Конкурс поэтов
Конкурс поэтов
Башинская Татьяна
Честные соревнования будут: кто кого переборет. Но сначала стишки читаем с секундомером, кто быстрее и наоборот. Вот у кого больше зрителей от скуки не сдохнет, тот и победил. Тут один слушал, зевал и челюсть свихнул - симпатии жюри!
А стихи высоким стилем, те вообще - в прыжке. Ну нет,постойте, поэт, так не годится, с табуретки всякий высоким стилем может. С моста?.. ну это вне программы, пожалуйста.
Соревнования это дух! на олимп, братцы, лезем. Нимбами облака скребем.
А во втором туре художественность проявляем. Главное это что? Поэзия - пластика, это от природы, прогнуться уметь надо и линию правильную соблюсти и направленность.
Самый главный поэтический спорт - это вес. Вес нужен до зарезу, критик ау, пиши! Пиши критик хорошо, а мы тебе - пряничек. Как значимый вес в малых кругах наберем, так большим писателем станем.
Эпизодом выскочил на сцену корифей и опять гордо напомнил всем, что у него есть литпремия о 1879 года.
Тут же на солею два народных поэта взгромоздились, ненароком стоптав ведущую, старались быть небрежными, в мегафон невзначай обмолвились как однажды им в районной библиотеке выдали премию за громкие голоса.
Ведущую вынули из оркестровой ямы, отряхнули, и все личные регалии явлены были в большой мир искусства, все стали меряться ими страшно косясь друг на друга, змеиное шипение заглушило аплодисменты, но все быстро кончилось.
"А удалось кому заработать стишками денег", - спросило веселящееся от чего-то жюри.
Тут бомжеватая старушка с рюкзачком, которую никто не знал, как выскочит, как выпрыгнет! Голос у нее был писклявый, стишки она писала исключительно про большую, и настаивала, что не может быть поэзия профессией, за деньги ей кажется - не любовь. Особенно за гроши. Тут бедные поэты и согласились бы, но ее как всегда никто не расслышал.
Оценки поэзии - это вкусовщина. Слово всем понравилось и конкурс поэтов лихо перескочил в привычные рамки: битье посуды и лица, называется обсуждение.
Многие же успели крепко понять друг друга прошлыми пьянками и лихо перебрасывались только им понятными терминами: реверсность, апология, нарратив не нарративный. И всем было по понятиям, пока не пришла уборщица и не выключила свет.
Психиатры кормятся с чужих страхов, а священники со слез. А поэтам все равно, они вечно голодны, жаждой творчества обуены, кормить их ни к чему.
Весь многополовой мир поэзии нельзя купить ни за рубли, ни за славу, не потому что не продается! Очень хочет, да вот не получается.
Потому суда на них нет.