Крыша⁠⁠

Последние дни лета...

Я сидел на крыльце и чистил картошку, кидая нож в деревянный забор на котором была нарисована мишень. После каждого броска я вставал с места, подходил к забору вытаскивал нож и возвращался обратно чистить картофан. Идиотизм, но зато не скучно. Хоть и был день на дворе, но деревня как вымерла, все куда разбежались или сидели и слушали дебаты по ТВ, пытаясь разобраться в сортах политического говна, как по мне, я вообще бы сразу выбрал соседскую кучу навоза и сгрузил ее по центру зала заседания Гос. Думы РФ пользы и то больше было бы. Проросла бы роза в этой горе навоза и дарила счастье и не знал бы наш народ ненастья.

К калитке подошел дед Егор, которому беспизды было уже лет 400, но он был еще бодр, сам ходил хоть и с палочкой, дымил как паровоз, правда херово слышал, но это ему не мешало выносить мозг всему селу. Он ловко отодвинул задвижку со стороны двора и зашел на участок, медленно ковыляя ко мне.
- Бог в помощь – снял он кепку, обнажая лысину.
- Здравствуйте!
- А?
- Говорю: Здравствуйте!  - крикнул я и птицы сорвались с березы.
- Иду, гляжу, ты, аль ты?! Постарел ты и не узнать…- вздохнул он и присел рядом, закуривая вонючую сигарету от которой и без того увядшие флоксы загнулись окончательно. Он долго смотрел на забор и мишень – Чой то?
- Для этого – кинул я нож.
- На хуй? – не понимал он.
- Тренируюсь – вкричал я ему в ухо слова.
- На кой?
- Еще пару недель тут и я кого-нибудь убью…
- Правильно, давно пора – выпустил он дым – А ты один приехали, али как?
- С собакой.
- А жена?
- В «ЗАГСе осталась»  – пошел я к забору, вытащил нож и вернулся на приступок.
- Да-а-а-а, бабы они такие – задумался дед – Хотя с другой стороны, как без них?! А, вообще, бляди они все, бляди!
- Почему это?
- Давеча, чой-то с антенной у меня случилось, хер проссышь, то ли ворона села, то ли ветер провод повредил и пошел я значится до Зинки, ну на краю, знаешь?!
Я кивнул, продолжая чистить картошку.
- Она же видит то херово, ну ты знаешь. Хотел новости у нее посмотреть, дебаты и кого выбирать, сам понимаешь, дело то ответственное их там у бюллетени то, как у суки блох хуй разберешь. Захожу, она сидит и в телевизор зенки свои полуслепые уставила и как статуя. А в телевизоре концерт какой-то казали и там лохматый пацан скачет – он посмотрел на меня – Нет, не похож на тебя ты старый, а тот молодой был, кучерявый такой, сукин сын, и поет главное как будто яйца его дверью зажали, а она вся прям аж, трясется! Сучка…- сплюнул дед.
- Так может у нее тремор уже вот и трясется? – улыбнулся я
- Поди знай. Говорю ей, переключай канал там сейчас дебаты будут, а она ни в какую, разругались в общем – вздохнул он и выкинул бычок.
- Дед, ну... – встал я с места, поднял бычок и кинул его в картофельные очистки.

В это время со стороны огорода, зевая шла Джесс. Она подошла к нам и села рядом, осматривая старика.
- Медведя что ли завел? – неодобрительно посмотрел он на собаку.
- Это собака.
- А будка тогда где?
- Эти собаки в доме живут.
- Собаку? В дом? Да ты ошалел! Ты еще корову в дом затащи.
- Эти собаки дорогие, они не для улицы. От 50 тысяч…
- Скока? Ты ебнулся. Ну, ка дыхни!
- Мне ее подарили.
- Так продай! На хуй она нужна.
- Вот как раз на хуй она и не нужна – Закончил я чистить картошку и встал с места – Чай будешь, дед?
- Давай, только мне это сахару побольше лож, а то мозга плохо работать будет. Сахар он стимулирует.
Пока старик и Джесс гипнотизировали друг друга взглядом я пошел в дом, поставил вариться картошку и заварил две кружки чая взял пачку юбилейного и вышел на крыльцо. Собака уже куда-то умотала, а дед сидел и кидал, оставленный нож в забор, но безуспешно. Я поставил рядом с ним кружку и положил пачку печенья, отхлебнул из кружки и сел рядом.
- Хуйня какая-то! Чего он не втыкается! Заебся уже за ним ходить – с грустью сказал дедок.
Старики, как дети, наверно жизнь и правда - сплошной цикл. Мы рождаемся неопытными и глупыми, забавными и  смешными, пытаемся познать мир и кладем жизни на это, но чем больше мы умнеем и узнаем тем смешнее и глупее становимся.
- Смотри, вложил я ему руку нож, находишь центр тяжести чтобы он у тебя руках не болтался, как вялый член, и резким движением выкидываешь, сопровождая рукой…
- Дай я встану – приподнялся дед.
Я встал сзади него и взял его за руку в которой он держал нож.
- Я сам! Отойди! Понял, не тупой.
- Кистью работай, а не плечом!  - советовал я.
Дед размахнулся так как не надо и со всей дури что у него была кинул нож. Проблема заключалась в том, что забор между мной и соседкой был срезан чтобы проще было общаться. Нож, пущенный этим недоделанным старым Вильгельмом Теллем перелетел его с легкостью и воткнулся в соседскую дверь. В этот момент баба Валя как раз вылезла из своей избушки чтобы посетить могилу мужа на ближайшем погосте, она даже не предполагала что только секунды ее отделили от воссоединения с суженным.
- О! Егор! Ты чего тут? – завязывала она платок.
- Да вот, до Шурки пришел. Валь, подай там в двери – как ни в чем не бывало попросил дед.
- Ой, откуда он тут?
- Сорока принесла! Давай сюды – подошел дед к забору
- А я вот до кладбища – отдала нож баба Валя – Твоих тоже навещу заодно. Сейчас только цветов с палисадника  возьму – побрела она рвать последние цветы в этом году.
- Ну? Еще разочек? – спросил дед
- Все! Сдай оружие! А то кого-нибудь прибьешь.
- Ну воткнулся же? Прямо по центру двери.
- Егор Иванович, ты совсем умом тронулся? А попал бы в нее? Нож отдай!
- На! И чо? Ну попал бы и избавил ее от всех этого – присел он на приступок и отпил из кружки, распаковал печенье, взял ломтик окунул его в чай и откусил беззубым ртом.
- От чего? – улыбнулся я и присел рядом.
- От усталости. Думаешь она как и я не молиться каждую ночь пред иконами об избавлении? Вот и таскается на это кладбище. От любой жизни устаешь. Жить для того чтобы жить, смысла нет – закурил старик.
Деревенский необразованный старик смотрел куда-то вдаль, погружаясь в свои мысли и рассуждал о бытие.
- Егор Иванович, ты чего? Еще возьмем Берлин – усмехнулся я и протянул ему печенье.
- На кой мне это Берлин? Если телевизор не кажет и крыша тякёть.
- Так вроде Витька тебе вчера крышу латал?
- Пьянь! Упал с нее, руку сломал, пиздец. Царствие ей небесное.
- Кому? – испуганно спросил я
- Руке! Сломал в двух местах, а с нашими врачами, сам знаешь, она ему теперь только для подтирания сраки и сгодится. Хотя этому засранцу и подтирания не нужно.
- Попроси кого-нибудь другого.
- Так нет никого, все или у город на весь день уехали или такие как я. А к вечеру дождь обещали. Давеча проснулся, весь мокрый, подумал, ну все, ссаться начал, ан нет и ебало мокрое. Смекнул что во сне сам себе на ебало не мог надуть значит опять тякёть! Мне не так много осталось, но хотелось бы под собственной крышей…- вздохнул он.
- Дед, я с крышами не очень, вот если бы сруб сделать, сарай, отделка, все что угодно, я высоту не переношу.
- Да там делов на минут 15!
- Прости…
- Вот – он достал из кармана смятую тысячу рублей.
- Убери, прошу.
- Там всего на 15 минут работы – заискивающе посмотрел он.
- Хорошо… Пошли, только собаку найду.
- Там беда одна.
- Какая?
- Тот шифер через который затекает лопнул.
- Классно! И где я тебе шифер найду? Рожу?
- В сарае у вас вроде остался, мамка твоя говорила когда еще старая крыша была, отец твой запасал – сделал невинный вид дед.
- Ты дед, по-моему, знаешь мой дом лучше, чем я – пошел я к сараю, открыл его и начал разгребать там. И правда я нашел около 15 листов шифера который мы сперли с покойным отцом с ангаров. 90-е, полная жопа, денег нет ни хуя нет. И вот батя придумал схему чтобы перекрыть дом спиздить шифер с заброшенных ангаров, мне было лет 13. Меня он отправил на крышу ангара чтобы я спускал шифер, а он ловил его внизу. Я благополучно освободил шифер от гвоздей при помощи гвоздодера дощечки и резинки, чтобы не повредить, зацепил крюком за отверстие, где был гвоздь и начал травить на веревке, но проблема оказалась в том, что обувь начала скользить и я начал скользить вслед за листом шифера.  «Держи веревку мудак! Разобьешь лист пиздец!» - кричал отец. Я обмотался веревкой и упал на крышу, уцепившись в лист прибитого шифера, понимая что если разобью, меня убьют, а если не удержусь убьюсь сам, ангар был с трехэтажное здание. «Трави! Дрочишь что ли там!?»  - орал отец. Из фаланги пальца пошла кровь потому что я впился в кромку прибитого шифера, но меня все равно тянуло вниз. «Трави! Отматывай веревку!» - продолжал орать отец. А как ее отмотать с пояса если на двух руках весишь, как сопля. Я как мог подтянулся и ногой зацепился за проем, получив упор, отмотал часть веревки с пояса и отец смог принять лист шифера.  «Что там?»- крикнул он. «Руки все в крови, пап». «Мудак! Перчатки надо было надевать!» - проорал он. «Так ты сказал что их нет!» - кричал я с крыши. «Родил мудака. Тряпкой обматал бы! Спускайся, толку с тебя». На следующий день, подлечив руки и уже в обмотках я вернулся на крышу ангара откуда мы сняли штук 50 листов шифера.
Если сейчас меня спросят что мне дороже моя сегодняшняя жизнь или мат отца и этот шифер, я бы отдал все чтобы висеть как сопля на этом ангаре и слышать его мат, его последний хрип пред смертью на моих руках и воспоминания в голове сменяются голосом  деда Егора:
- Ну? Есть?
- Да. Сколько листов надо?
- Пару вытаскивай, на всякий случай.
Я вытащил листы шифера, достал тачку и горизонтально положил их. Мы вышли с участка, Джесс вырвалась за нами и первым делом начала приставать к курам, одну она отловила и придушила я, бросив тачку, подбежал и схватил ее. Понятное дело, она просто играла, но курице от этого было не легче. Дал по морде и поставил на дорогу. Но, она не успокоилась, подбежала к уже оклемавшейся курице и двинула ей лапой по голове после чего гордо пошла за нами.
- Бабы – пожал плечами дед  Егор.
Мы подошли к дому деда Егора. Я сгрузил шифер и осмотрелся.
- Тама! Видишь? Между терраской и основной крышей.
- Вижу. Лестница где? Гвоздодёр и молоток дай – отогнал я Джесси которая начала прыгать на меня.
Через несколько минут я уже был на крыше, снимая старые гвозди и лопнувший шифер. Оказалось что и второй лист тоже уже давал течь.
- Квасу хочешь? – крикнул дед снизу.
- Хочу!
- А! Ну ладно тогда, как хочешь, я в доме, кричи, если что -  удалился в избу старик.
Глухой хрен – подумал я, отрывая второй лист шифера.
- Бог в помощь – крикнул дядя Витя который вошел на участок деда и начал пристально наблюдать за мной.
- Спасибо.
- Крышу кроешь?
- Пытаюсь.
- Так листы не так сымают! Чего ты делаешь? Затекать будет даже с новым, надо  справа налево менять!
- Так залезьте и помогите – крикнул я
- У меня спина…
- Здорово, Вить – вылез дед Егор
- Дед, говорю он не так делает! – начал лекцию «мастер»
- А как надобно?
- Ну, нужно слева приподнять, а то не лягут новые листы.
- Саша! Ты слышал? – крикнул дед Егор
- Слышал…
- Здорово мужики – вошел на участок Николай – О! Саня….Ну как ты разобрал? Не ляжет же.
- Вот и я говорю. Хуйню делает! – подтвердил дядя Витя.
- Рубероид вообще лучше новый положить – вздохнул Николай – Сань, ты новую подложку сделай, а потом уже шифер лож.
- Хуйню делает – вздохнул дядя Витя
- Здоров мужики – приперся дядя Юра – Саш, нужно верхние листы снять, а потом уже ложить на терраску  - посоветовал он.
- Может хотя бы тот же рубероид подадите? – спросил я.
- Не вопрос!  - Николай приподнялся по лестнице и передал мне небольшой рулон.
Я укрепил его. И настало время шифера,  втащил его на крышу и ровно начал прибивать.
- Левее бери, там зазор – орал дядя Витя
- На хер! Чуть на себя! – кричал дядя Юра
- Смещай правее, не видишь что ли?! – кричал Коля
Когда я все сделал, мне дед Егор приказал еще разобраться с антенной, если все равно сижу на крыше, мне пришлось залезть на конек. Проблема оказалась и правда в проводе, но удлинитель спайка и изолента все решили.
- Надобно обмыть работу – сказал Николай
- Понял мужики…- побежал дед в дом и принес пару бутылок самогона.
- Сань? Ты чего там? – крикнул Николай.
Я сидел на крыше и смотрел вдаль. Река, леса, мост, уходящие дали моего бытия.
- Давай к нам?!
- Нет, мне тут хорошо – прилег я на конек.
Джесс бегала между ними и довольно лаяла, потому что ей перепала целая банка тушенки из лососины.
- Спасибо, Саш – крикнул дед Егор
- Не за что, тебе спасибо – опять уставился я вдаль, разглядывая родной пейзаж…