Иллюзия⁠⁠

Она долго крутилась у зеркала, всё время что-то поправляя или переделывая. Переодевалась вообще раза три. Последний вариант вызвал массу эмоций и сомнений. Очевидно, что это платье ей идёт. Но не слишком ли оно короткое?

«Живём один раз!» - был последний аргумент.

«Помада нужна чуть поярче. И украшения теперь совсем не подходят…»

Если вы не знаете, что делает женщина два часа у зеркала – вы просто никогда не пробовали сменить оттенок теней при уже полностью наложенном макияже.

Наконец, всё было сделано. Довольно улыбнувшись, Она покружилась у зеркала, осматривая результат своих усилий. Сердце забилось быстрее: а оценит ли Он? Да конечно оценит! Подмигнув напоследок отражению, Она надела красивые туфли на каблуке и поспешила на свидание.

- Здравствуй, солнышко! – улыбнулся Он, и поцеловал её. – Ты так прекрасна! Я решил немного поменять планы. Ты же не против, если мы сходим в ресторан, про который ты говорила на прошлой неделе?

Она обрадованно кивнула. Пётр Васильевич всегда внимательно относился к её словам, и старался выполнять все её желания и прихоти.

А вот родные и друзья не разделяли её восторгов.

«Да его на том свете с фонарями ищут, а он всё туда же, в женихи набивается!»

«В его годы о душе пора подумать, а он… Что люди скажут?»

«От всех соседей теперь стыдно… Вы бы хоть в нашем районе вместе не появлялись…»

«Вот что деньги с людьми делают. Ему уже правнуков скоро ждать, а он всё по ресторанам…»

Но какая разница, если она была влюблена?

Кто вообще сказал, что только молодые мужчины годятся для романтики и страсти? Она вспомнила свой опыт. Измены. Равнодушие. Да многие ли способны заметить, что она сегодня сделала маникюр другого цвета, или надела новое платье? А вот Пётр Васильевич всегда замечал.

Еда и атмосфера в ресторане были прекрасные. Выпив вина, Она смеялась, совершенно не сдерживая себя. В какой-то момент Пётр Васильевич наклонился к её ушку и прошептал:

- Анечка… я давно хотел спросить, но не решался… Может, сегодня поедем ко мне?

Яркий румянец выступил на её щеках. Так далеко они ещё не заходили. Но глубоко в душе она понимала, что всё к этому идёт. Аня перехватила взгляд из-за соседнего столика: осуждающий и чуть презрительный.

Ну и пусть!

Она, честно сказать, никогда не думала, что окажется в такой ситуации. Воспитание заставляло обращать внимание на то, что думают и говорят люди. Но сейчас ей было решительно наплевать!

Собравшись с духом, она улыбнулась и сказала: «Да».

Петр Васильевич довольно откинулся на спинку стула – он явно с напряжением ждал ответа. Не сдерживая улыбки, заказал ещё бутылку дорогого вина.

- Аня, и ещё… я хотел бы сделать это сейчас, а не после…

Из кармана элегантного пиджака – а он всегда приходил на свидания исключительно в костюмах! – появилась изящная бархатная коробочка.

- Но… зачем же… ведь не было никакого праздника? – смутилась Аня

- Ты пришла, ты сейчас со мной. Разве этого недостаточно?

В коробочке оказался чудный золотой браслет. Аня сразу его надела, а Пётр Васильевич поцеловал ей руку.

Закончив ужин, пара пошла на выход. И залюбовалась отражением в зеркальной стене.

Он – высокий, стильный, сохранивший, вопреки возрасту, гордую осанку.

И Она – изящная, миниатюрная. В нежном голубом платье, короче обычного – не в пол, а всего лишь по щиколотку. С новой причёской и цветом волос, полностью скрывшим седину.

Анна Александровна и не думала, что через десять лет после выхода на пенсию, для одинокой вдовы возможно такое. А уж как возмущались её дети! Да и Пётр Васильевич, разменивая свою «трёшку» в центре на «однушку» в её спальном районе, делал это не в поисках соседки, а чтобы «доживать», а деньгами от размена при жизни помочь внукам. Но судьба распорядилась по-другому.

Внуки, кстати, сильно обиделись, что дед отдал им не всю сумму.

«Всё правильно сделал» - заключил Пётр Васильевич, посмотрев на себя и Анечку, помолодевших лет на двадцать.