Как Я, Пиг и Лапоть пойдем за волнушками⁠⁠

Это случится, обязательно случится. Однажды утром, когда будет тепло и достаточно уже осенне, мы с утра прям начнем собираться. Я объявлю об этом маме еще за завтраком, болтая ногами и поедая оладьи со сметаной. Сметана, как известно, лучший катализатор деятельности. Мама рассмеëтся. И спрогнозирует наше полное фиаско. Но потом соберëт тормазок в путешествие. Потому что сбор волнушек сезона есть действие на полдня точно.

Пиг и Лапоть будут путаться под ногами осознавая грядущее. Они всегда за любое движение и приветствуют его хаотичными перемещениями по нашему дому. Лапоть норовит схватить что-нибудь и таскать это предлагая маме и мне. Пиг более сумбурен. Он эстет. Если Вселенная расширяется, это должно быть красиво. Он будет сновать из комнаты в комнату. Заглянет под каждый предмет мебели и все основательно обхрюкает.

Мама заварит чай в жестяном термосе. Обязательно с мятой и малиной. Сварит пяток яичек и три картофелины. Сходит в садок, нарвет лука и укропа. Поход не должен быть голодным. Я сам достану свою любимую ветровку, штаны и рюкзачок. Мама заставит меня переодеть футболку на более застиранный и древний вариант.

И вот мы пойдем через огород сразу на тропинку меж молодых елей на взгорок, а потом сразу рухнем в лес. Пиг и Лапоть будут впереди авангардом и приветствием. Лес встретит нас своей смешанностью, влагой и пением птиц. В руках моих будет бабушкина плетеная корзинка, а в рюкзачке пакет с пакетами, тормозком и термосом.

Пиг будет полон энтузиазма найти сразу много волнушек, он бежевой тенью будет мелькать то тут, то там. Своим пятаком он как-будто будет вспахивать саму реальность скользя над землёй веселой петляющей рысью. То обгоняя меня, то делая круг и снова обгоняя с веселым хрюком.

Лапоть же будет изображать сыщика, принюхиваясь и прислушиваясь к голосу леса. Бег его будет основательным и осторожным. И только уши - два лаптя, станут совсем не по уставу болтаться во все координаты. Он будет сопеть и поднимать морду ввысь. Иногда поскуливая и даже тявкая. Но тут же успокаивать себя: там не волнушки, там землеройка. И как бы ему не хотелось именно сейчас кинуться в охоту на эту наглую, милую землеройку, он будет бежать дальше делая широкие дуги в пространстве, огибая деревья и спугивая с травы комаров.

Лес между тем станет принимать настоящие дневные лучи солнца, нагреваться и веселеть. Улетучатся последние клочки тумана в низинах. Исчезнет роса, как и не было ее совсем. Лес заживёт обычным своим днём. И несомненно и прямо непосредственно Пиг найдёт свой первый гриб.

Он обязательно его захомячит. Не удержится. И будет тих и невинен. Если поймать его в этот момент, взять за передние лапы и попытаться посмотреть в глаза, он будет отводить взгляд. Даже верещать не будет. Надо крикнуть ему: Пиг, я всё вижу! Но мы никогда не узнаем, что это был за гриб, на следующем его совесть проснётся. Ведь он знает о конфетках и яичках, что у меня есть. Совесть проснётся. Я верю.

Потом и Лапоть найдет гриб. И по тону его тявканья я сразу пойму, что это не мышь и не землеройка. Я подойду и Лапоть будет вертеться от удовольствия. Тыкаться носом в дородный подберёзовик и мотать ушами как лопастями вертолета. Я возьму подберезовик, конечно возьму. Но нужно помнить: мы идём за волнушками. Волнушки - наша цель.

Потом мы дойдем до еловых просек, парными шрамами разрезающих огромный лес. Тогда начнётся веселуха. Пиг и Лапоть будут носиться по этим просекам. Гавкая и хрюкая, хрюкая и гавкая. Соблазняя меня маслятами, то тут то там вкрапленными в игольчатый наст. Но маслят я много брать не буду. Я буду осторожно благосклонен к маслятам. Уж очень они сопливые и портят грибное общество даже в бабушкиной корзинке.

И вот лес всë выше и выше. Всё еловее и сосновее. А я буду надеяться что до края мы найдём хоть один боровик. Пиг начнëт откровенно халтурить. Он вообще не добытчик, а партнëр. Найдя гриб он солидно хрюкает, как-будто приглашая к общему ужину. Он знает о конфетках и хочет, чтоб я знал, что он знает.

И тут лес откроется поляной резко отрезанной не горизонтом, а обрывом. У самого этого реза растет старая причудливо изогнутая сосна. Она роняет шишки в глубину карьера и грозит  рухнуть за ними же. Там и сделаем привал.

Пусть ветер рвёт верхушки крон. К вечеру будет дождь. Я разложу тормозок. Прискачет Пиг с еловой иголкой на сыром пятаке. Прибежит Лапоть, высовывая язык и тяпая воздух носом. Будем кушать яички, картошку, лучëк. Лапоть от лука вежливо откажется. А Пиг долго муслякать самое длинное перо.

Потом пойдём к самому обрыву смотреть на игрушечный экскаватор, который нагружает песком маленькую машинку. Поприветствуем ласточек, что устроили гнезда чуть ниже на откосе. И наступит пора возвращаться. Возвращаться с ещё не найденными волнушками.

Ободрив Пига и Лаптя конфетками я двинусь в лес, но теперь левее, чтоб сделать длинную дугу выйти к деревне в начале улицы. День будет не слишком жарким и облачка изображающие разных зверушек будут двигаться с нами. И вот где-то на границах грибных государств возникнут волнушки. Кто первый их найдёт, я уж не знаю. Но это будет внезапно, словно вспышка розового света прямо из под дëрна. Захрюкает Пиг, затявкает Лапоть. Волнушки такие волнительные. Они основательные и строго круглые. Свою солидную мохнатость они разбавляют девичьим румянцем. Они не откроются солдатским строем, а растекутся весёлыми стайками среди мха, иголок и травы. Повержен скептицизм мамы. Волнушки в этом году раньше раннего.

По поводу сему устроим пир. Я допью мятный чай и скормлю животному дуэту остатки конфет.

И дальше уж будем просто гулять. Полна бабушкина корзинка, пуст термос, легко дышать и некуда спешить. Пройдём ягодными полянами изредка лакомясь запоздавшей, уж высохшей клубникой. Сойдёт на нет лес, чуть левее блеснет река, а вот и первый огород. По тропинке меж патлатых лопухов и грозной крапивы выйдем на улицу. По мягкой конотопке, мимо палисадников к нашему милому дому. Обязательно похвастаемся набранным бабушке Тане, что вечно сидит на лавочке у своей покосившейся избушки. Пресекëм боевое перехрюкивание Пига с соседской Жукой. В калитку! Вот я, мама. А вот волнушки!