Cмелость, любопытство, самостоятельность и упорство⁠⁠

В один из зимних дней, на улице начинался буран. На папиной работе срочно искали человека, который согласился бы отвезти приезжего врача обратно в город Оха. Расстояние от посёлка Малое Сабо до города составляет около восьмидесяти километров, и из-за непогоды желающих не нашлось - кроме папы.

Я не помню, в какое время он выехал. Мы ждали его к вечеру, но он так и не вернулся, буран усиливался. Не вернулся он и утром, и тогда мама забила тревогу. Помню, как я переживала…

За отцом отправили вездеход. Выяснилось, что машина застряла прямо на перекате. В ту ночь папа сильно обморозил пальцы на ногах, и его увезли в больницу. Там он пролежал долго - из-за обморожения ему пришлось ампутировать несколько кончиков пальцев.

О том, что мой папа воевал в Великой Отечественной войне, я осознала позже. Его награждали медалями, но папа говорил, что они ничего не значат, потому что это были юбилейные награды, а по-настоящему заслуженными он считал только боевые медали. Он отстёгивал медаль от колодки и отдавал её мне, а для меня это была отличная «битка» для классиков.

Была середина лета. Детский сад закрыли на ремонт, и мне уже не было так скучно - у меня появились друзья, с которыми мы часто гуляли. Мама вместе с другими воспитателями продолжала работать в садике, они делали ремонт своими силами. Лето выдалось жарким, и однажды мама вышла на улицу, чтобы подышать свежим воздухом после запаха краски. Навстречу ей шла коллега с банкой жидкости, похожей на чай. Из-за того, что мама надышалась краской, она не почувствовала запаха бензина и, решив, что в банке чай, схватила её и сделала несколько глотков.

В результате мама попала в больницу с отравлением, а я осталась дома с папой и братом. Брат работал и дома практически не появлялся, отец возил вахту на станцию Эри и часто брал меня с собой. Он развозил людей, а потом заезжал в небольшой лесок и там ждал окончания смены вахтовиков. Мне было совершенно нечем заняться: папа спал, а я бродила рядом с машиной. Нашей едой на весь день были хлеб и литр икры. Без мамы было пусто на душе.

Пока мама еще лежала в больнице папа возил рабочих по разным объектам, в обед мы были дома и папа сказал что к вечеру поедем какой то новый поселок о котором я еще не знала, а сейчас давай поспим, отдохнем, мы прилегли и я уснула, когда проснулась обнаружила что папы нет, видно папа не стал будить меня и уехал один, неприятно было оставаться одной и я решила пойти пешком за папой в этот новый поселок, тогда я еще не понимала что это был строящийся поселок Восток, который в будущем станет пгт Нефтегорск.

Из Малого Сабо я вышла на центральную дорогу и, по какой-то интуиции, пошла в сторону того поселка, даже не зная, где он находится и сколько идти. Я шла очень долго. По дороге не было ни машин, ни людей, и идти в одиночестве было напряжённо и немного страшно.

Впереди навстречу шел автобус. Водитель и пассажиры заметили, что ребёнок идёт один, без взрослых, посреди дороги, окружённой лесом. В автобусе были женщины, рабочие-маляры - я сразу это поняла, потому что они были испачканы краской. С ужасом они спросили, как я могу идти так одна, где мои родители. Я объяснила, что мама в больнице, а папа уехал в какой-то новый поселок.

Они спросили фамилию папы - оказалось, что знают его – спросили и как меня зовут. Меня отругали, сказали, что «Марина, нельзя уходить так далеко одной», «Как ты могла столько пройти?» Пообещали отвезти обратно, но я очень-очень хотела к папе и сопротивлялась. Но автобус тронулся, и я с огорченным видом поехала домой.

На Сахалине было много грибов - и не только их, но и ягод, например брусники. Я очень любила шишки: ими лес был буквально усыпан. Когда у папы выдавался выходной, мы с мамой садились к нему в машину и ехали за грибами. По дороге родители собирали стеклянные бутылки - потом их можно было сдать и выручить немного денег. Бутылки валялись повсюду на дороге, потому что проезжавшие мимо люди часто выбрасывали их прямо из машин, и родители собирали их, складывая рядом со мной, у моих ног.

В лес меня с собой не брали: я оставалась в машине, играла сама с собой и ждала, пока родители вернутся. Однажды из одной бутылки выползла большая зелёная гусеница и поползла прямо в мою сторону. Я так испугалась и закричала, что уже через пару минут родители были рядом. Так я им в тот день испортила всю охоту за грибами.

Однажды мы заехали на просеку, куда машины ездили редко. Вокруг был лес, а мы отъехали всего немного от поселка. Недалеко стоял другой поселок, который назывался «Большое Сабо». Мы ехали и вдруг кусты зашевелились, и прямо перед нами, всего в трёх метрах от машины, выскочил огромный медведь. За два прыжка он перебежал дорогу и скрылся в кустах. Мы все были в оцепенении, хотя я успела сказать: «Ого, как далеко корова зашла!» - а оказалось, что это был медведь.

Это был первый медведь, которого я увидела вживую. Отец остановил машину и сказал: «Ещё чуть-чуть - и я бы его сбил!» Впрочем, отец иногда охотился, но всегда приносил домой только кроншпиля - это такая дикая утка. Вот таков был о.Сахалин.

Иногда мама возила меня на автобусе в город Оха, наш районный центр, в больницу, где мы проводили по полдня. Прививка Манту у меня была покрасневшая, с плохим результатом, и мне выдавали какой-то бумажный пакетик с жёлтыми таблетками, которые нужно было принимать для профилактики.

Однажды мама сказала, что меня ждёт сюрприз, и его привезёт папа. Мне было не терпится, и я уговорила маму идти встречать его. Мы зашли дальше поселка, на дорогу, откуда был заезд в поселок, и дождались папу. Прямо на дороге он вытащил из кузова кофейного цвета подростковый велосипед — девчачий, без рамки. Счастью моему не было предела! До этого мне только позволяли кататься подруги или катали на рамке друзья моего брата Олега. Но однажды, когда меня вез друг брата, моя нога как-то попала под спицы и порезала её. Я вернулась домой пешком, сильно плача, и больше ни за что не захотела кататься на рамке велосипеда.

В то время я уже училась читать сама. Маме выписывали журналы «Мурзилка» и «Весёлые картинки». Я хорошо запоминала текст, который она мне читала, а потом стала по строчкам разглядывать буквы. Однажды получилось так, что я смогла прочесть одно слово сама. Я попросила маму проверить, и сама удивилась - я уже умела читать!

Многие мои подруги собирались в школу, а меня не брали: к сентябрю мне ещё не исполнилось семи лет, но мне так хотелось пойти в школу, пришлось ходить снова в садик, а я вообще не любила потому, что там кормили гороховым пюре и спать в обед.