Хроники пережившие апокалипсис⁠⁠

Виктория

День 6

Начинать изложение мыслей, чувств и происходящего кругом со слов “Дорогой Дневник”, по моему мнению, довольно банально. Поэтому я не стану так делать, а просто начну.

Меня зовут Виктория Рэбер. Сегодня шестой день с момента, когда моя привычная жизнь была разрушена вспышкой неизвестной болезни. Шесть дней с тех пор, как не стало электричества, средств коммуникации, цивилизации, подруги Клариссы. На смену им пришли хаос, депрессия, страх, тотальная безысходность.

Вот минула уже почти неделя, но я не вижу ни других выживших (как бы долго не пялилась в окно), не слышу раскатистых звуков военной техники. Целая (почти), мать его, неделя, но здесь нет ни армии, ни надежды на помощь. Может быть, шесть дней - это слишком мало для трагедии такого масштаба? Вот что можно сделать за это время?

В библии сказано, что бог сотворил землю за шесть дней, а на седьмой отправил всех отдыхать, может быть потому, что он - всемогущ, но что может сделать жалкий человечишко за столь короткий срок? Как я вижу - НИ-ЧЕ-ГО. Только сидеть и ждать.

Я жду вот уже шесть дней. С начала вспышки я вынуждена была запереть себя в квартире. За это время я уже вполне сносно наладила свой распорядок, разбила рацион и подготовилась к выживанию, хотя приложить усилия мне только предстоит в некотором будущем (если подмога так и не придет). Готова признаться, что самая моя большая проблема минувших дней - это скука, невозможность заниматься привычными, излюбленными делами. Даже страх так не докучает, как абсолютное ничегонеделание. Просто потому, что к страху ты привыкаешь, каким бы он ни был - в один день просто становится все-равно. Будто бы подсознание тебе говорит: “Хватить трусить без повода - я отключаю эту функцию”, а ты такой: “Ну, ОК!”. И вот ты сидишь все в той же квартире и совсем без страха тебе становится скучно, поэтому в пустой надежде себя хоть чем-то занять, ты, наконец, приступаешь к разбору запыленной кипы книг (с которой обещала себе расправиться с полгода назад), однако очень быстро  находишь старый ежедневник, за ненадобностью практически новый, и, зачем-то переключив все внимание на него, начинаешь писать первое, что взбредет в голову. Вот именно все эти строки…

Глупо, да?

Но, честно, мне грех жаловаться. У меня все гораздо лучше, чем у некоторых. Бывало, что я по собственной воле и прежде оставалась надолго в квартире, но это было задолго “До”. Кажется, тогда была совершенно другая “Я” - забитая, неуверенная в себе и не способная на авантюры. А потом внутри меня что-то щелкнуло и я лихо поменяла свой курс и улетела в Китай…

Пожалуй, стоит начать все по-порядку. С того самого злополучного первого дня.

Виктория

День 1

Я уже стою возле своего подъезда и прощаюсь с Клариссой - с утра мы встретились для бранча, чтобы хорошенечко обмусолить события произошедшие во время зимних каникул. А уже после вкуснейшего пиршества, мы посетили любимый супермаркет, чтобы пополнить запас продуктов.

И вот, когда я уже почти дома, хаос незаметно начинает заполнять улицы беспокойного города.

- Ладно, давай! - говорит мне подруга - У меня голова начинает раскалываться от выхлопа и клаксонов.

Она поворачивается на месте и быстрым шагом идет по направлению к метро.

- Хорошего тебе дня! - кричу ей в след - Было приятно провести время!

Но слова тонут в городском шуме.

Я направляюсь ко входу.

- 你好,师傅 (Здравствуйте, Шифу)! - здороваюсь с вахтером, приятным китайским дедушкой

- 你好! (Здравствуй!) - отвечает он мне с широкой улыбкой на лице - 吃了吗? (Как дела?)

- 很好! 您呢? (Не плохо! А у вас?)

Это смешит дедушку.

Стандартный обряд китайской вежливости. В прочем, это практически весь разговор который я могу поддержать на 普通话 (ПуТунХуа). Слишком сложно мне дается новый язык. Хотя, не сказать, что я хоть сколько-то стараюсь.

Дедушка, видя, что руки мои заняты сумками, помогает вызвать лифт.

• 街上很吵是吗? (На улице громко...) - кривится он, указывая в сторону холла.

Глупо киваю головой, неуверенная, что именно он мне хотел сказать.

В этот момент через вращающуюся дверь в холл вбегает какой-то взбалмошный джентельмен, неразборчиво что-то крича. “天哪!!!” (О, господи!) - брехает мой собеседник. Он вынужден скоро отклоняться и отправиться выяснять, в чем дело. Мне тоже очень интересно, однако я заставляю себя пересилить любопытство и только украдкой наблюдаю за происходящим из-за угла, дожидаясь подъемника.

Я вижу, как дедушка подходит к мужчине, который явно не в себе. Он бормочет непрестанно какие-то слова, а потом неожиданно падает прямо в руки старика. И, казалось, по-хорошему мне стоило бы пойти на выручку (ведь знаю кое-что об оказании первой помощи), однако в последний момент решаю (и очень удачно), что это - не мое дело и вступаю в раскрывшиеся двери вовремя подъехавшего лифта (пока он не уехал обратно наверх без меня). И пока не закрылись двери, я пялюсь, как разворачиваются события. Вот в холл заваливаются еще люди, тоже с криками. Много людей, целая, непонятно откуда взявшаяся, разъяренная толпа. Они без предупреждения буквально набрасываются на беззащитного дедушку. Он даже не успевает ничего сказать, лишь единожды сдавленно вскрикивает.

Непонятное чувство окутывает меня, тошнотворное предчувствие комом встает в горле. Я быстро жму кнопку нужного мне этажа и скрываюсь в глубине подъемника. Как только дверь закрывается, лифт трогается.

“Мне показалось” - убеждаю себя. “Сейчас я поднимусь домой, оставлю сумки и спущусь узнать, в чем дело”. Это работает и наваждение сейчас же проходит. Я, стараясь казаться спокойной, на трясущихся ногах неторопливо выхожу на своем этаже, дохожу до квартиры и дрожащими руками пытаюсь вставить ключ в замочную скважину. Не с первой попытки, но у меня получается.

В дверях меня встречают два неугомонных хвостика. Лабрадор Кипишь, радостно виляя всем своим телом, крутится вокруг меня волчком, и беспокойный шпиц Тедди (собака одной подруги, которую она оставила мне на время своего путешествия) - он раздражительно заливается звонким лаем.

- Тише! Тише! У меня и без того нервы на пределе. Ужасы всякие мерещатся.

Прохожу в спальню, предварительно сбросив ботинки (в Китае принято ходить босиком по дому, а обувь оставлять в прихожей, вот и я научилась. "入乡随俗 (Делай, как принято у римлянов)", - так здесь говорят.). Открыв окно я аккуратно выглядываю наружу - с высоты далеко не последнего 32 этажа сложно что-либо разглядеть, однако я замечаю, внизу творится нечто странное: люди бегают по тротуарам и вокруг застрявших (уже навсегда) в пробке машин. Суета сует! Но в целом, будто бы все, как обычно.

“Кажется, прогулка откладывается на попозже” - захлопнув окно, вслух произношу я больше себе, а не собакам. Я все еще пытаюсь понять (убедить себя?), действительно ли произошло что-то из ряда вон выходящее или же это все моя мнительность. А, нужно сказать, я - очень мнительный человек. К примеру: недавно, когда я летала во Францию к Жану мне показалось, что дом, в котором располагается наша квартирка - медленно рушится. Вот так. Вечерами я прислушивалась к случайным шорохам и хрусту - “Это дышит дом” - говорил Жан, а меня это очень пугало. Потом, когда он уходил на работу, я исследовала старые трещины и пыталась оценить их глубину, анализировала изменилось ли что-нибудь за ночь. А, когда мы ходили на прогулки я пыталась оценить состояние старого здания снаружи, сравнивая его с другими строениями. Я чувствовала себя самым настоящим параноиком, но возраст здания, толщина перекрытий и внешний его вид не давали мне расслабиться. В один из дней я не выдержала и поделилась своими переживаниями с Жаном, на что он рассмеялся (по доброму), крепко обнял и рассказал мне про конструкторские особенности, уверил в тщательности инспекций таких старинных домов. Может быть он и не архитектор, а "всего лишь" инженер (а обе эти науки точные, требующие серьезных математических знаний) — я ему поверила и успокоилась. И тогда наконец, спустя пару недель беспокойных ночей я смогла уснуть крепким здоровым сном…

Звонит мобильный, заставляя вздрогнуть от неожиданности, чудом возвращая меня к реальности. Кларисса.

- Алло!

- Тори… - она еле слышно шепчет в трубку - Тори… Ты дома?

Мне сперва показалось, что она плачет.

- Да. Что такое?

- Какой-то ужас происходит. Я спряталась в кафе, но тут небезопасно. Я попробую добраться до тебя.

- Так! Успокойся и объясни, что случилось?

- Я не знаю… - я слышу сдавленные рыдания - Я попробую до… Ааааа… Уйди…. Нет….

Ее телефон падает на пол (судя по резкому звуку от удара). А крики боли и страдания (очевидно) вырываются через динамик, навсегда раня мне сердце и душу. Я слушаю в режиме реального времени, как мою хорошую подругу кто-то, или, вернее - что-то, разрывает живьем.

- Кларисса! - ору я в трубку, как ненормальная - Клэр!

Крики угасают в какофонии других звуков. Кажется, ей больше не больно. Но все же некоторое время я еще пытаюсь добиться ответа подруги. Зову ее - безответно.

Я обессилено обмякаю на диван - ноги не держат меня. Перевожу дух. По щекам текут горячие слезы.

Дрожащими руками я забиваю в Байду “Пекин, сейчас, новости, что происходит”. Браузер выдает неумеренное число ответов. Я открываю первую ссылку - бесконечный ужас овладевает мной: жестокость, нападение, убийства и кровь. Люди, как ненормальные грызут друг другу глотки. (Интересно, что стало с теми людьми, которые оказались в эпицентре и даже успели опубликовать видео в интернет?).

Паническая атака, старая знакомая, надвигается на меня.

“Стоп! Соберись! Что делать? План, мне нужен план! Что делать?” - я хожу по комнате кругами и разговариваю сама с собой вслух. Собаки считают, что это - какая-то игра: они снуют вокруг, резво порыкивая и пытаясь перетянуть внимание на себя.

На ум приходит первая разумная мысль - позвонить Жану. Только чтобы услышать его голос, сообщить, что я в безопасности. В идеале, конечно, получить какое логическое объяснение, которое сможет меня успокоить…

Да уж... Точно не такой я ожидала нашу последнюю беседу:

Гудки…

Много гудков.

Я перезваниваю ему через FaceTime, WhatsApp, 微信 (ВиЧат) - он не берет трубку.

Я думаю “Неужели безумие происходит по всему миру?”, но потом вспоминаю, что ночью у него была хард-корная вечеринка (я звонила ему, в шесть утра по Пекину, а он уже, ну или еще - тут как посмотреть - был невероятно пьян).

“Ну, же” - я пытаюсь непослушными руками вставить "домашнюю" сим-карту (она со мной на всякий случай, еще с Канады - на заметку, с китайского номера не так уж и просто позвонить за границу: нужны специальные карты, пароли и невесть что еще, поэтому я и держала ее на всякий пожарный. Да уж, пригодилась…).

Звоню Жану на рабочий номер.

Опять гудки.

Опять бесконечно много гудков.

- Алло - слышу знакомый голос. Сиплый и болезненный.

- Жан..! - я не знаю с чего начать, не могу собраться с мыслями. Кое как я подбираю осторожные слова - Что-то случилось…

- Случилось? - мычит он - С тобой? (Протяжный вдох)

- Нет. Здесь. В Китае. В Пекине. Я в порядке, но что мне делать?

- Дорогая, давай потом? Я перезвоню...

- Жан… - молю в трубку.

- Потом. Я сплю. Целую.

Он сбрасывает звонок. Вот так просто. В самый важный момент. (Безусловно, сейчас я понимаю, что такие “критических” звонков было множество за полгода отношений на расстоянии и я его не виню. Как учит старая притча: если по-пустякам кричать “волки”, то, когда они придут - никто вам уже не поверит. Нет, я никогда не врала о “волках”, я просто принимала пустяки близко к сердцу. Но именно поэтому Жан не мог знать, что на этот раз случилось по-настоящему нечто ужасное).

Я в ступоре. Хладнокровие наполняет меня. Наверное, когда в кровь попадает адреналин, мозг именно так и работает: четко, слаженно, спокойно.

Здравая мысль посещает меня - записать аудио для мужа:

“Кажется в этот раз все по-настоящему, хотя я толком не разобралась что происходит. Ясно одно - что-то очень, очень плохое, где-то даже безумное. Какой-то немыслимый бред. Как будто бы все люди в округе во мгновение одичали. Ты можешь загуглить сам, как придешь в себя. К сожалению, в этот раз я не преувеличиваю... Просто хотела удостовериться, что ты в порядке... ”. Немного думаю и следом отправляю другое сообщение: “Сама я в порядке. Я вовремя заперлась дома с собаками. Думаю, я в безопасности. Не переживай. Я обещаю оставаться здесь, пока все не уладится”. И следом еще одно: “Люблю тебя. Пока”.

Откладываю телефон в сторону: “Что теперь?”.

Откуда-то сквозь толщу перекрытий слышу сдавленные рыдания, вопли. "Кажется, кто-то не успел закрыть дверь". Трясу головой, чтобы прогнать мысли о том, чтобы выйти помочь - это не мое дело.

Нужно отвлечься. Вновь беру телефон и начинаю вертеть его в руках. Хм… Думаю, стоит позвонить ребятам и предупредить, чтобы не возвращались (их рейс должен был состояться где-то через пару дней).

- Алло.

- Привет Джес! - мой голос звучит выше обычного, но вполне спокойно, я думаю.

- Добрый день - отвечает радостный голос (Видимо они еще не в курсе) - Как дела? Как малыш Тедди?

- Слушай, в Пекине что-то случилось, даже не знаю с чего начать… - беру короткую паузу - Просто включите новости.

- Что? - не понимает подруга

- Включите и все увидите…

“Дорогой, включи телевизор. Виктория говорит там что-то важное…” - слышу я на фоне.

- Так как поживает… - снова начинает Джес, но обрывается на полуслове - О, господи!

Слышу, как на том конце провода громко работает телевизор и чертыхается Макс.

- Это правда? - подруга выныривает из минутного шока.

- Боюсь, что так…

- Ты в порядке?

- Я - да… Кларисса - нет.

Ответа не следует. Я замечаю, что не слышу привычных фоновых звуков - это связь оборвалась. Пробую позвонить еще раз. Звонок не проходит. Интернет тоже больше не работает.

Я засекаю время - не прошло и получаса, а пути коммуникации отключены. Что это? Теракт? Биологическая или психогенная война против Китая? - Честно, я до сих пор в догадках.

С силой бросаю бесполезный девайс на диван. Он отскакивает и падает на кафельный пол. По звуку понимаю - разбился экран.

Но мне нет дела до какого-то глупого девайся, когда на моих глазах, буквально в считаные мгновения, рушится привычный порядок жизни.

Я сажусь на диван, закидываю ноги и крепко обнимаю коленки. Нужно думать. Нужно хорошенько обдумать, что же делать дальше.

Начинается новая глава моей жизни.

Жан

Февраль, 23 2014

День второй

Дорогая Тори,

Я надеюсь еще не поздно и ты когда-нибудь прочтешь это письмо. Я всем сердцем верю в то, что ты не наделала глупостей и осталась в безопасности, как ты пообещала в последнем голосовом сообщении. Прости, что, когда ты позвонила, я повесил трубку и отключил телефон. Честно, я совсем не помню, что ты мне пыталась сказать и не придал значения твоим словам. Уверен - ты знаешь, если б только я знал, что это может быть последний раз, когда я слышу твой голос, я бы никогда так не поступил.

Позднее, когда я окончательно протрезвел и проснулся, я обнаружил почти сотню уведомлений и пропущенных вызовов в разных мессенджерах. “Что за черт?” - я тогда подумал. Затем я открыл самое первое приложение с сообщением от Нико и впал в ступор с заголовка видео “Новый китайский вирус мутировал и превратил людей в ходячих мертвецов”. Я открыл его и… Помнишь, как мы когда-то кормили тигров живой курицей в сафари-парке Харбина? Так-вот, видео было гораздо, гораздо хуже! Я сперва подумал, что это - постановка, кадры фильма или нечто подобное, затем я открыл другую ссылку, потом еще, и еще…

Голова очень тяжело думала, что неудивительно - я давно так не напивался (вечеринка прошла на одном дыхании). Я попытался дозвониться до тебя, но абонент перманентно был недоступен. Тогда я включил телевизор, где по всем каналам шли новости: прямое включение с заседания ООН, интервью с президентом Франции, заседание ВОЗ и замыленные кадры с мест событий. Тогда я еще представить себе не мог, чем это все обернется.

На сегодняшний день временное правительство Китая официально признало Пекин, Тяньцзинь и Баодин полностью потерянными. Еще несколько городов изолированны, мобилизованы все службы, там развиваются настоящие военные действия (“Зачистка” - как это прозвали китайские источники) - ситуация сложная, но власти успели вовремя среагировать (что не удивительно - вспышка там началась значительно позже).

Остальные страны находятся в полной изоляции на неопределенный срок. Всюду введен режим чрезвычайной ситуации. Полностью прекращено авиасообщение. Отменены все автобусные и железнодорожные рейсы. Сообщение между городами, по крайней мере в Европе, закрыто. Здесь на всех трассах установлены блок-посты. Закрыты учебные заведения, культурные и увеселительные центры, рестораны, люди по возможности переведены на работу из дома. Из дома в целом не рекомендуется выходить. Во всем мире творится примерно то же самое, и, поговаривают, что это - только начало. А ты оказалась в самом центре событий - Китай, Пекин. Не в то время, не в том месте.

Я звонил тебе целый день, я отправил тонну сообщений. Но ничего так и не дошло.

Но я не отчаиваюсь. Я верю, что с тобой все в порядке, я чувствую это! Поэтому я пишу это письмо: в надежде, что когда-нибудь ты доберешься до интернета, откроешь почту и прочтешь его. Когда-нибудь…

С любовью,

Жан.

Продолжение следует