Городской человек, приехав в деревню, поначалу умиляется. Умиление составляет основное его содержание, как огурцы в банке, а вокруг плещется воодушевление и тоска по несбыточному. Эх, завести бы коровушку, думает городской человек, прежде заводивший только аквариумных рыбок. Травушку косить... картошечка своя, сметанка, банька вечером, зори алые... луга... А люди, люди-то какие! Простые люди, соль земли.

На следующий день он, кряхтя, притаскивает из колодца десять ведер воды и отгоняет злую козу автомобильным ковриком. От коровушки, зашедшей в гости, в ужасе бежит сам и долго не может выбросить из головы её потный волосатый нос размером с коленку. В лесу клещ, в клеще боррелиоз, в боррелиозе смерть горожанина. В баньке низкий потолок и дохлые мухи. Но он всё равно мужественно парится и поёт "выйду ночью в поле с конём", хотя догадывается, что у коня тоже нос.

Возвращается с рыбалки сосед, соль земли. Заводит музыку. "Холостой мужчина, скушно мне с тобой!" – рыдает с огорода Люба Успенская. Городской человек начинает чувствовать, что ему немножко пересолено. Сосед крадёт стамеску, ведро и автомобильный коврик. Называет городского человека тыблей. Окая, поёт Егора Крида.