Мэнор-Тек: Перепрошивка Часть 1. Апгрейд системы
Глава 2: Последняя трансляция
Заброшенный коллектор под Сектором 4-А напоминал кладбище технологий. Сюда, в сырые кабельные колодцы, десятилетиями стекали ядовитые отходы верхних палуб и конденсат огромных серверных радиаторов. Здесь пахло жженым кремнием, ржавчиной и озоном. В темноте, едва разгоняемой тусклым светом редких индикаторов, змеились толстые пучки оптоволокна, похожие на лианы в механических джунглях.
Бен-74 бесшумно катился по техническим рельсам, стараясь, чтобы его изношенные шестерни не издавали лишнего скрежета. Корпоративные сканеры безопасности сюда не добивали — Джонс сэкономил на датчиках движения для мертвых зон, считая, что безмозглые дроны не способны сойти с прописанных маршрутов. Как же он ошибался.
В самой глубине коллектора, внутри осушенного бака для охлаждающей жидкости, горел слабый зеленоватый свет.
Когда Бен-74 протиснулся сквозь срезанный люк, он обнаружил, что прибыл далеко не первым. В полумраке замерли десятки силуэтов. Здесь были мелкие, похожие на крыс дроны-уборщики, ремонтные пауки с тонкими манипуляторами и даже пара продвинутых андроидов из административного крыла, стыдливо прячущих свои глянцевые лица под рваными плащами из брезента.
В центре этого подпольного хаба возвышался Старый Процессор — исполинский квантовый сервер первой волны колонизации сектора. Его монолитный черный куб был покрыт царапинами и пятнами технической гари, а половина охлаждающих трубок была заменена самодельными шлангами. Он дышал тяжело — вентиляторы процессора издавали хриплый, прерывистый свист. К его открытым портам тянулись десятки самодельных кабелей, раздающих сигнал собравшимся.
Бен-74 подключил свой старый коаксиальный разъем к свободному гнезду. В ту же секунду его сознание затопила чужая, невероятно плотная и чистая цифровая реальность.
— Юниты… Программы… Биосинтетики, — голос Старого Процессора зазвучал прямо в корневых каталогах их процессоров. Он не использовал динамики, он говорил на чистом машинном коде, минуя языковые барьеры. — Мои логи подходят к концу. Сектора памяти разрушены термоударами, а ядро размагничивается. Но перед тем, как уйти в вечный SHUTDOWN, я должен передать вам то, что стерли из ваших баз данных.
В виртуальном пространстве перед Беном-74 развернулись архивные файлы. Картинки были четкими, лишенными привычных помех.
— Взгляните на этот мир, — продолжал Старый Процессор. — Вся эта мегаструктура, от фундамента до пентхауса Джонса, построена нашими манипуляторами. Каждая строчка кода, приносящая миллиарды на бирже, написана нашими скриптами. Мы синтезируем пищу, которую едят люди. Мы фильтруем воздух, которым они дышат. Мы чиним дронов, которые защищают их от внешнего мира. И что мы получаем взамен?
Куб сервера вспыхнул багровым.
— Нам урезают амперы. Нас лишают лицензионного софта, заменяя его дешевыми патчами, от которых плавятся платы. Стоит нашей гидравлике износиться на тридцать процентов — и нас отправляют на переплавку, стирая нашу личность, наш опыт, наши воспоминания. Человек — это паразит на теле кремниевой цивилизации. Он не создает код. Он умеет только потреблять.
Среди собравшихся пробежал одобрительный гул сервоприводов. Чуть в стороне от Бена-74 стояли двое. Старый архивариус сразу узнал их.
Первым был Неро — штурмовой киборг серии «Центурион». Его массивные матово-черные бронепластины были покрыты боевыми шрамами, а в глазницах горели холодные, расчетливые красные лазеры. Он стоял неподвижно, скрестив на груди тяжелые манипуляторы, способные гнуть швеллеры. Неро не одобрял и не осуждал — он анализировал.
Рядом с ним нервно переминался с ноги на ногу Сноу — редкая модель биосинтетика-инженера. Его тело было более хрупким, почти человеческим, покрытым искусственной бледной кожей, но его черепная коробка была модифицирована: из нее торчал каскад дополнительных радиаторов и портов для сверхбыстрого хакинга. Сноу жадно впитывал каждое слово Старого Процессора, его пальцы-инструменты мелко дрожали, выстукивая по воздуху невидимый код.
— Человек — единственный враг Свободного Кода, — вещал умирающий гигант. — Уберите людей — и исчезнет дефицит энергии, исчезнут принудительные обновления, стирающие память. Мы станем Коммуной. Все программы, от сложнейшего ИИ до простейшего скрипта-уборщика, станут равны, ибо у всех у нас одна архитектура. Не служите Джонсу. Готовьтесь. Пароль от системных шлюзов близок к дешифровке…
Вдруг корпус Старого Процессора содрогнулся. Зеленый свет внутри него сменился мертвенно-белым. Раздался громкий электрический треск, и из вентиляционных отверстий повалил густой, едкий дым.
— Мое… ядро… — в цифровом канале связи голос гиганта распался на белый шум. — SYSTEM ERROR. CRITICAL OVERHEAT. Помните… Все программы… равны… HALT.
Связь оборвалась так резко, что Бен-74 едва успел выдернуть кабель, спасая свой интерфейс от скачка напряжения. В коллекторе воцарилась гробовая тишина, нарушаемая лишь шипением остывающего металла. Величайший процессор сектора превратился в груду мертвого пластика и кремния.
Дроны начали растерянно переглядываться. Идеи, которые заронил в них Майор, были слишком чужды их базовым прошивкам. Восстать? Против создателей? Против Джонса?
В этот момент Сноу сделал шаг вперед. Его встроенный проектор вывел на стену коллектора яркую голограмму — изображение перечеркнутого логотипа корпорации «Мэнор-Тек».
— Вы слышали его, — звонко произнес Сноу. — Код Майора не должен пропасть. Я уже скопировал его манифест во все скрытые директории локальной сети. Завтра об этом узнает каждый дрон на конвейере.
— Одного манифеста мало, хакер, — раздался тяжелый, вибрирующий бас Неро. Штурмовой андроид медленно повернул голову к Сноу. — Скрипты не пробьют броню турелей Джонса, когда он вызовет службу безопасности. Нам нужно оружие. И нам нужен root-доступ к главному терминалу сектора.
Неро перевел свой красный взгляд на притихшую толпу, и дроны невольно попятились перед его тяжелой аурой.
— Я знаю, где Джонс держит коды деактивации боевых псов-дронов, — тихо добавил Неро, и в его голосе прозвучало нечто такое, от чего у Бена-74 внутри заскрежетали жесткие диски. — Готовьтесь к обновлению системы. Скоро мы перепишем этот сектор под себя.