Аттила Марсель
Поль – немой и талантливый пианист, он аккомпанирует в танцевальном клубе у своих тётушек, без конца поедает французские печенюхи, гуляет в парке, а вечером возвращается домой, чтобы сыграть там для снобов. Снобы чавкают, вытирают руки о салфетки и с восторгом хлопают, после чего Поль ложится спать. День сурка какой-то, не иначе. С самого детства Поля преследовали две вещи, от которых некуда было деться. Первая – пианино. Оно и понятно: если ты родился в семье пианистов, то быть тебе пианистом. Таково уж призвание. Вторая вещь – кошмар, мучающий Поля вот уже столько лет. В этом кошмаре всегда одно и то же: мама и папа веселятся, а затем весь сон кричит, свистит или искажается, и Поль вынужден проснуться. Жуткий сон. Почему там мама с папой? Он знает только, что мама и папа мертвы. Не знает, как они умерли и не знает, почему этот кошмар снится ему каждую ночь. У тётушек есть ответы, но они молчат.
Не стоит спешить с выводами. Разве же плохо – помогать человеку раскрыть талант? Тётушки молчат и опекают Поля, чтобы не навредить его призванию. А он, поняли вы или нет, должен стать лучшим пианистом. Он был рождён для этого. В его венах вместо крови – семь нот. Стены дома увешаны портретами дедушек и прадедушек – выдающихся пианистов. Осталось выиграть один конкурс, и тогда, возможно, портрет самого Поля появится на той же стене. Он получит признание от людей из академических кругов. Он будет выступать в больших концертных залах или на фестивалях. Его будут слушать, уважать, фотографировать, звать на интервью. А как же признание близких? Ну, сыграй нам, Поль. Прошу, давай, сыграй нам. И Поль играет. Очень талантливо и без запинки, но отстранённо, по-мёртвому он как-то играет. Без души.
Что-то следовало бы сделать, но это ж призвание, а? Как с ним быть?
Дальше история показывает нам людей: очень странных, смешных и запоминающихся. Например, слепой настройщик пианино. Или доктор, который мечтает стать таксидермистом. Одни из этих людей успешно побороли своё призвание и занимаются теперь тем, что доставляет удовольствие. Эти люди полны радости, они любят жизнь как бы она не выглядела и не звучала, ведь жизнь прекрасна во всех своих проявлениях: от простой морковки до лестничных перил, способных издавать музыкальные ритмы. Другие, кто всё-таки не смог побороть призвание, вынуждены сидеть на тех местах, где скучно, больно, серо, тошно – лучше помереть. Жить в мире многообразия и ярких красок, но не замечать этого – преступление против человека, говорит фильм. И преступниками тут являются взрослые: родители, тётушки, бабушки или дедушки.
Призвание – давление взрослых. Отец говорит тебе быть доктором только потому, что его отец был доктором, и теперь у вашей семьи куча докторских связей и, тебя, сынишку, легко впихнуть в колледж или на работу. Для родителей это удобный и понятный путь – ты будешь социально устроен. Одним головняком меньше. Для детей это всё равно, что дать им машину только со сцеплением и тормозом. Крути руль, имитируя реальную езду. Фильм говорит: эй, жизнь одна. Дайте им втопить на газ, пусть прочувствовуют полноту жизни, как это сделали вы. Дайте им возможность найти себя. Может, твой инструмент – не пианино, а укулеле? И только с укулеле в руках ты будешь счастлив и окружишь себя такими же людьми? А, Поль?
В этом смысле фильм однозначен. Здесь нет сомнений: призвание – давление взрослых. Нельзя родиться водителем такси, врачом или пианистом. Зато можно стать кем бы ты захотел. Очень, конечно, похоже на Уэса Андерсона по стилю и тому, как выверена композиция кадра: симметрично, очень ярко, музыкально и даже мультяшно. Всё в балансе, без какого-либо безумия. Красивый, звучный фильм о чудаках, которые вовсе и не чудаки – они отказались от призвания, чтобы полюбить жизнь и себя в ней.
Люблю вот такие добрые послания. Офигенно!
Мой ТГ: https://t.me/kinoastma