Жизнь одна!
Свет весёлыми скачками ворвался в её сон, разбудив и окутав собой. Всю ещё не очень долгую жизнь она находилась под строгой опекой: мама, бабушка, муж. И вот одна. Счастливо расправила руки-крылья. Лица, губы – свету. Всё – свету.
«Свобода» - промелькнула мысль и улетела. Волосы, мягкие и пушистые поддались хаосу и парили. Она понимала, что свобода это не ощущение, а состояние, но в это утро всё слилось воедино.
Полетав, сползать наземь она не хотела, создавать же себе праздники ещё не научилась. Жажда деятельности, обуздав нутро утром не отставала от неё уже весь день. В институте, в котором училась уже пятый год, не очень хорошо поговорив с профессором, вылетела мигом на улицу. Глубокий вдох. Глаза – небу. Руки – полет. Смех. Здорово! Надо бы повторить. Испуг – а смогу, ли? Мысль, не успев закрепиться, улетела, помахав неприглядным хвостиком.
Вообще, эмоциональное возбуждение возникало в её маленьком сердечке довольно часто. Она умела радоваться мелочам, умела жить, умела любить – просто так. Не зря любимым мультяшным героем у неё был длинноухий ослик, который всем дарил цветы: «Просто так!»
Как часто бабушка повторяла: «Жизнь одна! Бог одарил тебя и ты не вправе не любить его подарок». Бабушка, милая бабушка.
Бабушкин образ увлёк её в другой конец города. Туда, где она родилась и росла, туда, где на всем останавливается взгляд и подводит незаметно, как бы не хотя, к событиям, чувствам чудом сохранившимися в дальнем закоулке памяти. Природа и вещи заговорили на только ей понятном языке, языке воспоминаний, бурлящим, как горный ручей и ей захотелось пить и пить, вызывая все новые и новые, непрерывно текущие потоки.
Вот у неё по лицу начинает бродить улыбка, бессмысленная и блаженная; вот она над чем-то усмехается, блестят и загораются глаза. Глыба непорочности и копошащиеся в это время мысли делают её счастливой.
У каждого есть такой уголок, но мало кто может вызвать их с такой яркостью и точностью, как она.
Смотря на свой «бывший» дом, по-стариковски осевший утонувший в зарослях бурьяна и чертополоха она жалела его. Вдруг лицо засмеялось, не объяснимо, само по себе.
«Поняла!» - Пронеслось в голове: он улыбается мне. Этот заброшенный дом улыбался тёмными дырами окон. Он узнал свою маленькую хозяйку и приветствовал её радостным поскрипыванием.
Она захотела пробраться поближе, но трава была такой высокой, что это не удалось.
- До свиданья! Теперь я чаще буду к тебе приходить.
Улыбка ещё долго не сходила с её губ, как после долгожданной встречи с другом. Посреди пыльного и скучного города прекрасно обрести что-то своё, родное, уже забытое.
***
Вечером слепой летний дождь долдонил по крышам.
«Даже не заметил»- подумал он, досадуя на свою не приспособляемость.
Машина ехала плохо, скользя по мокрому асфальту. Мысль носилась по траектории, даже не мысль, а её импульс, светящийся вместе с мигающими фонарями.
«Чёрт!»- тихо выругался он и нажал на тормоз.
Маленькое, мокрое существо, перепугавшись, сидело перед ним, раскрыв до судорог свои глаза-плошки (пол кошки). Большой и тоже мокрый дядька упал рядом с всклокоченным котёнком, а дождь всё поливал и поливал.
Вскоре дорога опустела, и только иногда поблёскивала пятнами луж.
Принеся, домой этот комочек, не сразу сообразил, что с ним делать. Накормить, напоить и спать уложить, решил он.
Ещё позавчера он ни остановился бы перед ним, но после ухода жены было так пусто в квартире, что не хотелось возвращаться. Напоив котёнка молоком, уснул рядом с ним, и во сне всё было хорошо, светло и тепло.
Он научился варить рыбу и мясо, убирать в квартире и покупать продукты. Это маленькое существо занимало всё его свободное время. На походы с друзьями и визиты в не очень богоугодные заведения не было ни сил, ни желанья. Со временем начал понимать, отчего ушла жена. Вспоминая последние ссоры, во многом с ней соглашался, но ничего уже не мог поделать. Ушла, так ушла. Зато у него сейчас есть котёнок, хороший, маленький, всегда его ждущий. Он злился на то, что слов «я ухожу» ей хватило, чтобы почувствовать себя свободной.
- Здравствуйте, тетя Шура.- Обратился он к дородной женщине, копошащейся возле почтового ящика.
- Здравствуй и ты Джеки.
На что маленькая болонка радостно забегала коготками по полу.
- Небось, доволен, что один? – спросила тетё Шура, войдя в лифт и вытеснив из него весь воздух. Он промолчал.
«Не очень» - подумал он, но говорить вслух не собирался. Войдя в квартиру, нутром почуял – что-то не так. Запах. Её запах. Духи её любимые и неповторимые.
Она возилась в комнате с котёнком.
-Здравствуй, сказал он, увидев её счастливое лицо. Она подняла вверх котёнка и спросила:
-Это твой? Такой хорошенький! Я вещи некоторые забыла. Ты не возражаешь, я заберу.
- Конечно – Он не знал, как её остановить.
«А я ведь её люблю. Наверное, ей мало», думал он. «Но не бывает мало того, чего на самом деле не бывает. Любовь странное сочетание шести букв, в принципе не значащее ничего, но тиражируемое на всех углах. Люблю - кричит солдат с подножки поезда, девушке в синем берете. Люблю – шепчет бабушка над могилкой мужа. Люблю – улыбается малыш, прижимая плюшевого мишку к груди. Люблю – чувствую я, обнимая её во сне».
И он набрал её номер и Сказал ей, КАК ОН Любит!!!!
