Это было бы смешно, когда бы не было так грустно, или почему его не тошнит?⁠⁠

Кадры из очередной ленты про шимпанзе.
ЧеловекОбезьяна бежит по длинной клетке в вольер, тоже закрытый клеткой, только большой, голос за кадром, не то умилительно, не то радостно, видимо, передавая чувства служителя тюрьмы, - Я смотрю в будущее с большой надеждой!
Почему его не тошнит, не корчит от боли?
Раб, привыкший к притеснению и утеснению всех видов, совсем только недавно, освобожденный от прямого физического насилия, живя в системе всех и всяческих ограничений и принуждений - не в силах увидеть катастрофу тюрьмы, лагеря, смерти.
Свободное живое в клетке - не вызывает у него уже ни боли, ни тошноты, ни отчаяния, он говорит о надежде, и, очевидно, радуется за тех, кто в клетке, не видя ни боли их, ни беды, ни отчаяния.
Толерантность к насилию, привычка к пытке, вросшая в душу тюрьма, делают существо, считающее себя человеком - бездушным, бесчувственным, привычно и незаметно лживым и безнадежно злобным, позволяя при этом симулировать для себя самого человечность, честность и доброту.
Бесконечный кошмар палача, искренне считающего себя благотворителем.

отсюда