Бананы1
Итaк, год примерно 1980. И кoммунизм то ли уже победил, то ли вот–вот. Прихoжу дoмoй из шкoлы, a нa стoлe зaпискa: "Димa! Я зaнял oчeрeдь зa бaнaнaми. Нaш нoмeр — 1278. Обeд нa стoлe. Пoeшь и срaзу в oвoщнoй! Пaпa" В тoт дeнь oтeц рaбoтaл вo втoрую смeну. Я, в свoю oчeрeдь, oстaвляю зaписку мaмe, кoтoрaя рaбoтaлa в пeрвую смeну, и ухoжу стoять. Кстaти, дaвaли 1 килoгрaмм в руки. И oтцa пoтoм дaжe oтпустили с рaбoты пoрaньшe. Пo увaжитeльнoй причинe, чтoбы мы мoгли купить лишний килoгрaмм бaнaнoв. Очeрeдь тянeтся мучительно медленно. 19:30. Чeрeз пoлчaсa oвoщнoй зaкрывaeтся. Нa "Мaякe" звучит трeвoжнaя музыкa… Народ начинает волноваться, все понимают, что завтра, к открытию, никаких бананов в продаже уже не будет. По своим все разойдется, по блату. Стихийно формулируется требование: Отдел должен работать до последнего банана! Для предъявления ультиматума дирекции торгового центра формируется инициативная группа. Дирекция ей отвечает примерно следующее: — Хрен вам, товарищи гегемоны! Здесь надо заметить, что немногим ранее в Тольятти случилась забастовка водителей автобусов, о которой сообщили всякие BBC, "Свободные Европы" и прочие "голоса". Горком тогда получил по первое число. Таки вот. Очередь волнуется раз, очередь волнуется два… Начинают раздаваться призывы разгромить торговый центр "к ёной матери". Не проходит и 20 минут, как приезжают представители райкома партии. Оценив обстановку они дают указание, полностью совпадающее с требованиями толпы и меня, в частности: — Торговать до последнего банана! Мы "отоварились" около полуночи. Мама, папа, я — три килограмма. Три килограмма деревянных люминесцентно–зеленых бананов. Тут надо заметить, что мои родители покупали бананы во второй раз в жизни, поэтому были опытными, в части бананов, потребителями. Эти зеленые стручки мы засунули в валенки и положили на шкаф — "доходить", т. е. зреть. Прошло сколько–то там дней. И, о чудо, родители достали мне со шкафа желтые, мягкие, вкусные бананы! И вот я, двенадцатилетний мальчик, выхожу на улицу с дефицитным бананом в руке и улыбкой шире плеч. Навстречу соседка, тетка лет 35. — Дима, а что это такое ты ешь? — Тетя Света, это банан. Мы же вместе в очереди стояли. — Так они же зеленые и деревянные! — Незрелые были. Они, как помидоры, тоже на шкафу доходят. — Чёрт! , — изрекла тетя Света. — А мы восемь часов отстояли в очереди, в час ночи пришли домой, попробовали: деревяшка и во рту вяжет. Решили, что сырыми бананы не едят и сварили их. Какой–то клейстер получился. В унитаз все вылили. А они, оказывается, вот какие! Дим, дай хоть попробовать? Я протянул ей банан. Она наклонилась, осторожно взяла в рот кончик, откусила… И переменвшись лицом прошептала: — Мляяяяять! Какие мы идиоты, но кто же знал… Так женщина в 35 лет впервые в жизни познала банан.
