"Классика"⁠⁠

Я ничего не писал почти четыре года. В августе на сайте Disgusting Man был конкурс хоррор-рассказов, и чот меня дернуло поучаствовать. Писалось всё в краткий срок, и под ограничение по количеству символов, поэтому получилось немного скомкано. Приятного(возможно) чтения.

-----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

То, что я зря выбрал автобус, как средство передвижения, на пути в северную столицу стало очевидным для моего тела уже спустя пять часов. Зад онемел, ноги затекли и даже небольших остановок, на междугородних станциях этот рейс не предполагал. В целом, именно это мне было и нужно – быстро добраться из точки А в точку Б. Вылета самолета пришлось бы дожидаться ещё около суток. Так что дискомфорт был не столь важен. Но в чем была причина спешки?

- Привет… Знаю, что поздно, но причина для звонка весомая…

- Веская, - машинально поправил я, - В час ночи причина должна быть очень веская.

- Очень веская. Она пропала…

- Кто она?

- Ты знаешь о ком я.

Сонливость тогда сдуло быстро, на зависть всем зимним ветрам. Я понял о ком речь. Она… Её звали Ленор. Она не раз разбивала моё сердце, играла с осколками, заботливо собирая их в кучку, и снова проходилась по ним молотком. Пропадала и вновь появлялась на горизонте. Сраный насос под грудной клеткой опять начинал биться чаще чем стоило бы. Как будто я пес, прости господи. Хорошо, что у меня не было хвоста… Это было бы совсем унизительно.

В том неожиданном ночном звонке информации было не густо. Питер, моя спонсор неврозов и запоев, наша общая подруга которая и прервала мои попытки заснуть, веселый алкотрип и… Фокус в духе Копперфильда – помпезное исчезновение.

- Как один человек может пропасть прямо из-под носа у другого?

- Она весь вечер была какая-то потерянная. А потом и на имя свое отзываться перестала, и взгляд был… пустой такой.

- Классика. А почему я? Почему не менты, не МЧС, не знаю, дружинники какие-нибудь?

- Да потому что!

- Бля...

- Я знаю, что ты всё ещё её любишь. Да в принципе, все знают. Она часто вспоминала тебя в последние дни, но боялась написать или позвонить.

Этого аргумента было достаточно чтобы уже через час я топтался на автовокзале и смолил одну сигарету за другой. И забывал периодически стряхивать пепел, падающий на одежду и куцую бороду предавая ей седины раньше времени. Была ли эта фраза мотивирующей ложью? Вероятность очень велика, но я всё равно не смог бы наскрести в себе ненависти чтобы оставить Ленор в беде. Она до сих пор мне снилась, в периоды, когда меня не донимала бессонница. Друзья говорили, что мне нужен хороший психолог, но нет… Мне нужен был хороший психиатр. Или она…

Ранний утренний автобус – прибывал в Петербург поздно вечером. Мне дико хотелось спать, но нервозность мешала себе это позволить. Бодрости не было, ясности сознания не было… Что вообще было? Чтобы не отключиться, я сначала напевал в голове дурацкие детские песенки. У сына детского психолога, в голове их роились десятки. Потом решил мысленно закричать. В периоды работы в охране, да и на ночных вахтах на флоте, это помогало на некоторое время. Я начал отключаться… Крик в голове вышел очень истошным и болезненным – «сознание агонизирует» в шутку подметил я. Вдруг, субтильный паренек, сидящий впереди, в паре кресел от меня, испуганно обернулся.

Неужели вслух? Никто из других пассажиров автобуса и ухом не повел. Даже кряхтящая всю дорогу грузная дама, что если не застала расцвет эпохи динозавров, то похоже, судя по габаритному виду, активно участвовала в их уничтожении вполне недвусмысленным способом. Я ради интереса немного повозился, чем снова вызвал недовольное кряхтение. Затем я несколько раз мысленно вскрикнул, с каждым разом наращивая истошность. Парнишка вздрагивал каждый раз. Значит не показалось.

Автобус подъехал к автовокзалу. В свете тусклых привокзальных фонарей стало отчетливей видно мерзостный серый мокрый снег. Сугробы навалить ещё не успело, зато луж уже было хоть отбавляй. На встревоженной душе стало совсем паршиво. Ещё мозгляк этот, который, похоже читал мысли. Впрочем, когда на мобильник капнула смс-ка: «Встречаемся в баре на Литейном», об этом пареньке я тут же позабыл. На Литейном было слишком много баров чтобы не заблудиться. Мог бы и на вокзале встретить. Ленивая жопа. Хотя мой давний товарищ, что вызвался встретить и помочь, предпочитал напитки покрепче и места с более спартанской обстановкой. Это сужало круг до трёх заведений.

«Такси прибудет через пять минут» - провозгласило уведомление, когда я услышал сперва неприятный смех, если не сказать ублюдочный, а после и звуки возни, перерастающей в потасовку. Давно не видел настоящего гоп-стопа. Черт же меня дернул посмотреть. Двое ребят уже повалили на землю третьего, и методично, со знанием дела, пинали, не давая и шанса подняться на ноги. В лежащем я узнал паренька из автобуса.

Не вовремя проснувшаяся честь не позволила остаться в стороне. В драку я влетел прямым с ноги в живот одного из нападавших. Подобный моему маневр второго был пресечен перехватом его ноги и ударом в лоб с кулака. А целился ведь в подбородок… Затем рывком поднял на ноги паренька из автобуса, и буквально за шиворот втащил его в очень вовремя подоспевшее такси. Не стоило оставлять шанса этим двум молодцам навалять ещё и мне, – и так дел много, а внезапность больше не на моей стороне.

Водитель наблюдавший часть произошедшего моментально тронул с места, едва я успел захлопнуть дверь. Вид у него был максимально невозмутимый. Один в один истукан с острова Пасхи… ну разве что с бородой. Похоже уже насмотрелся на подобное. Условно спасенный тяжело дышал и пытался прийти в себя, а я потирал кулак и надеялся, что его не выбил.

- Я ваш должник, - наконец вымолвил паренек, - Но вам не стоило сюда приезжать в это время. Сейчас оживают призраки прошлого.

- Точнее и не скажешь, - усмехнулся я, - Откровенно говоря, ещё вчера я и не собирался никуда.

- Зов сердца, - устало и как-то понимающе кивнул собеседник.

- Зовут-то тебя как, прорицатель херов?

- Всеволод.

- Сева, значит, - следом я обратился к таксисту, - Слушай, друг, а ты случайно Геворга Лепеньяна не знаешь? Я понимаю, что Питер большой, но чем черт не шутит?

- Жорика Лепилу?

- Смотри-ка, а черти-то в северной столице, шутники ещё те, - пихнул я вбок Севу.

- О, - вздохнул Сева, - Вы даже не представляете насколько.

Таксист по счастью знал и Жорика, и кабак, в котором тот обитал по вечерам последние полгода. Щедро расплатившись с «парнем с острова Пасхи», я потащил Севу за собой в бар. Должник так должник. Пригодится. Улица была фрагментарно залита светом неона, достаточно вырвиглазно на фоне остальной серости. Мокрый снег начинал понемногу смерзаться и превращать дорогу в скользкое месиво. За спиной послышался визг тормозов, и глухой удар. Обыкновенная авария, но краем глаза я заметил знакомую фигуру прямо посреди дороги, даже вздрогнул. И… Это была не Ленор…

Сева вглядывался в ту же точку. Как раз между новоиспеченных нарушителей дорожного движения. Там не было никого.

- Я говорил недавно, что сейчас просыпаются призраки прошлого? Этот ваш, - заключил Сева, и не дожидаясь меня сам направился в неоновый зев кабака.

Геворг приветственно помахал рукой из-за столика. Сева подсел первым и стал ждать пока я его представлю своему давнему приятелю.

- Это кто? – приподнял бровь Лепила.

- Это Всеволод. Всеволод это Геворг. Он же Жорик Лепила. В прошлом боец какого-то спецподразделения, хирург, моторист, свободный художник, а ныне… Напомни кто ты там ныне?

- Ветеринар. А где ты откопал этого… Всеволода?

- Где откопал там уже нет, - Жорик закатил глаза неудовлетворенно, - Ладно, хочешь подробностей вот тебе одна – достал из лужи. Веришь?

- Верю. Ладно, Шам, понимаю, что ты так далеко приехал не лясы поточить. Телефон девочки твоей отследили. Хостел на Кондратьевском. Гадюшник тот ещё. Проверили. Есть пара мальчишек с этого района, - Жорик достал из внутреннего кармана зиплок с красным смартфоном,

- По описанию никого близко похожего на неё не нашли. Так что пока тупик.

- Блять, Геворг откуда такие связи у ветеринара?

- Животинок разные люди лечить приводят, - уклончиво ответил Жорик, - Утро вечера мудренее, братишка. Я снял тебе комнату в хостеле.

- Мне нужно именно в этот.

- В этом и снял. У ветеринара бюджет не резиновый.

- Ладно. Ждите здесь, пойду умоюсь, а то кажется скоро свалюсь.

- А сколько вы уже не спали? – подал голос молчаливый Сева.

- Не знаю. Суток трое, может немного больше.

- Это плохо, - заключил Всеволод, и опять о чем-то задумался.

Туалет оказался на редкость темным для ярко-освещенного, в основных залах, заведения. Я несколько раз ополоснул лицо холодной водой и понял, что замерз, со всеми, так сказать, вытекающими. Как назло, все кабинки оказались занятыми, а единственный писсуар был замотан черно-желтой лентой, да так что напоминал арт-объект. Я вернулся к умывальникам, и понял, что стало ещё темнее. Вдобавок к постоянно сгущающейся темноте, меня пробил озноб. Что тут скажешь, длительное отсутствие сна подкашивает иммунитет. Разболеться вообще не входило в планы, и я уже перебирал в уме быстродействующие лекарства, и сколько могу на них потратить, все ещё теша надежду справить нужду и выйти в зал, пока в глазах не потемнело окончательно. Но, мельком глянув в зеркало понял, что зрение меня не покидало. В отражении уборная освещалась очень сносно, а ещё… Фигура за спиной, которую я ловил краем взгляда, всё время после аварии у входа в бар, из просто знакомых очертаний перевоплотилась.

- Сикильдроид, - шепот потустороннего гостя был негромким, но неприятным. Более неприятным его делало только то, что голос я узнал. Я ненавидел его обладателя до самой смерти, да и после тоже. И называл меня так тоже только он. Командир. Кажется, он даже был похоронен где-то в этих краях.

Попытка повернуться и сказать: «Иди на жопу, родной! Некогда мне», успехом не увенчалась. Меня подбросило в воздух, да так что люстра (люстра в туалете?!), едва не вонзилась мне в спину, и так же рывком шарахнуло об кафель. На спину будто кто-то встал. Кто-то, кто закинул на плечи слона. Воздух выдавило напрочь, но с последним хрипом на который его хватало, я все-таки выругался. Каждый справляется со страхом по-своему – меня выручал русский мат. Тонизировал как-то. Давление ослабло, и я успел немного вдохнуть, прежде чем, неведомая сила вновь отправила меня в потолок. В тишине, которую разбавляло только тихое позвякивание люстры, щелчок шпингалета одной из кабинок прозвучал как выстрел. Моментально стало светлее и я безвольным мешком рухнул на пол.

Из кабинки чуть покачиваясь вылез паренёк, который обслуживал соседний столик в зале.

- Хуя он у тебя лютый. Не был бы под кайфом, наверное, обосрался бы. Красава! Четко его послал.

- То есть ты все видел… и ничего не сделал?! – слова дались мне с трудом, дай бог чтобы эти кульбиты не стали причиной пары сломанных ребер.

- Ну, тут, вишь как… Как на трансформаторной будке написано – «Не влезай – убьет!». Призраки, они ж как мафия.

- В смысле?

- Случайных свидетелей стараются не оставлять.

К Геворгу и Севе я вышел потрепанный и растерянный, но бодрый.

- На тебя напал кто-то? – встревоженно спросил Геворг.

- Угу.

- Кто? Тот хилый оффициантик?

- Призрак, - сказал Всеволод. Жорик понимающе кивнул, и его рожа снова приняла будничный вид. Что за хуйня происходит, и почему это никого не удивляет? Чтобы немного отвлечься, я начал один за другим поглощать шоты из сета настоек, появившегося на столе в моё отсутствие. Выяснять что за пиздец почему-то вообще не хотелось. Мысли о призраке командира померкли, их снова вытеснили переживания о Ленор. Где она? Что с ней? И новый вопрос – а вдруг подобная херотень происходит с ней тоже? Это могло бы стать ответом на вопрос почему она пропала.

- А ты знаешь кого ты сегодня сюда приволок? – Геворг показал жестом на Севу. Я помотал головой.

- Скажи свою фамилию Всеволод.

- Завадский.

- Ну? – Жорик обратился теперь уже ко мне. Я снова помотал головой, - Ефросинья Завадская известная на всю страну колдунья. Его сестра.

- Ясно, - я немного подустал чтобы отреагировать ярче, и осушил фужер что отнял у Севы – сет настоек кончился. Гранатовый сок?! Пфф! Педик.

- Поехали.

Хостел, в целом, как минимум визуально на гадюшник похож не был. Чистенько, светло. Хорошенькая девочка-администратор тоже особо зашуганной не выглядела. Геворг снял комнату с одной кроватью, но Сева решил, что поедет со мной. Его-то я у местного хулиганья отбил, а вот телефон и сумка всё равно остались у них. У парняги не было ни ключей от квартиры, ни возможности связаться с кем-то из своих в городе – Всеволод имел на редкость короткую память на телефоны и адреса. Местные обитатели на нас косились, но не ничего не говорили. Впрочем, когда я стал докапываться до каждого встречного с фотографией Ленор на телефоне, коситься перестали, но немного напряглись. Похоже «мальчишки» Лепилы навели здесь шухера, так как один из встреченных сшиб стулья на хостеловской кухоньке, пятясь назад. Администратор оказалась самой сговорчивой из всех – когда хостел шерстили люди Геворга была не её смена. Зато, она видела Ленор. Та заселилась в полночь, выглядела растерянной, сняла койко-место, и ушла после того как час провела в местной ванной комнате. Телефон там и обнаружили.

Хотелось тут же начать переворачивать вверх дном весь город в поисках, но усталость, алкоголь, и в последнюю очередь рационализм привели меня в снятый номер. Сосредоточенный Сева чертил какие-то знаки на окнах и стенах.

- Сева, у меня нет лишних денег чтобы покрыть ущерб от твоих каракуль, - впрочем, когда я поднял взгляд – на потолке была размашистая надпись: «ХУЙ».

- Так… Претензия снята, Всеволод… как там тебя по батюшке?

- Это всё в целях безопасности, и… отчества у меня нет. Минут через пятнадцать будут гасить свет – тут такой режим. Так что вы вовремя пришли.

- То есть мой знакомец не сможет сюда проникнуть?

- Сможет. На самом деле мой уровень не настолько высок, чтобы полноценно сдержать такого сильного призрака как ваш. Мама бы смогла, или сестра… Но, физически воздействовать на вас он не сумеет.

Свет действительно погас через пятнадцать минут. В углу около двери начала сгущаться тень, постепенно обретая очертания командира, пока его образ не стал полноценным, так сказать. Выглядел он… Комично. В саване, бледный и с недельной щетиной, но всё такой же толстяк, как при жизни - командир был похож на маскота компании «Мишлен». Я пихнул начинающего засыпать Севу в бок:

- Ты тоже его видишь?

- Для меня это лишь сгусток теней. Я же его никогда не видел. Нужен тактильный контакт с тем, кто его помнит.

- Мерзкий, но забавный. Правда? – я бесцеремонно положил ладонь на голову Всеволода. Сева сперва поморщился, но потом чуть ухмыльнулся.

- В общем, спать он вам всё равно не даст, будет выть, мебелью погрохочет, и прочее. А я, пожалуй, пару часов подремлю. Нам скоро идти.

- Куда? Ты типа, чо ещё и будущее видишь?

- Очень редко, и не более чем на пару часов вперёд. Так что, то что пойдем вижу, а куда нет. Развлекайтесь, - с той же что и весь вечер каменной рожей, он лег и отвернулся. Мне стало интересно, не за выражение своего лица ли он огрёб на автовокзале?

Засранец уже спустя пару минут похрапывал. Командир, то кружил под потолком, то резко перемещался из угла в угол, но мебель не ронял и не выл – при жизни, он терпеть не мог делать хоть что-то из того что от него очевидно ожидают. Ожидания ему нравилось ломать, и он даже гордился своей непредсказуемостью. За несколько лет службы с ним моё уважение к нему то возрастало, то уходило в минус. А вот ненависть – была стабильной. Когда он умер, я зачем-то прихватил из госпиталя его протез указательного и среднего пальцев правой руки. Тупой поступок, и я до сих пор не могу его себе объяснить. По итогу я его где-то потерял. Сейчас он периодически грозил мне своей культей, что по итогу вызывало у меня не страх – а смех. Его годами боялись подчиненные, а я нет. Командира это всегда бесило. Я уже уволился, когда он умер. Приглашение на похороны отверг – опасался, что не поймут если станцую ламбаду на его могиле…

Я переключился на перелистывание фотографий на телефоне Ленор. Коты, архитектура, селфи. На селфи я задерживался подолгу. Мы вообще не общались около года, но я всё же ужасно по ней скучал. За этим занятием я пропустил момент, когда командир вдруг исчез, и стало тихо. Это немного напрягло. Впрочем, я продолжил листать фото. И вот на одном из селфи с подругой, что сообщила мне о нашей «пропаже», на фоне я разглядел этого жирного мудака. Девчонки фотографировались у могилы Цоя, а эта сволочь с хитрым прищуром выглядывала из-за надгробия, стоящего чуть поодаль памятника музыканту. Дальше были фотка могилы Горшка Горшенева, снова фотки архитектурных изысков северной столицы, коты, коты, и фотка листка на котором было накарябано карандашом «Скинуть фотки Шаму» и две полосы, подчеркивающие запись. В душе защемило. Я рассказал ей как-то что хотел бы посетить могилы музыкантов на песнях которых вырос. И эта заметка сейчас показалась невероятно трогательной и милой… Вдруг зазвонил мой телефон - Ленор.

- Эй, уёбан! Это не оригинально, да и вообще давай повнимательнее. Неинтересно исполняешь, - я помахал её телефоном. Всё вокруг завыло и завибрировало, стулья и небольшой журнальный столик взмыли в потолок, и с треском и звоном о него разлетелись, люстра же напротив рухнула на пол, немного не долетев до кровати. Вот это было немного страшно, но и ожидаемо.

- Да чо у тебя за фетиш с этими люстрами-то, дебошир хуев? – всё снова затихло. Похоже обиделся.

- Дразнить призраков которые хотят свести вас в могилу – это тупо, - пробубнил Сева переворачиваясь с боку на бок. Тишину ничто не нарушало около получаса. Теперь я уже не мог ни на что переключить внимание – всё нутро с трепетом ждало что опять выкинет прозрачный мститель. Снова зазвонил телефон – на этот раз телефон Ленор. Номер не определялся.

- Я на это не купился и в первый раз.

- Ответьте. Это не он.

- Сева, тебе почем знать?

- Чувствую.

Ну раз чувствует. Трубку я поднял и тут же замер, сбилось дыхание:

- Алло! Алло! Кто это? Вы нашли мой телефон, да? Не молчите!

- Привет, Морковка.

- Ох, блять...

- Прости, не рассчитывал тебя напугать. Где ты? Куда ты пропала?

- У сторожа… В смысле в сторожке. На Богословском. Подожди, а это точно ты, Шам?

- А что, много долбоёбов поедет через пол страны если услышит, что с тобой что-то случилось?

- Да нет…

- Так да, или нет?

- Вот теперь точно ты. Убедил. А ты можешь меня отсюда забрать?

- Откуда? «Богословское» это вообще, что?

- Кладбище. Поторопись пожалуйста. Я не помню последние сутки, не понимаю, как тут оказалась и мне… страшно.

Кладбище. Заебись! Более банальное, и в то же время стрёмное место для подобного развития событий ещё поискать. Я вскочил с кровати, и понесся к выходу. Сонный Сева старался не отставать.

- Геворг! Тачку срочно-срочно! – я проорал в трубку телефона, и шепотом добавил, - И кого-то кто сможет уладить момент с погромом в номере.

- Неужели нашлась? – «Ну, слава богу!» послышалось где-то на фоне, - Куда тебе? Ща вызвоню кого-нибудь.

- На Богословское кладбище.

- Однако… Так это рядом, прям вот вообще рядом. Ты дольше машину прождешь.

- Я знаю где это, - буркнул Сева.

- Пускай тогда кто-нибудь подъедет туда. На всякий случай, - последнее что крикнул я в трубку, наращивая скорость.

Добежали мы туда с Всеволодом буквально минут за пятнадцать, и ещё пять я настойчиво колотил по воротам кладбища. Почему-то я не сообразил, что можно было просто перелезть через забор. В сторожке горел свет, но никто не выходил. Тогда я догадался позвонить по номеру с которого звонила Ленор. Не у покойников же она в конце концов мобилу стрельнула.

- Кто? – голос был женский, старческий и немного взволнованный.

- Мать, открывай, я за девушкой своей приехал. Она звонила с этого номера совсем недавно.

Связь оборвалась. Из сторожки выбежала бойкая старушка в камуфляже.

- Вовремя вы. Её похоже опять накрыло, и в этот раз я её удержать не смогла. Опять к могилам понесло. О! Привет, Всеволод! – старушка даже успокоилась немного, увидев моего сотоварища. Сначала я удивился. А потом… Ну да экстрасенс же там он какой-то.

- Накрыло в каком плане? – напрягся я.

- Очень похоже на одержимость, - с экспертным видом произнесла женщина, и Сева ей кивнул. Ебаный город – все всё понимают, но просветить того, кто не в теме, ниже их достоинства.

- Ну, ведите! Елы-палы! – материться при пожилой женщине было стрёмно, хотя моё мещанское «Елы-палы» смутило её больше, чем возможно смутил бы мат.

Старушка не рассусоливала и бойко чесанула сперва по тропке, а потом между могил. Мы два здоровых лба еле за ней поспевали. Я так и вовсе начал выдыхаться.

- Откуда вы знаете куда конкретно идти? – буквально снял у меня с языка Всеволод.

- Всё просто. Её как накроет так она к одной и той же могиле и несется. Там мужчина какой-то на надгробии. Плотный такой. Я бы даже сказала щекастый.

- Да ебит твою мать! Сева, а пазл начинает складываться. Правда пока немного не хватает кусков.

- А как вы поняли, что она та самая? – от этого вопроса я опешил, уж больно он оказался неожиданным.

- Что, прости?

- Она ведь явно та самая. Никто так не рвёт задницу ради случайных в их жизни людей. Я чувствую, что вы связаны и крепко. Только вот гордиевым узлом. Так как вы поняли?

- Сева, ты сейчас серьёзно? Это тебя интересует вот прям сейчас? – мне сложно давалось говорить и не сбавлять темп.

- Потом скорее всего будет поздно.

- Ладно… Она пьёт темное пиво и цитирует «Зелёный слоник». Или вот… На первом свидании… На чем-то похожем на свидание, она потащила меня в музей холодного оружия в Кул-Шарифе. Устроит?

- Вполне.

- Почему ты вообще мне помогаешь? Не так уж велик твой долг.

- Маменька сказала, незадолго, до того, как отправиться в мир иной – что настоящая сила ко мне придет после того как я помогу человеку без цели, но с горячим сердцем, который спасёт меня от верной смерти. Так что я предельно заинтересован. Правда меня тогда смутила последняя её фраза.

- Какая? – спросил я больше для поддержания диалога, нежели из интереса. Как-то слишком много информации сейчас приходилось обрабатывать, чтобы меня реально интересовала последняя фраза его маман.

- Не с первого раза...

- Пришли, - диалог прервала старушка. В мусорном баке около тропки к которой прилегали могилы, горела осенняя листва и остатки старой кладбищенской утвари. Мой слух уловил тихий вздох старушки: «Ёбаные бомжи». В темноте ночи пламя освещало и несколько могил и… Стоявшую у одной из них Ленор. Всё, как и описывали – стеклянный взгляд, ноль реакции на внешние раздражители. В руках она теребила ключи с странным продолговатым брелоком. У меня чуть ноги не подкосились – брелоком был протез командира. Вполне в её эксцентричном духе… Вот тут я сразу и вспомнил где потерял эту проклятую хреновину. У неё в гостях.

Я ломанулся к ней, напрямик, перемахивая через ближайшие ограды, прямо по могилам. Да простят меня мертвецы. Как только приблизился, то тут же вырвал у неё из рук эту злополучную дрянь. Прояснение не заставило себя долго ждать:

- Оу! – она огляделась по сторонам. Никакого испуга. «That`s my girl!» - как сказали бы янки.

- Привет… Что там ещё говорят в «таких» ситуациях?

- Я не был пока в таких ситуациях. Здравствуй, Морковка.

Она повисла на моей шее. Давненько в её объятиях я не ощущал подобной искренности. Порой от придорожной березы отдачи чувствовалось больше.

Резкий порыв ветра опрокинул мусорный бак. Мощный, однако ветерок… Могилу у которой мы обнимались очень быстро охватило кольцо огня. Ненавистная рожа на надгробии гадко улыбалась. Значит не ветер.

- Банальщина, правда? – спросил я, и чмокнул её исподтишка.

- Угу.

Темная фигура возникла буквально из ниоткуда, прямо перед нами. Сейчас командир не спешил принимать свою более-менее прижизненную форму.

- Ну и чего? – спросил я, обращаясь к этой стремной тени.

- Сикильдроид, - ответила тень, - Смерть.

- Ясно. Что-то ещё?

- Вам не быть вместе! – уже более вменяемый ответ. Невидимая сила потащила нас с Морковкой в разные стороны. Как бы мы не пытались цепляться друг за друга, объятия все равно были разорваны.

- Ты пытался нас рассорить с самого начала! И в первый раз, когда она меня бросила - ты напел что я бабник и алкаш! Нахрена?!

- Это не совсем так, - пискнула Ленор. Я продолжал распыляться в гневе и ненависти к командиру:

- Скотина ебучая! Тебе не пришло в тупую башку, что если бы ты не заварил эту кашу, мы бы с ней и не встретились снова?!

- Встретились бы, - подал голос Сева, откуда-то из-за стены огня.

- Сева, блять! Я тут пытаюсь конфликт урегулировать!

- Извините, я думал вы наоборот его провоцируете.

- Есть идеи что делать? – я пытался переорать два слова, повторяемые тенью по кругу – «Сикильдроид» и «Смерть».

- Да много вариантов. Самое простое - сжечь труп или предмет, к которому привязан дух.

- Сжигание трупа отпадает. Предмет значит, - меня начало тянуть к острым прутьям ограды.

- Сева, я не могу пошевелиться! Как я могу сжечь эту хрень-то?!

- Прочитайте молитву, это его немного ослабит.

- Я блять не знаю ни одной!

- Я знаю, - крикнула Ленор, и сбивчиво начала зачитывать вслух «Отче наш…» и что-то там ещё. И кажется у меня начали шевелиться кисти рук. Но… Тут же меня начало то швырять из стороны в сторону, то подкидывать в воздух. Ленор начала проговаривать молитву громче, постепенно переходя на крик. Рука и шея практически полностью стали ощущаться свободными.

- Сева! Лови! – пока меня подтащило к огню я рывком кинул протез куда-то в темноту. Мои кульбиты в воздухе на миг прекратились, и начались с новой силой.

- Нашёл?!

- Нашёл! – донеслось из темноты. Кольцо огня стало ниже – я увидел, как Всеволод бросает протез в горящую листву. Мне даже показалось что я вижу, как телесного цвета пластик с желтоватым отливом быстро плавится, превращаясь в зловонную жижу. Силы командира были на исходе, но их хватило чтобы швырнуть меня куда-то далеко во тьму. Я сильно впечатался в гранит, и рухнул на прутья ограды какой-то могилы…

Сложно сказать было ли больно, когда торчащие прутья пропороли мне грудь и живот. Слишком резко. А вот моментом позже… Врагу не пожелаешь. Хотя нет. Буду честен - одному бы пожелал, будь он ещё жив.

Свет фонарика ударил прямо в глаза. Я машинально попытался закрыть глаза рукой, но только сильнее насадил себя спиной на прутья. Закричать не получилось. Только хрип и мерзкое бульканье прямо в горле. Будто начинаешь блевать, лежа на спине. Рот наполнился кровью. Часть получилось сплюнуть, но её становилось больше.

Сева и Ленор склонились над тем что, ещё какое-то время будет мной. Ленор что-то всхлипывала и невнятно бормотала. Старушка-сторож где-то на периферии причитала и звонила в полицию. Возможно только мы двое полностью осознавали, что я не жилец…

- Ты всё-таки победил, - Всеволода в отличие остальных я слышал четко. Видел тоже. Моя Морковка, сидевшая на коленях столь же близко что и он, в глазах расплывалась. В ответ Севе, я одобрительно булькнул и попытался улыбнуться, чем вызвал уже полноценную истерику у Ленор. Моя правая рука, практически не гнущаяся, вытянулась в сторону виднеющегося вдали огненного зарева. Пальцы сами сложились в кулак. Все кроме среднего. Сева ухмыльнулся.

- Я кажется понял, что имела в виду маменька. Думаю, на этот раз всё должно получиться правильно.

Про какой «этот раз» он говорил я не понял. Сева же обмакнув пальцы в мою рану начал что-то рисовать. На этот раз прямо на мне. Мне уже было как-то всё равно. Даже боль стихла. В глазах стало темно, и даже Сева исчез. Чтобы ещё хоть чуть-чуть продлить мгновения рядом с Морковкой, я решил закричать у себя в голове – и закричал, когда стал отключаться.

Крик в голове вышел очень истошным и болезненным – «сознание агонизирует» в шутку подметил я про себя.

Вдруг, субтильный паренек, сидящий впереди, в паре кресел от меня, испуганно обернулся. Через секунду он улыбнулся.