В первой половине 80-х мне по работе приходилось много летать на самолётах. Как правило, посадка и высадка у меня происходила не вместе со всеми пассажирами, а отдельно.

И вот очередное приземление в одном из городов Сибири. Пассажиры выгружены, груз тоже, и мы вдвоём со стюардом двигаемся к выходу с лётного поля. Зима, ночь. Идём по бетонному покрытию мимо стоящих самолётов. Стюард идёт чуть впереди, при этом,  что-то оживлённо рассказывая.  Я же держусь несколько сзади, и хоть и не слушаю, но периодически поддакиваю, как бы поддерживая  разговор.

Проходим мимо хвоста стоящего самолёт, а он в этот момент решает прогреть дюзы (если я правильно выражаюсь). Проще говоря,  включает двигатели. И меня сдувает потоком воздуха. И вот я, с сумкой на плече, с трудом держа равновесие,  скольжу на ногах по лёгкому гололёду. В голову влезает весёлая мысль, что вот бы сейчас лист фанеры за спиной, и я скользил бы как под парусом в ночную пустоту. Но быстро вернувшись  к реальности, понимаю, что уже прилично так проехал, и пора бы тормозить. Ничего лучше в голову не пришло, как упасть на бок и откатиться в сторону от струи воздуха. Так и сделал. После пары кувырков  быстренько встал, нашёл глазами своего стюарда и,  сделав умное сосредоточенное лицо, побежал к нему.