Зимой у нас организовали бригаду по очистке крыши цеха от снега. Взбираться на верхотуру по пожарной лестнице напряжно и ссыкотно. Потому, начальства с проверкой мы не боялись: аврально работали до обеда, а потом по-тихому сваливали. Однажды ушли так пораньше. Я со своими друзьями уже успел посидеть хорошенько. А в это время нашему начальнику пожаловался другой начальник, что мы кидаем снег прямо ко входу его участка, и что, мол, это не дело. У меня звонит телефон. Слышу мат-перемат. А я уже в таком состоянии - "Ало, хто это? Директор? Пошел ты в жопу, директор. Не до тебя сейчас". Хорошо, сразу не ответил. Пока слушал его ругань, врубился в ситуацию. Ладно, говорю, будем кидать на другую сторону.
Зимой у нас организовали бригаду по очистке крыши цеха от снега. Взбираться на верхотуру по пожарной лестнице напряжно и ссыкотно. Потому, начальства с проверкой мы не боялись: аврально работали до обеда, а потом по-тихому сваливали. Однажды ушли так пораньше. Я со своими друзьями уже успел посидеть хорошенько. А в это время нашему начальнику пожаловался другой начальник, что мы кидаем снег прямо ко входу его участка, и что, мол, это не дело. У меня звонит телефон. Слышу мат-перемат. А я уже в таком состоянии - "Ало, хто это? Директор? Пошел ты в жопу, директор. Не до тебя сейчас". Хорошо, сразу не ответил. Пока слушал его ругань, врубился в ситуацию. Ладно, говорю, будем кидать на другую сторону.