Дворец Слаанеш.⁠⁠

Немногие боги рады незваным гостям в своих империях, но есть один, кто обожает заманивать посетителей в свои неземные владения. Это Слаанеш, Тёмный Князь и Властелин Удовольствий. Тот, кто осмелится войти на его территорию, рискует навечно застрять в ловушках извращённых наслаждений. Царство Тёмного Князя поделено на шесть концентрических колец, расположенных вокруг Дворца удовольствий. Их можно принять за райские кущи, но здесь всё не такое, каким кажется. Каждый участок – не только прославление наслаждений Слаанеш, но ещё и защитный рубеж. Незваный посетитель может достичь дворца в самом сердце владений Слаанеш, если только пройдёт все шесть кругов, совершив подвиг воли, недоступный большинству сердец, и смертных, и демонических. Однако один из смертных гостей надолго врезался в память Слаанеш: странствующий рыцарь из Адептус Астартес, чья воля была крепче посеребрённого адамантия...

Первый круг, через который пробирался рыцарь, был обставлен так роскошно, что даже цари не смели бы о таком мечтать. Горы выложенных столбцами золотых монет возносились к радужной мозаике из драгоценных камней на мраморных сводах высоко вверху; пол был устлан сверкающими слитками и бриллиантами без счёта. Рыцарь шагал мимо множества изможденных бедолаг, пытавшихся сосчитать бесчисленные золотые. Болезненно-желтые лица их кривились от непомерной жадности, затем золотые горы рушились, и они, скуля, принимались пересчитывать монеты заново. На каждом углу и перекрёстке стояли вызолоченные статуи: одни – посвящённые красоте Слаанеш, другие – блаженному экстазу демонов и смертных. Следы в алмазной пыли под ногами говорили о том, что статуи некогда состояли из плоти и крови. Но рыцарь давно отказался от жажды материального богатства – и зашагал вперёд, не тронув ни единой монетки.

С хрустом прокладывая путь по пляжу из золотых зубов, рыцарь вышел к берегу огромного озера, где вместо воды плескалось тёмное вино. Тут и там над поверхностью торчали мертвенно-бледные острова – спины великанов, и каждый соединялся крест-накрест мостами с другими. Вывернутые кверху руки великанов держали столы, которые ломились под тяжестью обильных яств. Там рыцарь увидел смертных, снедаемых неутолимым голодом, что с выпученными глазами обжирались на пирах, и других смертных, что отчаянно пытались вылакать самое озеро. Раздутые и обрюзгшие, стеная от боли, они снова и снова набивали перепачканные вином рты. Рыцарь двинулся дальше, кривясь от отвращения каждый раз, когда проходил мимо мерзких останков тех, кто просто лопнул, сожрав слишком много.

Странник шагал через поля золотого света и мягкой травы, где грациозные девы и прекрасные юноши веселились, почти нагие, среди галлюциногенного благоухания мускуса от гибких зверей, что резвились вместе с ними. Лица и щедрые формы танцующих были невероятно чувственны, вылепленные по подобию идеального предмета желаний сердца. Рыцарь задержал дыхание и зажмурил глаза, ибо его орден запрещал мирские удовольствия, но в рыцаре ещё осталось немало человеческого. Нимфы, тихо напевая, окружили рыцаря и, поглаживая его посеребренную броню, зашептали о нежных усладах плоти, которые они подарят ему, но рыцарь не поддался. Оторванные головы и конечности, что валялись под ногами, указывали, что на самом деле прячется за сладкой как мёд ложью. Зажмурившись, рыцарь изрубил демонических соблазнительниц одну за другой, позволив своему отвращению вести сверкающий клинок.

Преодолев женственные очертания подножия холмов, рыцарь вышел на балкон, где его приветствовал рёв восхищения и одобрения. Армия космических десантников, настолько многочисленная, что не сосчитать, стояла перед ним на бесконечной равнине, напрягая слух в лихорадочном предвкушении приказа начать поход. Планетарные губернаторы кивали в подобострастном ожидании, и Верховные лорды Терры улыбались ему снизу со своих меньших балконов, жестами приглашая сказать слово. Рыцарь узнал одного правителя из своей смертной жизни и, остановившись перед ним, заглянул в глубины глаз царя-философа. Под маской власти и уверенности он увидел бесконечную и непреходящую паранойю: гложущие подозрения и тайные сомнения, кислотой разъедающие душу. Рыцарь печально покачал головой и пошёл прочь.

Уставший от испытаний, странник брел сквозь чарующий лесной рай, чей лабиринт тропинок был стеснен цветами и щетинился терниями. Нежный благоухающий ветерок нашёптывал рыцарю о былых победах, напоминая о свершениях, которых тот добился во имя Императора. В гладких, как зеркало, лужах отражался сам рыцарь в облике сияющего святого с безмятежным ликом, но с кровавым мечом, которым играючи разил ряды краснокожих демонов. Воин отвернулся, нахмурившись, и поодаль различил измученные фигуры, сосредоточенно вглядывающиеся в свои зеркала-лужи. Каждая фигура была обездвижена пробившейся снизу порослью, а шепчущие тернии врастали в её плоть. Странник обратился мыслями к скромной келье, которую когда-то называл домом. Как только он сделал так, лабиринт перед ним закорчился и выпрямился. И рыцарь устало побрёл дальше.

Он стоял у бесконечного взморья, где небесные хоры пели умиротворяющие колыбельные, а душистое море омывало крепостные стены его разума. Кости странника возопили о хотя бы секунде отдыха. Тепло золотого солнца над головой успокаивало душу, и набегающий прилив начал растворять его волю. Рыцарь с трудом разлеплял усталые веки, но взгляду его хватило ясности, чтобы узреть страшную правду. Белый как кость песок состоял из останков тех, кто отдыхал здесь и впал в кому блаженной вялости. Рыцарь взял волю в кулак и зашагал дальше, к мерцающему на горизонте дворцу.

И там, под изящными шпилями, странник предстал перед всесильным Слаанеш. Величественное и чарующее божество посетило его в облике юноши, одарённого красотой андрогина, стройного и дышащего энергией молодости. Рыцарь обнажил увитый рунами меч и попытался сразить юношу. Но, к своему ужасу, обнаружил, что не может этого сделать, ибо бог-князь обезоруживал своей невинностью и очаровывал своей обходительностью.

Даже самое чистое пламя может погасить единственная волна. В тот краткий миг замешательства странник погубил себя. Он наконец пал на колени и преклонил голову, и прикосновение сияющего скипетра существа к его плечам решило судьбу рыцаря навеки.

*До выхода последних бэков, эта история отсылала нас к Калдору Драйго, но теперь эта история ни о чём. Рассказ интересен лишь описанием Дворца Слаанеш.