Улыбка с «почтового ящика»
В начале 1980-х годов в закрытом уральском городе Свердловске-45, приписанном к крупному приборостроительному заводу, случился тихий, но громкий в узких кругах скандал. Местный зубной техник Аркадий Львович славился золотыми руками. К нему на прием в обычную районную поликлинику выстраивались очереди на месяцы вперед, но самые «качественные» протезы он делал на дому, в оборудованной под мастерскую кладовке хрущевки.
Секрет прочности и особого благородного блеска его коронок заключался в металле. Государственного стоматологического золота вечно не хватало, да и стоило оно дорого. Выручал сосед по гаражному кооперативу — слесарь-инструментальщик Михалыч, работавший на том самом режимном заводе, который в народе звали просто «почтовым ящиком».
Михалыч собирал в цехах обрезки тончайшей проволоки от термопар, бракованные реохорды и контакты, которые шли под списание. Для заводского начальства это был мусор, для самого слесаря — «нержавейка, которая не темнеет», а для Аркадия Львовича — чистейшая платина и палладий. В заводских документах эти сплавы проходили под скучными шифрами, и в цеху мало кто догадывался, что под ногами валяется металл дороже золота.
Каждый пятничный вечер в гараже совершался обмен: спичечный коробок блестящей проволоки на бутылку коньяка и пару десятков рублей. Дома техник плавил промышленный лом горелкой, добавлял немного меди для пластичности и отливал безупречные коронки. За три года «стратегический запас Родины» перекочевал в рты двух-трех сотен жителей города: учителей, инженеров, продавщиц гастронома.
Прокол случился там, где не ждали. Один из пациентов Аркадия Львовича, главный технолог того самого завода, поехал в санаторий в Сочи. На пляже он случайно разговорился с отдыхающим из Москвы, который оказался сотрудником Гохрана. Увидев при смехе технолога характерный тускло-белый, с холодным отливом блеск моста во рту, столичный ревизор заинтересовался. Профессиональный глаз сразу отличил платино-палладиевый сплав от обычной стали или серебра.
Через неделю в Свердловск-45 приехала закрытая комиссия ОБХСС и кураторы из областного управления КГБ. Следствие раскрутило цепочку за десять дней. Вышли и на зубного техника, и на слесаря Михалыча, у которого в гараже в банке из-под солидола нашли еще полкило «нетемнеющей проволоки».
Дело закрыли тихо, без огласки в прессе — слишком уж щекотливой оказалась ситуация с охраной режимного объекта. Техник и слесарь получили реальные сроки за хищение валютных ценностей в особо крупных размерах. А вот с сотнями горожан возникла юридическая заминка: изымать государственную платину из челюстей советских граждан никто не решился. Так и ходили жители закрытого города до самой пенсии, нося во рту секретные оборонные сплавы, способные выдержать температуру ракетного сопла.