Хомяки и суицид⁠⁠

Был у нас хомяк Прохор. Ну, как хомяк. Пять джунгарских хомяков по имени Прохор. Рассказ пойдёт о пятом, потому что первые четыре ничего особенного в своей жизни не достигли и отчего-то тяготели к изощрённым самоубийствам: первый Прохор протолкнул голову меж решёток и задохнулся, второй – сбежал и наелся краски с плинтусов, третий – зачем-то отгрыз себе лапу. И вот, после героической смерти четвёртого мы с женой принесли в дом нового Прохора, и я стал ждать, когда тот склеит лапки. Но Прохор-5 умирать не спешил, он ежедневно крутил колесо, лазал по решёткам и коллекционировал орехи в пластмассовом домике. В общем, делал всё, что положено нормальному хомяку.

До тех пор, пока не исчез. Ребёнок в слёзы, мать в поисках, а я в это время, слава богу, кручу баранку в сторону работы и подумываю о том, что надо бы как-то прервать это хомяковое проклятье и завести что-нибудь более умное и живучее, например, собаку.

Вопреки моим желаниям, вечером Прохор-5 нашёлся под шкафом в укромной постельке, собранной из обрывков обоев. Выманили наружу зёрнами и отправили обратно в клетку. Но сынишка заладил: «Это не Прохор». Не Прохор и всё тут. Ну, думаю, дела-а-а: четыре раза подменяли хомяка, сын ничего не замечал, а тут настоящий, жив-здоров, но сын упёрся: «Не мой хомяк. Найдите моего».

Наутро я придумал историю о том, что Прохор сбежал из клетки, много где был, многое повидал, оттого и изменился. Сын спорить не стал, но, кажется, доверие и любовь к хомяку потерял безвозвратно. Я хотел переубедить сынишку, мол, вот же, смотри, Прохор крутит колесо, как и раньше. Но Прохор колесо не крутил. И по решёткам не лазил. И принял за обычай есть арахис прямо у миски. Сын обходил клетку стороной, а я поглядывал на хомяка и задавался вопросом Шварцнеггера: «Что ты такое?»

Однажды ночью я проснулся от боли: сын теребил меня за волосы на груди.

– Папа, папа! – закричал он. – Хомяк вырос! Он стал очень большой! Больше Буси!

А Буся – это, между прочим, бабушкина кошка, откормленная до размеров манула. Тут заволновался даже я. Сунул ноги в тапочки, зачем-то взял с тумбы журнал и пошёл в детскую. Клетка в темноте казалась непроницаемой, внутри что-то шевелилось. Сын спрятался за моей ногой. Клетка вздрогнула, затем ещё раз. Жена потянула сынишку назад, в коридор. Я включил свет, и конечно же не увидел ничего особенного: хомяк сидел возле колеса и раз в три-четыре секунды в него вгрызался, зубы точил.

Стало понятно, что животное больше не радует ребёнка, а, скорее, наоборот, вредит его психике. Решили отдать хомяка бабушке, но Прохор-5 до переезда не дожил: покончил с собой путём переедания. Съел все запасы из домика, накопленные поколениями, и издох от ожирения в неполные полтора года.

Нового хомяка решили не заводить. На Новый год запланировали покупку таксы (подарок скорее мне, чем сыну:)), заранее обзавелись собачьим лежаком и игрушками, в доме воцарились спокойствие и порядок. Пока из-под шкафа не показался Прохор-6…