках чёрный кинжал.

"Я люблю тебя",- прохрипел воин нелепо,

Сталью и страстью сражён был наповал...

.

Но теперь окончательно, навсегда остыл.

Скелет, растерявший человечность и кровь.

Он лежит у ног той, которую любил.

Опаснее ненависти, только любовь...