Глава 10. Невидимая опасность
Тишина в аналитическом отделе была густой, вязкой, нарушаемой лишь монотонным гулом вентиляции. Тридцать три минуты. Ровно столько потребовалось, чтобы рой дронов, вернувшийся из зеленого ада, прошел через циклы полной санобработки. На схеме сектора Б3 зеленая точка кейсов с образцами проб наконец сдвинулась из контура шлюза №7 в помещение лаборатории Б4.
На основном экране появилась новая строка:
[21:47:31] Протокол "Санобработка" для кейсов 01-12 завершён. Статус: СТЕРИЛЬНАЯ ОБОЛОЧКА. Транспортировка в "Горячую зону".
Усталость давила на виски, но спать не хотелось. Рядом Ирина, техники, биолог Иван Петрович – все делали вид, что заняты, но взгляды их были прикованы к экранам.
- Работа пошла, - пробормотал Петрович, отодвигая пустую кружку.
Ирина вывела на общий экран картинку с камер лаборатории Б4. Две желтые, неуклюжие фигуры в скафандрах «Лазурит» двигались в герметичной камере с призрачной медлительностью. Было видно, как манипуляторы извлекали из вскрытых кейсов кассеты с пробами.
- Картридж воздушный, КФ-1… Пробы с высот… Почва, ПП-2, образец «пять» – гнилая древесина, обилие мицелия… Вода, ВП-3, проба «одиннадцать» – мутная, на момент взятия пробы +24.5°C…
- Мицелия много? – спросил кто-то.
- По описанию дрона – ковер, - без эмоций ответил Петрович. - Ждем, что вырастет.
- Распределение по линиям, - констатировала Ирина. — А: молекулярка, Б: культуральная, В: токсикология.
Линия А выдала первые результаты через два часа. На правой части экрана замерцали строки данных.
[ОБРАБОТКА]... [СРАВНЕНИЕ С БАЗОЙ "КАТЕГОРИЯ А"]...
Все взгляды прилипли к строке «Антракс, штамм 836». Она мигала желтым.
[ОБНАРУЖЕНИЕ] В пробе почвы ПП-2-08 (координаты 58-14) обнаружены специфические маркеры плазмиды pXO2 (капсула) Bacillus anthracis.
Воздух в зале застыл. Я почувствовал, как холодная волна пробежала по спине. Лицо Ивана Петровича побелело.
- Повторить, - тихо попросил биолог.
Подтверждение пришло быстро.
[ПОДТВЕРЖДЕНО] Маркеры плазмиды pXO2 (капсула) Bacillus anthracis обнаружены в пробе ПП-2-08. Маркеры pXO1 (токсин) не обнаружены. Концентрация не высокая, но вполне достаточная для заражения.
- Не полный «836», - первым нарушил молчание Петрович, его голос был хриплым. - Природный штамм или эволюционировавшие остатки боевого. Споры. В почве у скального выхода.
- Очаг, - четко произнесла медик Елена Сергеевна, - Локальный, но абсолютный. Любая ранка плюс пыль с того места — кожная форма. Вдохнешь — легочная. Без нашего запаса антибиотиков и сыворотки — смерть в девяти случаях из десяти. Координаты нужно внести в список зон абсолютного карантина.
В её словах не было паники. Была тяжелая, как свинец, констатация факта. Мир снаружи хранил не только новые угрозы, но и неразорвавшиеся мины прошлой войны.
Следующая строка была зеленой.
[ОТРИЦАТЕЛЬНО] Целевые маркеры рекомбинантного поксвируса "Pandemos" не обнаружены.
Кто-то с облегчением выдохнул.
Затем снова желтый.
[ПОЛОЖИТЕЛЬНО] В пробе смыва с коры (СБ-4-02) обнаружены следы генетического материала, соответствующего Rabies lyssavirus, штамм HCM. Концентрация крайне низка. В остальных пробах – отрицательно.
- Второй локальный очаг, - сказал Петрович. - Не в воздухе. На коре.
Что это?, спросил я.
Вирус бешенства — классический нейротропный вирус, начал говорить биолог. Диалог перехватила Елена Сергеевна: Попадает через укус - движется по периферическим нервам в ЦНС (2-8 недель инкубации). Вызывает энцефалит, агрессию, гиперсаливацию, водобоязнь - смерть почти в 100% случаев после симптомов.
- Так, пришли данные по геному, - прервал ее микробиолог:
Добавлен ген гемагглютинина от вируса гриппа. Должно быть, теперь он может эффективнее связываться с рецепторами не только мышечных/нервных клеток, но и клеток слизистых оболочек дыхательных путей. Теперь заражение возможно не только через укус, но и через аэрозоль (при кашле, чихании заражённого) или при контакте слюны со слизистыми.
Существенная разница в кодировании гена матричного белка М по сравнению с оригинальным штаммом. По прогнозу, это может дать сокращение инкубационного периода до 2 раз.
Явные точечные мутации в гене гликопротеина G. Согласно прогнозу это делает стандартный постэкспозиционный протокол (вакцина + иммуноглобулин) неэффективным в 70% случаев. Нужна новая, специфическая вакцина.
То есть мы имеем дело с боевым штаммом?, уточнила Ирина.
Да, это боевой штамм, но возможно ослабленный за годы существования в дикой природе, ответила врач.
- Идем дальше, - Елена Сергеевна повернулась к Ивану Петровичу. - Ваша линия. Что с тем, чем этот мир дышит и почему так быстро гниет?
Биолог переключил экран. Данные Линии Б и В накладывались друг на друга, создавая мозаику враждебности.
[ВЫСОКИЙ РИСК] Скорость роста мицелия Aspergillus/Mucor на 120% выше контрольной пробы.
[ВЫСОКИЙ РИСК] Бактерии демонстрируют широкую резистентность к антибиотикам 1-2 ряда.
[КРИТИЧЕСКИЙ] Naegleria fowleri в стоячей воде (ВП-3-11).
[ВЫСОКИЙ РИСК] Микотоксины (ДОН, Т-2, охратоксин) в почве превышают ПДК в 12-25 раз.
Картина была предсказуемо мрачной. Но следующая строка заставила Петровича мрачно хмыкнуть.
[ВЫСОКИЙ РИСК] В образцах почвы (ПП-2-03, -09) и в смывах с дикорастущих злаков (СБ-4-05) обнаружены склероции и генетические маркеры Claviceps purpurea (спорынья). Концентрация высокая.
- Спорынья, - произнес он, и в голосе прозвучала странная смесь профессионального интереса и отвращения. - Гриб-паразит злаков. Влажность под сто процентов - это ее царство. Теперь она на каждом втором диком колосе.
- Чем она опасна? - спросила главный инженер.
- Алкалоиды. Эрготамин, эргометрин, - пояснила Елена Сергеевна, - Вызывают эрготизм. В народе — «антонов огонь». Спазм сосудов такой силы, что конечности чернеют и отмирают. Гангрена. Плюс нейротоксический эффект: конвульсии, галлюцинации, психозы. В Средние века из-за зараженной муки вымирали деревни, а выжившие сходили с ума.
В зале снова стало тихо. Угроза, которая калечила не только тела, но и разум, казалась особенно чудовищной.
- И это повсюду? - спросил я, не в силах сдержаться.
- В почве - да. Споры разносятся. Значит, любая наземная пашня с зерновыми - это лотерея, где приз - гниющие конечности и безумие, - жестко констатировал Иван Петрович, - Наша гидропоника и запасы семян в криобанке - наше главное преимущество. Их же…
Он сделал паузу, глядя на данные.
- Их хлебопечение - это, должно быть, священный ритуал. С отбором каждого колоса. С особыми сортами, которые меньше поражаются. Или с такой обработкой, что яд нейтрализуется. Одна ошибка пекаря - и вся община может потерять ноги, руки и рассудок. Это объясняет, почему в их радиообменах так ценится «чистая мука» и так боятся «бледного огня».
[СРЕДНИЙ РИСК] Следы ботулотоксина типа E в стоячей воде. Длительное кипячение разрушает токсин.
- Фон, - констатировал Петрович, - На фоне всего остального - просто фон.
На экране всплыло итоговое автоматическое резюме системы. Цифры в нем были безжалостны.
СВОДНЫЙ АНАЛИЗ УГРОЗ (УРОВЕНЬ 1 – КРИТИЧЕСКИЙ) ОБЩИЙ ВЫВОД:
Среда комбинирует высокий фоновый уровень биологической агрессии с локальными очагами абсолютно летальных угроз (B. anthracis, N. fowleri) и хроническими токсико-психическими рисками (спорынья).
Выживание требует не только строгих протоколов, но и детального картографирования и глубоких специфических знаний об экологии и токсикологии. РАСЧЕТНАЯ ВЕРОЯТНОСТЬ ВЫЖИВАНИЯ ПОДГОТОВЛЕННОГО ПЕРСОНАЛА: >40% В ТЕЧЕНИЕ 60 СУТОК ПРИ НАЛИЧИИ ПОЛНОЙ МЕДПОДДЕРЖКИ И ПРЕДВАРИТЕЛЬНОГО ДЕТАЛЬНОГО КАРТОГРАФИРОВАНИЯ.
РЕКОМЕНДАЦИЯ: Немедленное начало дистанционного картографирования с прицельным отбором проб для выявления всех локальных очагов. Установление контакта с внешними сообществами для обмена экологическими и агротехническими знаниями является стратегическим императивом. Без этого шансы на создание устойчивого поселения близки к нулю.
- Сорок процентов, - произнесла Елена Сергеевна. Цифра повисла в воздухе. - При условии, что мы найдем все мины и научимся не есть отравленные продукты.
- Распечатать полный отчет и итоговую таблицу, - продолжила она: совет через сорок минут.
Я смотрел на итоговую таблицу, которая теперь занимала весь центральный экран:
В ушах все еще звенела тишина, наступившая после оглашения цифры «сорок процентов». Не шанс на успех, а вероятность не умереть за два месяца. При наличии полной поддержки, карт и чужих знаний.
Они, жители «Тайги», не победили этот мир, они встроились в него. Их победа явно не в чистой победе над патогенами. У них на это просто нет и не может быть необходимых ресурсов. Их победа в хрупком, ежедневно возобновляемом перемирии. В ритуалах, которые заменяют стерилизацию. В запретах, заменяющих вакцины. В отборе, который шел не в пробирках, а на полях, удобренных трупами тех, кто ошибся.
Я медленно поднялся со стула и вышел в коридор. Мой взгляд остановился у огромного информационного экрана, вмонтированного в стену. На нем в режиме скринсейвера медленно плыли довоенные пейзажи: то Альпы, то улицы Москвы, то пляжи с золотым песком. Красивая, мертвая сказка. Того мира уже давно нет. Его место занял новый - с его гниющими гигантскими лесами, с ядом в каждой капле росы и в каждом зерне, с невидимыми минами прошлой войны, застывшими в почве. И единственные, кто знает как в нем выжить, это те кто по старинке зовет себя «Тайгой».