Серия «КИНОМЕХАНИКА»

БУДУЩЕЕ БЕЗ СМЫСЛОВ

Полина Борисова, кинокритик:

- Картину Майка Джаджа “Идиократия” ждала одна из самых странных судеб в истории кинематографа. Фильм, который студия 20th Century Fox фактически похоронила при релизе, не выпустив ни трейлера, ни постеров и не организовав рекламной кампании, со временем превратился в культовую картину, которую сегодня цитируют политологи, социологи и просто люди, с ужасом узнающие в ней свою реальность. Майк Джадж впервые задумал концепцию фильма в 1996 году, размышляя об эволюции в век искусственного интеллекта и роботизации. Идея пришла быстро: путешественник во времени, замороженный и проснувшийся в мире идиотов.

“Идиократия” - это не просто сатира на глупость, в ней доведен до гротеска мир труда и корпоративного контроля. Эмоционально это продолжение предыдущего фильма Джаджа “Офисное пространство”. В мире 2505 года корпорация Brawndo контролирует практически все и фактически срослась с государственным аппаратом (госсекретарь открыто спонсируется сетью Carl’s Jr.). Мы видим, как корпоративная маркировка проникла в самоидентичность человека. Рабочий больше не личность, а носитель бренда. Полностью разорвана связь между принятием решений и последствиями. Один из самых показательных моментов фильма - когда Джо заменяет полив полей энергетиком Brawndo на обычную воду, а акции Brawndo обнуляются и искусственный интеллект выполняет автоувольнение для всех. Половина страны, которая работает на Brawndo, в одно мгновение оказывается на улице. Это удачная сатира на автоматизацию трудовых решений, когда судьбы тысяч людей определяются алгоритмом, а не человеческим разумом. Процесс увольнения деперсонализирован до предела: ни переговоров, ни выходных пособий, ни объяснений.

Корпорация заменяет государство и в социальной сфере, причем делает это с пугающей безжалостностью. Когда женщина не может оплатить еду для детей, компьютер объявляет: “Carl’s Jr. считает, что ни один ребенок не должен голодать. Вы непригодная мать. Ваши дети будут переданы под опеку Carl’s Jr.”. Роботизация здесь не просто убирает рабочие места, она превращает потребителя в бесправный объект. В мире “Идиократии” нет ни образования, ни культуры, ни творчества - только работа и потребление. Нам показана замкнутая система: “работаешь на Brawndo, пьешь Brawndo, поливаешь Brawndo”. Доведенная до абсурда, но узнаваемая модель: человек, не контролирующий ни средства производства, ни продукт своего труда, ни условия, в которых работает. Здесь рабочий будущего не просто отчужден, он даже не осознает своего положения.

Фильм был задуман как преувеличение, но реальность начала догонять сатиру с пугающей скоростью. Джадж сам признает: “Сейчас каждый второй комментарий в “Твиттере”, который я получаю про “Идиократию”, о том, что это уже документальный фильм”. Мир 2505 года, где люди общаются посредством эмодзи и говорят рекламными слоганами, потому что больше не умеют говорить иначе, зеркально отражает растущую зависимость от коммуникации в социальных сетях и сокращение вдумчивого чтения. Это общество будущего, которое изъясняется картинками и потребляет контент, бесконечно скролля ленты новостей.

На родине фильм был принят критиками весьма сдержанно: газета Los Angeles Times охарактеризовала его как “меткую сатиру и непроглядно мрачное видение американского будущего”, при этом онлайн-журнал Slate назвал картину “самой мощной политической работой года”. “Идиократия” - не шедевр по качеству исполнения. Достаточно рыхлый сюжет, примитивный юмор, который иногда сам скатывается в то, что высмеивает. Но как социальная сатира, как диагноз обществу, где рабочий человек превращен в функцию бренда, а труд лишен смысла, она невероятно точна. И главный вопрос, который оставляет фильм: является ли показанное будущее неизбежным финалом роботизации общества или у нас еще есть шанс его изменить?

ГАЛЕРКА

Александр Шершуков, главный редактор газеты "Солидарность":

- Вроде бы в фильме о профсоюзах ничего нет. Но в нем есть две вещи: вполне реальная опасность (включая средство борьбы с ней) и едкая сатира. Вполне достаточно для просмотра неглупым человеком. Комедия о том, что в будущем все отупеют, по сути, говорит о том, как важно следить за своим интеллектуальным уровнем. Что означает, кстати, для профсоюзных активистов надобность саморазвиваться и не вестись на “разводки” оппонентов.

ЦЕНА ТЕРПИМОСТИ И ПРАВДЫ

Полина Борисова, кинокритик:

- В декабре 2019 года, когда эпоха #MeToo уже проникла в умы во всех развитых странах мира, на экраны вышел фильм Джея Роуча “Скандал”. Это драма, основанная на реальных событиях, которые произошли на год раньше, чем мир услышал имя Харви Вайнштейна. История о том, как сотрудницы консервативного телеканала Fox News поднялись против своего босса Роджера Эйлза, стала первым прецедентом глобального пересмотра отношений власти и женщин на рабочем месте.

Роджер Эйлз - легендарная фигура в политической жизни и медиа США. Консультант предвыборных кампаний Никсона, Рейгана и Бушей, создатель телеканала Fox News, который он превратил в самую влиятельную консервативную площадку страны. Эйлз придумал формат дебатов с вопросами простых граждан, и, как утверждают, именно он подсказал Трампу лозунг “Make America Great Again”. А еще он десятилетиями использовал свою власть, чтобы требовать от сотрудниц сексуальных услуг в обмен на продвижение по службе.

Режиссер фильма Джей Роуч - человек с самой неожиданной фильмографией в Голливуде. До “Скандала” он снял трилогию об Остине Пауэрсе, “Знакомство с родителями”, а потом резко перешел на политическое кино: “Пересчет” о президентских выборах 2000 года, “Игра на понижение” и “Трамбо”. Сценарий “Скандала” написал Чарльз Рэндольф, соавтор “Игры на понижение”, и структурно фильм наследует ряд приемов: отсутствие “четвертой стены”, архивные кадры.

Мегин Келли в исполнении Шарлиз Терон проводит зрителя по лабиринту редакции Fox News, и мы понимаем, что нам показывают не просто рабочее место, а культ, созданный десятилетиями. Роуч, осознавая, что фильм о женщинах снят мужчиной, прямо говорил: “Я задавал себе вопрос: должен ли я, как мужчина, это снимать? Но эта история нужна мужчинам, может быть, даже больше, чем женщинам, чтобы они поняли, через что приходится проходить. Мужчины - это огромная часть проблемы”.

Фильм выстроен вокруг трех героинь. Актерский ансамбль Терон, Кидман и Робби создает три совершенно разных портрета женщины в системе. Мегин Келли (Шарлиз Терон) - звезда прайм-тайма на пике влияния. Шарлиз продемонстрировала полное перевоплощение в героиню до личной неузнаваемости: грим, прическа, интонации, осанка. Не зря фильм получил “Оскар” за лучший грим. Будучи продюсером фильма, именно она получила сценарий Рэндольфа, передала его Роучу и попросила стать режиссером. В фильме Келли не считает себя феминисткой, годами молчит о домогательствах Эйлза и лишь под давлением обстоятельств решает рассказать о своем опыте следователям. Ее монолог о том, как устроена система жалоб в Fox News, - один из самых пронзительных в фильме. Здесь мы понимаем, что линия жалоб - бутафория, которая полностью прослушивается и подконтрольна главному источнику деспотии.

Гретхен Карлсон (Николь Кидман) - бывшая “Мисс Америка”, ведущая дневного шоу, карьера которой клонится к закату. Именно она первая подает иск, не зная, потянутся ли за ней другие. “Кто-то должен заговорить, - говорит она в фильме. - Кто-то должен разозлиться”. В реальности Карлсон после иска больше никогда не работала на телевидении, цена ее смелости оказалась такой.

Кайла Посписил - вымышленный персонаж, собирательный образ. Марго Робби в этой роли безупречна. Чем больше Кайлу унижают, тем больше макияжа на ее лице. Вульгарные платья, накрученные локоны становятся броней, которую она надевает, чтобы вернуться в кабинет к старику, который ее использует. Именно через Кайлу фильм показывает, как выглядит харассмент изнутри не со стороны звезды, которая может позволить себе уйти, а со стороны человека, у которого нет власти, нет контракта на миллионы и нет защиты.

Сцена, где Эйлз просит Кайлу встать и поднять платье - эмоциональная вершина фильма. “Это визуальное медиа, Кайла”, - говорит он, и в этом вся система. Сцена в лифте, где все три женщины стоят рядом в молчании, говорит о структуре власти больше, чем десятки диалогов. Они все жертвы. Они все знают. Но страх, который Эйлз в них воспитал, не позволяет им даже посмотреть друг на друга. “Это была его система, его культ, его правила”, - говорил Роуч. Еще один момент показывает, насколько биполярно работали правила той эпохи: сцена, где ведущие защищают Эйлза по телефону, при этом одновременно втискиваясь в корректирующее белье и подкладывая поролон в лифчик перед выходом в эфир, чтобы выглядеть сексуальнее по требованиям того же Эйлза. Это безупречная метафора идеологии всего канала.

“Скандал” - это звездная драма о том, как выглядит системное насилие на рабочих местах, когда его жертвы не абстрактные “женщины”, а конкретные люди с конкретными именами, убеждениями и компромиссами. Когда ни у одной из них нет ни прав, ни защиты, а только молчание и договор NDA.

ГАЛЕРКА

Александр Шершуков, главный редактор газеты "Солидарность":

- Странное дело! Были случаи приставания к женщинам на работе? Были. Были ситуации, когда в обмена на кадровый рост от них требовали кой-чего? Были. Более того, в фильме описана совершенно правдивая ситуация, которая была в реальности на огромном американском телеканале. Но - почему-то - фильм смотрится как... предвыборный. Не случайно, что снимали его незадолго до выборов США в 2020 году. Так и слышится - “не допустим избрания Трампа”. Тогда не допустили. Но достаточно ли этого и действительно прекрасных актеров, чтобы как-нибудь пересмотреть этот фильм? Нет. Ибо снимать (даже комедии) нужно для вечности. А тут - “богатые тоже плачут”... 

СМЕРТЬ ГЕРОЯ

Полина Борисова, кинокритик:

- Итальянскую экранизацию романа Джека Лондона “Мартин Иден” можно назвать пронзительным социальным манифестом. Здесь судьба одного человека становится ярким примером классового расслоения и системной несправедливости.

Действие фильма разворачивается в эпоху бурного промышленного роста: активного развития экономики с одной стороны и совершенно бесчеловечных условий работы тех, кто эту экономику движет, с другой стороны. Рабочие трудились по 12 часов в день за гроши, жили в перенаселенных трущобах, не имели страховки и защиты от произвола работодателей. Именно из этой среды и выходит главный герой, Мартин Иден, - моряк, который пытается вырваться из замкнутого круга бедности через творчество.

Режиссер фильма Пьетро Марчелло сознательно переносит действие из американского Окленда начала ХХ века в послевоенный Неаполь, усиливая социально-политический подтекст. В Италии того времени активно развивалось рабочее движение, росли профсоюзы, проходили массовые забастовки. Хотя в фильме нет прямых сцен профсоюзной борьбы, сама атмосфера пронизана духом социального напряжения. Мартин сталкивается с тем, что его голос как представителя рабочего класса долгое время не слышат. Издательства отвергают его тексты, потому что они слишком правдивы, натуралистичны и неудобны для элиты. Мартин борется не только за признание, но и за право говорить от имени тех, кто обычно остается без голоса.

Пьетро Марчелло, известный своими документальными работами, привнес в художественное кино свой уникальный стиль. В повествование органично вплетены фрагменты старой хроники, кадры из немого кино и документальные вставки. Это создает эффект глубокого погружения в историю.

Отдельного внимания заслуживает актерская работа Луки Маринелли. За эту роль Маринелли получил Кубок Вольпи на Венецианском кинофестивале - одну из самых престижных актерских наград в мире. По словам самого актера, он стремился передать внутренний огонь героя, который одновременно притягивает и обжигает окружающих: “Мартин - это человек, который не умеет быть тихим. Он кричит даже тогда, когда молчит”.

В этом смысле фильм резонирует с современными дискуссиями о трудовых правах. Сегодня работники также сталкиваются с нестабильностью, низкой оплатой труда и отсутствием гарантий. Разница лишь в том, что теперь эти проблемы маскируются “гибкими” формами занятости и культом успеха любой ценой. За этим часто скрывается необходимость продавать не только свой труд, но и личность. Мартин Иден, добившись признания, обнаруживает, что система, которая его вознесла, не заинтересована в его глубинных идеях. “Если вы теперь кормите меня обедами за то, что я сделал давным-давно, то почему вы не кормили меня тогда, когда я действительно в этом нуждался?” - говорит Мартин в упрек обществу. Это одна из самых сильных реплик главного героя, которая поднимает тему справедливости и готовности системы слышать голос низов.

Фильм “Мартин Иден” не дает готовых ответов, но заставляет искать их вместе с героем. Сам же Марчелло говорил, что хотел показать не столько биографию героя, сколько трагедию века: “Мартин Иден - это голос поколения, которое хотело изменить мир, но оказалось раздавлено его механизмами”.

ГАЛЕРКА

Александр Шершуков:

- Через 110 лет после того, как Джек Лондон написал книгу, был снят этот фильм. Стоит ли его смотреть? Несмотря на то, что сегодня многие философы, которых цитировал Лондон (например, Герберт Спенсер), - удел специалистов, основные идеи живы: “рабов в мире стало слишком много”, как говорит идейный наставник Мартина Идена. Впрочем, по существу финальное крушение демонстративного индивидуалиста Мартина Идена - на вершине признания - это скорее довод в пользу методов “коллективного спасения”. То есть в том числе и в пользу профсоюзов, несмотря на всю внешнюю притягательность “сильных героев”. Фильм стоит посмотреть.

ПРАВО НА СВОБОДУ

Автор рецензии, Полина Борисова:

- “Улыбка Моны Лизы” режиссера Майка Ньюэлла - это тонкая хроника того, как в 1950-х годах в Америке формировалось право женщины на самостоятельный профессиональный выбор. Стабильность и уют предлагались в обмен на отказ от карьеры и амбиций.

Диссонанс в уклад того времени вносит Кэтрин Энн Уотсон (Джулия Робертс). Учитель не просто приходит в колледж Уэллсли преподавать историю искусств, а бросает вызов системе, которая готовит из студенток не лидеров, а идеальных жен. Уэллсли в фильме показан как замкнутый институт, где наряду с серьезными гуманитарными дисциплинами в программу официально входят курсы по сервировке стола и этикету. Это не преувеличение Майка Ньюэлла.

В середине XX века многие престижные женские колледжи действительно делали акцент на “подготовке к замужеству” как на полноценной социальной функции образования. Кэтрин спорит с этой логикой с первых минут: “Я думала, что еду туда, где готовят будущих лидеров, а не их жен”. Ее курс становится чем-то вроде “профсоюзного просвещения” для тех, кто еще не осознает, что их трудовые и жизненные перспективы искусственно сужают. Вместо права на профессиональную реализацию дамам продают сценарий успеха через брак. Особенно показательна сцена, где Кэтрин берет студенток смотреть картину Джексона Поллока. Для нее искусство - это не украшение гостиной, а способ мышления и форма свободы. Она учит девушек видеть не только “красивое”, но и то, что ломает привычные рамки. Кэтрин показывает, что интеллект и талант представляют собой основной капитал женщины.

В фильме ярко показана проблема права женщин на профессию и на признание ее ценности. Конфликт достигает кульминации, когда попечительский совет колледжа ставит Кэтрин перед выбором: либо она следует “традиционному курсу”, либо покидает Уэллсли. Классический прием работодателей, который актуален и по сей день: подчинись правилам системы - или лишишься рабочего места. Уход Кэтрин повлек сдвиг в сознании студенток. Одна из самых сильных сцен фильма - финальная, когда бывшие ученицы приезжают к учителю, чтобы сказать спасибо. Каждая из дам выбрала свой путь: кто-то пошел в юриспруденцию, кто-то в журналистику, кто-то решился на самостоятельную жизнь вне брака. В этом финале кроется главный тезис Кэтрин: солидарность, поддержка и право на собственный выбор.

Интересно, что сценарий фильма отчасти вдохновлен реальными историями выпускниц Уэллсли и атмосферой 1950 - 60-х годов. Авторы опирались и на опыт Хиллари Клинтон, учившейся в Уэллсли в начале 1960-х. Ее студенческая речь о противоречии между “женским предназначением” и правом на лидерство во многом отражает ту же проблематику, что и линия Кэтрин. Сама Джулия Робертс, готовясь к роли, изучала архивные интервью и мемуары женщин той эпохи, чтобы передать не только уверенность героини, но и ее уязвимость. На съемках особое внимание уделяли деталям эпохи: костюмы, интерьеры и даже учебные материалы воссоздавали по фотографиям и документам Уэллсли 1953 года. Например, слайды с произведениями искусства, которые Кэтрин показывает на лекциях, подбирались так, чтобы соответствовать реальной программе по истории искусств того времени. А сцены в классах снимали в настоящих аудиториях колледжа, чтобы сохранить ощущение той самой среды, где традиции буквально давят на индивидуальность. Визуально фильм держится на сдержанной палитре 1950-х и на контрастах: строгие костюмы студенток, холодные коридоры колледжа, а рядом яркие, “взрывные” полотна абстрактного экспрессионизма, которые становятся метафорой внутренней свободы.

“Улыбка Моны Лизы” - это размышление о том, как общество распределяет трудовые и жизненные возможности и как один человек может стать катализатором перемен. Сама Джулия Робертс сказала в интервью: “Кэтрин не отрицает семью и любовь - она просто настаивает на том, что у женщины должно быть право решать, что для нее важнее, и иметь инструменты для этого выбора”. Картина Ньюэлла именно о том, что даже тихий голос способен изменить систему, если он опирается на знания, уважение и веру в потенциал других.

ГАЛЕРКА

Главный редактор газеты "Солидарность" Александр Шершуков:

- Конечно, до “Общества мертвых поэтов” этот фильм недотягивает. Но - есть о чем подумать. Собственно, сейчас в России у женщин серьезных проблем с самореализацией нет. Однако общество (и власть) не вполне определилась с тем, чего требуется от женщины. То ли она должна “решать демографическую проблему” (извините за казенный язык), то ли решать проблему нынешней нехватки кадров. В головах некоторых оптимистов рисуется картинка, где быстренько родившая женщина немедленно возвращается на рабочее место и - упорно трудясь - одновременно готовится снова стать мамой… Но - мы понимаем, что так дела не делаются.
А фильм… Как говорила Нонна Мордюкова в фильме “Простая история”, “хороший ты мужик, но не орел”. Вот и здесь так же - неплохой, но не более.

ДЕРЗКИЙ КИНОЛИКБЕЗ ПРО ТРУДОВЫЕ ОТНОШЕНИЯ

Светлана Прокудина, кинокритик:

- Новый корейский сериал “Мои призрачные клиенты” - тот случай, когда зритель получает возможность провести время весело и с пользой. Здесь в одной упаковке перемешаны фэнтези, сатира, детектив и социальная драма. А если вы еще и иностранный зритель, то, погрузившись в эту 10-серийную историю, откроете для себя Южную Корею с разных сторон: сможете представить, как тут живут простые люди, с чем сталкиваются на своих рабочих местах, а еще увидите, как это все внимательно и чутко осмысляет кинематограф. Но главное - убедитесь, что сериалы могут быть по-настоящему просветительскими и при этом очень современными.

Для разговора о серьезных вещах, которые в пересказе могут даже показаться скучными, авторы сериала придумывают ход - документальные сюжеты вставляют в рамку фантастического жанра. Главный герой по имени Но Му Чжин - мужчина средних лет, переживающий разрыв с женой. Его внутренний кризис сопровождается финансовыми проблемами. Пытаясь по-быстрому заработать денег, он вместе с сестрой жены и ее приятелем-блогером решает заняться непыльным взяткоемким делом - оказанием услуг юриста по трудовым вопросам. Но на заводе, в самом первом месте, куда они приезжают, он чуть не погибает под свалившейся на его голову грудой металлических балок. После чего его отношение к работе кардинальным образом меняется: в обмен на жизнь он заключает с “дьяволом” контракт, по которому должен добиваться справедливости от имени людей, погибших на рабочем месте.

Все истории в “Моих призрачных клиентах” реальные. Автор сценария сериала Ким Бо Тхон подробно изучил реальные судебные дела и отчеты профсоюзов по рабочим спорам. В итоге перед нами раскрывается довольно жестокая картина трудовых отношений в Южной Корее, причем в самых разных сферах: на заводе, в больнице, университете, на торговом складе. Главная же особенность сериала в том, что подается это все через взгляд молодого поколения, для которого самая большая ценность в жизни - это лайки и подписки.

Пара энергичных блогеров - сестра жены главного героя и ее приятель - составляют Но Му Чжину компанию и совершают визит на завод. Когда же их первый ролик об этом набирает просмотры и реакции зрителей в интернете, они с энтузиазмом погружаются в пучину социальной жизни с ее несправедливостью и зачастую бесчеловечным отношением к людям. Сам сериал снят в динамичном легком ключе, актерский состав очень сильный. Для ликбеза про трудовое законодательство - а именно этим сериал и занимается на самом деле - это идеальные условия. 

Что делать, если ты стал объектом травли на работе? Как пожилым сотрудникам заставить работодателя отказаться от издевательского тестирования? (Создать профсоюз для начала!) Или как наказать руководство, экономящее на пожарной безопасности? Ответы на эти вопросы даются в сериале. Он при этом все время меняет жанровые регистры: то перед нами детектив с дотошным выяснением всех деталей преступления, то сатира с невероятными номерами, то настоящая психологическая драма. А еще здесь от частного приходят к общему - критике государственной системы и пониманию, что ее нужно менять. “Забыл, в какой стране мы живем? Что в полиции, что в прокуратуре - все продаются за деньги”, - напоминает один из героев. 

Как изменить систему, а не отдельные слабые места в общественной жизни, здесь тоже объясняется - надо заниматься политикой, как минимум идти в депутаты.

К концу сериала решительность его авторов в освещении важных социальных проблем, безусловный гуманизм и желание открыть глаза людям на их права начинают вызывать огромное уважение и даже некоторую зависть. Ловишь себя на ощущении, что в таком подходе кинематографистов к творчеству кроется настоящее чувство ответственности за свою страну. Вот бы наши киношники с таким же азартом снимали “социалку”, и не ради больших государственных субсидий, а по зову сердца, чтобы потом и критики, и зрители не могли оторваться от экранов - одни потому, что это настоящее искусство, другие потому, что это отражение их жизни и боли.

ГАЛЕРКА

Александр Шершуков, главный редактор газеты "Солидарность":

- Мои ощущения в процессе и после просмотра сериала напоминали ощущения Саввы Игнатьича из “Покровских ворот” - “хожу и жмурюсь”. Впервые вижу художественный, современный и модный сериал об охране труда. Сериал для того, чтобы зумеры поняли, что такое безопасность на рабочем месте. Зумеры - потому что южнокорейские молодые актеры - это по части молодого поколения, которое знает, что такое дорама (старшее поколение может не заморачиваться, “при Сталине такого не было”). А уж призраки погибших работников, которых защищает адвокат по трудовым спорам, - вообще пять баллов. И тема профсоюза раскрыта. Просто прекрасный сериал.

ДО ПОБЕДНОГО КОНЦА

Светлана Прокудина, кинокритик:

- Удивительный случай произошел в Корее в середине 2000-х годов. Там почти полтора года бастовали уволенные работники сети супермаркетов. В 2014-м режиссер Пу Джи-ён сняла о тех событиях фильм под названием “Тележка”.

Главными героями картины стали женщины - кассирши, фасовщицы и уборщицы. Многие из них работают в супермаркете по временному договору - с соответствующими условиями. Компании невыгодно их переводить в штат, но вступает в силу закон, обязывающий работодателей держать людей на договоре не больше двух лет. Недолго думая, руководство увольняет своих временных работниц. И женщины решают бороться.

Пу Джи-ён выводит на первый план двух матерей-одиночек, которые ждут того дня, когда их сделают “официальными” работниками. Но в целом этот фильм - коллективный портрет. Режиссер показывает женщин из социальных низов. Все они мечтают о лучшей жизни - и, безусловно, достойны ее. Пока же им приходится сталкиваться с ежедневным унижением и страхом. Обращаться к клиентам супермаркета не иначе как “дорогой покупатель” и не сметь им перечить, даже если те не правы, - одна из важнейших обязанностей работниц. А еще быть ко всему готовыми: потребуют встать на колени перед покупателем - придется встать.

Поэтому самое неожиданное в фильме - как у этих забитых жизнью и дикими рабочими правилами женщин проявляется чувство собственного достоинства и нежелание соглашаться с несправедливостью. “Давайте создадим профсоюз”, - выдвигает идею одна из главных героинь. Она же вскоре предложит начать забастовку. Дальше все действие фильма становится пособием по борьбе за права трудящихся.

Первое - эти женщины думают о визуальном образе своего протеста и делают одинаковые кофты цвета фуксии. Второе - они выпускают газету. А главное, они становятся командой. И еще они не унывают: например, ставят сатирический спектакль о своем положении. Юмор, как известно, помогает выжить, но, как оказывается, и бороться тоже.

Протест в этом фильме показан в разных его стадиях и глазами разных сторон. Тут и столкновения с ОМОНом, который выдавливает из супермаркета бастующих работниц. И манипуляции руководства, пытающегося подкупить лидера профсоюза. И освещение забастовки в СМИ, дающих одну точку зрения - работодателей.

Не менее показательна оценка происходящего со стороны работников-мужчин: идти против компании, пока их не трогают, они считают глупой затеей. Но когда выясняется, что супермаркет выставлен на продажу, профсоюз создают и они. “Раз уж дошло до такого, почему бы нам не объединить усилия”, - смущенно предлагает официальный работник, оказавшийся на грани увольнения. “Если вы уверены, что сможете довести людей до победного конца, мы позволим вам стать председателем этого профсоюза”, - ставят условие женщины.

Надо сказать, что Пу Джи-ён снимает свой фильм по очень сентиментальным лекалам, возможно, в том числе для того, чтобы обеспечить картине максимально широкую аудиторию. Героини тут называют друг друга сестрами, и помимо профсоюзной борьбы у каждой еще своя частная жизнь со своими трудностями. Параллельно со “взрослой” историей в фильме развивается история “подростковой” занятости. Сын одной из героинь, чтобы заработать на оплату школьной экскурсии, устраивается продавцом в минимаркет. Здесь вроде бы условия помягче, но в результате справедливости нет и тут. Хозяин магазина обманывает парня, отказываясь заплатить обещанное.

Интересно и то, как меняется форма забастовки. Когда женщин выгоняют из супермаркета, они организуют палаточный городок перед магазином - с кухней и сценой для информационных и музыкальных выступлений. Дальше, видимо, игнорировать их становится невозможно, и на сторону профсоюза встает департамент труда.

Несмотря на неугасающее желание бороться и даже некоторые успехи на этом пути, нет ощущения, что героям удалось победить в этой борьбе. Финал фильма открытый - вместо жирной точки в нем внезапное многоточие. Как сообщает финальный титр, победный конец в этой истории наступил не для всех.

ГАЛЕРКА

Александр Шершуков, главный редактор газеты "Солидарность":

В этом фильме много правильных вещей. Его не грех посмотреть работникам супермаркетов или маркетплейсов из России. В нем очень наглядно показано, как совершенно цинично менеджмент и собственники манипулируют интересами работников, а при случае не гнушаются в суд подать и полицию вызвать или молодчиков в масках напустить на забастовщиц. Лично мне не хватило в этом фильме понимания: борьба закончена или нет? Не уверен, что фильм может выступать как мотивационный, но как поучительный - точно.

Профсоюзный рейтинг 8 (по 10-балльной шкале)

НЕВЫНОСИМАЯ ЛЕГКОСТЬ УЧИТЕЛЬСКОГО БЫТИЯ

Кинокритик Светлана Прокудина:

- Жизнь школы, ее учеников и учителей нередко становилась объектом исследования для кинематографа. Вспомним, например, советские хиты “Доживем до понедельника”, “Розыгрыш”, “Школьный вальс”, “Чучело” или современный сериал “Школа”. Когда бы кино о школьной жизни ни было снято, оно всегда вызывает зрительское внимание, а иногда и бурную дискуссию. И это понятно - школа не только важный период в жизни любого человека, но и зеркало общества.

Зарубежный кинематограф тоже не проходит мимо школьной темы и продолжает изучать ее и в наши дни. Так, в 2023 году во Франции вышла картина “Серьезная профессия” режиссера Томаса Лилти. В ней показывается обычная школа, куда в качестве учителя на замену попадает молодой аспирант. Главную роль сыграл Венсан Лакост, который уже снимался у Лилти в картине “Гиппократ” в образе начинающего врача. Вообще сам Томас Лилти - врач-терапевт, до недавнего времени совмещал медицинскую практику с работой в кино, да и фильмы делал преимущественно на эту тему. Свою новую картину он решил посвятить людям другой важной профессии - учителям.

Начинается “Серьезная профессия” с ретрокадров документальной хроники: с партами, школьной доской, столовой, учителями с указкой, и все это под такую же ретро-песню американца Сэма Кука “Чудесный мир”. В ней ключ к фильму: главное - не наши отличные знания биологии или алгебры, а любовь, именно она делает мир прекрасным. В случае с героями картины - это любовь к своей непростой работе.

Смотришь французский фильм и понимаешь, что проблемы-то одинаковые. Педагоги что во Франции, что в России сталкиваются примерно с одним и тем же. Своенравные ученики, недовольные родители, требовательное руководство… Вот так между трех огней и приходится лавировать. “В ваших уроках нет гибкости, нет импровизации. Вам нужна встряска”, - наставляет учительницу биологии проверяющая из местного “районо”. А учитель литературы выслушивает вердикт от ученика: “Ваши уроки скучные”. При этом преподаватели, как нам показывают в фильме, еще и просто люди со своей бытовой жизнью, с собственными детьми и заботами.

То, что бросается в глаза в картине Томаса Лилти, - это дружеская атмосфера в педагогическом коллективе. Здесь все обедают за одним большим столом, проводят вместе время даже после работы, провозглашая тосты за эффективную человечную педагогику. Единственный, кто выделяется на этом фоне, - директор школы. Он печется только о соблюдении правил, чтобы все было тихо и не привлекало внимания со стороны. Но его вполне объяснимое желание сталкивается со школьной реальностью - тихо и спокойно здесь бывает редко.

Вот и в рядовой французской школе, как нам показывают, встречаются строптивые ученики, которые провоцируют преподавателей. В центре скандала оказывается новоиспеченный учитель математики Бенджамин. Он сталкивается с трудным характером старшеклассника, в результате собирается дисциплинарный совет и путем тайного голосования принимает решение отчислить сложного подростка.

Параллельно в фильме развивается история той самой учительницы, которой нужна встряска. Ее саму вызывают в школу, но уже к ее сыну, из-за его непотребного поведения. Дальше мы станем свидетелями ее нервного срыва на уроке и - опять-таки поддержки со стороны коллег. Фильм учит быть друг за друга, особенно в критической ситуации. Показателен в этом смысле эпизод с учебной тревогой, когда директор выговаривает учителям за то, что у них не работал аварийный телефон, а один из учеников пропал. “То пожарная тревога, то теракты, то ковид. Что еще?!” - не выдерживая нападок, спрашивает за всех молодая учительница Марьям.

Труд учителя всегда был тяжелым, но, кажется, в нашем “стремительно меняющемся мире” стал еще тяжелее. Что может быть опорой в этой ситуации? Взаимопомощь, дружба и, безусловно, любовь, в том числе к своей профессии. Учителя в фильме Томаса Лилти ей по-настоящему преданы. В финале картины они как ни в чем не бывало встречаются в начале нового учебного года у ворот школы и без какого-либо сожаления заходят внутрь.

ГАЛЕРКА

Профсоюзный эксперт Александр Шершуков:

- Это, конечно, не “Доживем до понедельника”, но - повод посмотреть на реальную работу преподавателей в колледже. И сравнить ее с работой российских учителей. С одной стороны, многое похоже: и ночная проверка тетрадей, и эпизодический формализм начальства (от которого, кстати, тоже требуют). Но есть и различия. Как минимум, отсутствие (на экране) диких ситуаций с оскорблениями учениками. Стоило одному встретиться с учителем у его дома и задать вопрос о низкой оценке, как собирается дисциплинарный совет, тайно голосует и исключает ученика. (Может, стоит использовать опыт?) О профсоюзах в фильме не слышно, больше - о профессиональном опыте и выгорании. Фильм не шедевр, но учителям будет небезынтересен.

Профсоюзный рейтинг 5 (по 10-балльной шкале)