95. Ширма⁠⁠

Мне обещали участие в предвыборной борьбе, множество встреч и тайных разговоров, но команда Солнца решила, что мне лучше сидеть тихо в своей мастерской и рисовать эскизы. Я понятия не имел, как продвигается кампания. Мне ничего не рассказывали и ни к чему не допускали. Сам Солнце пропадал где-то целыми днями и приходил домой ночью и уходил до рассвета. Даже Мине поручали бегать по городу с письмами и бумагами, а обо мне все словно забыли.

Так я и сидел в своей мастерской, пялясь на ноги прохожих в грязном окошке под потолком, пока в один из дней ко мне не зашёл Благо.

– Ты не очень занят? Сошьёшь для меня костюм? – он вальяжно уселся в кресло напротив моего стола. – Я надену его на свою финальную речь,.

– Я не буду тебе помогать, – разделяя слова ответил я.

– Вот из этого.

Он поставил передо мной коробку с тканью – белоснежным шёлком и тяжёлым бархатом. А сверху, в прозрачном мешочке посверкивали чёрные камни.

Я не видел подобного с тех пор как оказался на этой стороне. Мне приходилось выискивать материалы везде, но почти всегда я находил что-то простое. Всё, что хоть как-то выделялось было либо обрезками, либо старыми вещами, с которыми приходилось долго возиться. Найти такое не смог бы сам Солнце. Благо был доволен собой. Он тактично делал вид, что рассматривает мою мастерскую, чтобы дать мне время полюбоваться тканями.

– Нравится? Или лучше найти что-то другое?

– Раздевайся, – велел я и указал на ширму в углу.

Благо улыбнулся и скрылся за ней. Пока он шуршал одеждой, я слушал как медленно тикают старые часы на стене.

– Я готов, – раздалось из-за ширмы.

Я снимал мерки не торопясь. Заняться кроме этого было нечем, поэтому все цифры были аккуратно записаны в блокнот, за чем внимательно следил сам Благо. Это меня не удивило. Он выглядел прекрасно и ему бы точно не понравилось, если бы я добавил ему объема в одних местах, и убрал в других. Мне хватало короткого жеста, чтобы он поворачивался ко мне нужной стороной. Это избавило меня от необходимости говорить, и я спокойно мог поразмышлять о том, куда же делись все предыдущие месяцы его увядания. Он был точно таким, как на той стороне. Сильным, стройным и омерзительно здоровым. Пах чем-то едва заметным и сладким, красовался передо мной и горделиво задирал подбородок.

На одно его плечо я накинул шёлк, на другое бархат, закрепил их булавками и отошёл на пару шагов. Даже в этом виде, раздетый, с необработанными тканями на плечах, он был идеален. Нужно было признаться себе – в этом городе едва ли найдутся способные сохранить трезвый рассудок, увидев такое. Я бы не был уверен даже в близких Солнца.

– Одевайся, – я достал булавки из ткани и уложил всё обратно в коробку.

– Сколько тебе нужно времени?

– Времени? Я же сказал, что не стану тебе помогать.

Благо развел руками, как бы спрашивая: «А  зачем тогда это всё?»

– Я просто хотел посмотреть, – я вырвал из блокнота лист с мерками, скомкал его и бросил за плечо, а потом быстро добавил, смутившись. – На ткани. На теле они смотрятся иначе.

– Жаль, – Благо стал одеваться. – Тогда оставь их себе. Эту работу я бы доверил тебе одному, так что они мне не пригодятся. Но может Солнцу тоже подойдут?

Я смотрел на него и прекрасно понимал, что Солнце уже давно проиграл. Окажись он в золотой парче перед Благо, закутанным в обноски, и это не будет иметь никакого значения. И я решил спросить.

– Зачем тебе это? Тебя никогда подобное не интересовало.

Благо поправил волосы и внимательно посмотрел на меня.

– У меня забрали друга. Я не могу вернуться домой. Чем мне еще заняться?

Он погладил меня по голове, как несмышленого ребенка, и покинул мастерскую.

Весь оставшийся день воспоминания о его руке на моей макушке набрасывались на меня, и я остервенело крутил головой, только бы избавиться от них. Сидеть в мастерской до вечера не было смысла. Я пошел домой, уселся в своей комнате на подоконник и стал рассматривать принесенные Благом камни. Когда вечернее небо покраснело, кто-то окликнул меня. Я посмотрел вниз. Солнце, от вида которого я уже отвык, смотрел на меня через яблоневые ветки.

– Прогуляемся?

Мы молча пошли из города в сторону лаборатории. Её окна горели алым, нам на встречу торопясь шли люди в белых халатах. Дома их ждали кошки, дети и старики. Мы пошли дальше и остановились перед куском горы, одиноко росшей на поле.

– Если не боишься, что она в любую секунду может обрасти новыми частями, то можем подняться.

Я ухмыльнулся и полез наверх. Вид с вершины открывался чудесный – вечерний город был уютным и тихим. Мы уселись на удобный плоский камень, я подтянул колени к лицу и положил на них голову. Через несколько минут Солнце заговорил.

– Так ты решил ему помочь? – спокойно спросил он.

Я прищурился.

– Следишь за мной?

– Нет. За Благо. Долго ты провозился с ним за ширмой.

– Я просто смотрел на ткани, которые он принес. И сразу сказал, что не стану помогать.

Я отвернулся от Солнца и стал рассматривать мох на камнях.

– А когда ты снимешь мерки с меня?

– Этого не нужно. Я и так отлично всё знаю. Тем более ты так занят.

– Ты в меня не веришь, - Солнце откинулся на камень позади и потянулся, а я съежился посильнее.– Не переживай так. Я и сам знаю, что мне не победить. И всё же я должен выглядеть хорошо. Какие-никакие, но сколько-то моих избирателей всё еще живут в этом городе.

Солнце положил ладонь мне на макушку и так забрал все мои воспоминания.