olzo
11К
рейтинг
6 подписчиков
13 подписок
55 постов
5 в горячем
Награды:
Вчера на остановке зашел вот такой парень
Чтобы он мог видеть, были отверстия в этом самом шаре. Когда светило солнце, весь автобус начинал сиять. Минск
Почему не стоит проходить мимо
Этой зимой шли с товарищем по делам. В метрах 50-100 от нас был светофор, переходя по которому дорогу, упал мужчина. Он попытался подняться и вновь упал. И вновь. И вновь.
Первая мысль: очередной пьяный мужик, бывает.
Тем не менее, мы решили поинтересоваться, не нужна ли ему помощь. Когда мы подходили, мужчина кое-как дополз до бордюра и безысходно уселся.
Как оказалось, он шел домой и у него отказала в колене больная нога. Мы его провели, донесли до квартиры, где его встретила жена. Он приглашал нас на чай, но мы отказались, ибо надо было спешить.
Так вот, к чему я. Помогайте людям, даже если кажется, что они пьяны.
Первая мысль: очередной пьяный мужик, бывает.
Тем не менее, мы решили поинтересоваться, не нужна ли ему помощь. Когда мы подходили, мужчина кое-как дополз до бордюра и безысходно уселся.
Как оказалось, он шел домой и у него отказала в колене больная нога. Мы его провели, донесли до квартиры, где его встретила жена. Он приглашал нас на чай, но мы отказались, ибо надо было спешить.
Так вот, к чему я. Помогайте людям, даже если кажется, что они пьяны.
Вдали
Егор остановился. Он плавно сел посреди дороги, сложив ноги «бабочкой», достал сигарету и закурил. Игорь оглянулся, пожал плечами и, усевшись рядом, тоже закурил.
Теплая ночь плавно и мягко погружала в спокойную атмосферу. На часах было уже далеко за полночь, а дорогу освещали лишь звездное небо и маленькие огоньки, которые сверкали в руках у двух потерянных временем людей.
Тишина, стоящая вокруг, казалось, рушила все надежды на возвращение домой и зловещим шепотом напоминала о том, насколько одинокими оказались два друга. Вокруг не было никого, кроме них и звезд.
Игорь затянулся горьким дымом:
—Всё безнадежно...
—А может, оно и к лучшему? –поднимая взгляд спросил Егор
—Как — к лучшему? –удивился Игорь
Егор выдержал паузу, не спеша затянулся и, выдыхая дым, грустно ответил:
—Что ты видишь?
—Ну... Тьму, асфальт, звезды и тебя...
—А я вижу прекрасную, безлюдную обстановку. Я вижу ночное небо, страстно светящее для нас. Я вижу силуэты деревьев, складывающиеся в различные интересные рисунки. Я вижу приятного мне человека. Я вижу нечто прекрасное. Мы оторваны от цивилизации, мы одни.
Парни вновь погрузились в тишину. Дым сигарет подхватывался легким ветром и уносился вдаль, растворяясь в воздухе.
Пока Егор наслаждался прекрасным полотном, расстилающимся сверху, и не торопясь курил, Игорь уныло пытался заткнуть тоску по дому никотином, который так жадно впитывал в себя. Волнение не давало ему увидеть, сколь прекрасный Мир его окружает, как хорошо здесь — среди маленьких небесных огоньков и чистого воздуха.
Он много думал, съедаемый чувством потери. Он вспоминал ссоры с любимой, ежедневную работу, которую так ненавидел, скучные и одинокие вечера. Что он имел? Что ценил? Ради чего он жил? Ради того, чтобы, удобно усевшись за телевизором, прилипнуть к очередной банке пива?
Егор взглянул на сигарету. Ее оставалось уже не больше половины. В такие моменты время так быстро идет... Вот ты еще только закурил, уединился с тем, что тебя окружает, как уже пора вернуться к бездне и рутине, так сильно каждый день на тебя давящей. И бывает, когда совсем плохо, только и делаешь, что живешь «от островка к островку», постоянно ожидая жалких пяти минут, когда ты наконец остановишься во всем этом мраке и покуришь.
—А знаешь, ты в чем-то прав... –пробубнел Игорь и затушил сигарету рядом с собой.
Вот и кончился момент, когда ты отклоняешься от всего Мира, когда ты можешь думать наиболее ясно, но все равно, весь забитый и загнанный в угол, забываешь всё, о чем только что думал.
Игорь явно торопился:
—Идем?
На этот раз он не получил ответа. Егор лишь грустно выдохнул и встал.
Двое продолжили путь. Продолжили поиск. Поиск того, от чего так хотели убежать...
Теплая ночь плавно и мягко погружала в спокойную атмосферу. На часах было уже далеко за полночь, а дорогу освещали лишь звездное небо и маленькие огоньки, которые сверкали в руках у двух потерянных временем людей.
Тишина, стоящая вокруг, казалось, рушила все надежды на возвращение домой и зловещим шепотом напоминала о том, насколько одинокими оказались два друга. Вокруг не было никого, кроме них и звезд.
Игорь затянулся горьким дымом:
—Всё безнадежно...
—А может, оно и к лучшему? –поднимая взгляд спросил Егор
—Как — к лучшему? –удивился Игорь
Егор выдержал паузу, не спеша затянулся и, выдыхая дым, грустно ответил:
—Что ты видишь?
—Ну... Тьму, асфальт, звезды и тебя...
—А я вижу прекрасную, безлюдную обстановку. Я вижу ночное небо, страстно светящее для нас. Я вижу силуэты деревьев, складывающиеся в различные интересные рисунки. Я вижу приятного мне человека. Я вижу нечто прекрасное. Мы оторваны от цивилизации, мы одни.
Парни вновь погрузились в тишину. Дым сигарет подхватывался легким ветром и уносился вдаль, растворяясь в воздухе.
Пока Егор наслаждался прекрасным полотном, расстилающимся сверху, и не торопясь курил, Игорь уныло пытался заткнуть тоску по дому никотином, который так жадно впитывал в себя. Волнение не давало ему увидеть, сколь прекрасный Мир его окружает, как хорошо здесь — среди маленьких небесных огоньков и чистого воздуха.
Он много думал, съедаемый чувством потери. Он вспоминал ссоры с любимой, ежедневную работу, которую так ненавидел, скучные и одинокие вечера. Что он имел? Что ценил? Ради чего он жил? Ради того, чтобы, удобно усевшись за телевизором, прилипнуть к очередной банке пива?
Егор взглянул на сигарету. Ее оставалось уже не больше половины. В такие моменты время так быстро идет... Вот ты еще только закурил, уединился с тем, что тебя окружает, как уже пора вернуться к бездне и рутине, так сильно каждый день на тебя давящей. И бывает, когда совсем плохо, только и делаешь, что живешь «от островка к островку», постоянно ожидая жалких пяти минут, когда ты наконец остановишься во всем этом мраке и покуришь.
—А знаешь, ты в чем-то прав... –пробубнел Игорь и затушил сигарету рядом с собой.
Вот и кончился момент, когда ты отклоняешься от всего Мира, когда ты можешь думать наиболее ясно, но все равно, весь забитый и загнанный в угол, забываешь всё, о чем только что думал.
Игорь явно торопился:
—Идем?
На этот раз он не получил ответа. Егор лишь грустно выдохнул и встал.
Двое продолжили путь. Продолжили поиск. Поиск того, от чего так хотели убежать...
Вот такое яйцо нашла моя девушка.
Кто-нибудь знает, как выращивать дракона?
Дед.
Мелешко спокойно шел по улице, разглядывая этот грешный и прекрасный Мир. Всё так интересно! Ходят люди, поют птицы и ползают букашки.
Моё внимание привлекла ворона. Обычная ворона. Она жадно держала что-то в своих ухмыльных зубах. Я искренне удивился: мясо? Там было что-то розовое, мягкое. По-моему, это был чей-то желудок. Что ж, в биологии я не разбираюсь. Особенно в анатомии мелких животных.
Моё внимание отвек чей-то голос. Он обращался ко мне. Я начал визуально искать его источник. Голос вновь раздался, лишь в этот раз я его разобрал:
— Украина! Я за Украину!
Это был дед. Его лицо покрывала небольшая щетина, некоторые зубы отсутствовали. Один глаз был слеп. Дед промолвил:
— Если Путин пристанет к Украине, Украина ему покажет!
— Ну да. — ответил я приятным энергичным голосом, словно искренне согласен с дедом. На моём лице всплыла фальшивая улыбка, натренированная долгим общением с идиотами, где улыбаться обязательно.
Его глаза заблестели. Он улыбнулся пуще прежнего. Ему нужен был тот, кто с ним согласится. Он его нашёл.
Он не перестал утверждать, что Украина порвет Путина.
— Если будет война – России конец! Украина – отдельная страна, она постоит за себя — с азартом продолжал дед.
— А как думаете, война будет? — поинтересовался я.
Дед обрадовался. Его голос стал радостней, благодарней. Он рассказал про танки, стоящие на границе. Сказал, что война возможна и вполне вероятна.
— За кого пойдет Беларусь? — немного склонив голову и глядя ему в глаза, поинтересовался я.
— Ну ты же знаешь, что Лукашенко – российский преверженец. Беларусь пойдет за Россию.
На моём лице всплыли страх, удивление... что будет, если война начнется? Скольких людей, дорогих мне, я потеряю? Увижу ли я когда-нибудь того, кого увидеть мечтаю..? Что вообще будет?!
Дед прервал мои мысли. Он сказал, что война не есть хорошо. Он вновь вспомнил про танки. А я уже знал, чего хочу...
Нам не нужна война. Какие жертвы она за собой понесет? Чьих отцов отправят на фронт?
Дед высказал всё, что хотел. Он извинился, что так меня побеспокоил. В ответ ему просияла улыбка лицемера, мой взгляд устремился ему в глаза. Я сказал, что ничего страшного не произошло, попрощался и пошел.
Я уже забыл, куда и зачем я шёл. Но я шёл...
by olzo.
Моё внимание привлекла ворона. Обычная ворона. Она жадно держала что-то в своих ухмыльных зубах. Я искренне удивился: мясо? Там было что-то розовое, мягкое. По-моему, это был чей-то желудок. Что ж, в биологии я не разбираюсь. Особенно в анатомии мелких животных.
Моё внимание отвек чей-то голос. Он обращался ко мне. Я начал визуально искать его источник. Голос вновь раздался, лишь в этот раз я его разобрал:
— Украина! Я за Украину!
Это был дед. Его лицо покрывала небольшая щетина, некоторые зубы отсутствовали. Один глаз был слеп. Дед промолвил:
— Если Путин пристанет к Украине, Украина ему покажет!
— Ну да. — ответил я приятным энергичным голосом, словно искренне согласен с дедом. На моём лице всплыла фальшивая улыбка, натренированная долгим общением с идиотами, где улыбаться обязательно.
Его глаза заблестели. Он улыбнулся пуще прежнего. Ему нужен был тот, кто с ним согласится. Он его нашёл.
Он не перестал утверждать, что Украина порвет Путина.
— Если будет война – России конец! Украина – отдельная страна, она постоит за себя — с азартом продолжал дед.
— А как думаете, война будет? — поинтересовался я.
Дед обрадовался. Его голос стал радостней, благодарней. Он рассказал про танки, стоящие на границе. Сказал, что война возможна и вполне вероятна.
— За кого пойдет Беларусь? — немного склонив голову и глядя ему в глаза, поинтересовался я.
— Ну ты же знаешь, что Лукашенко – российский преверженец. Беларусь пойдет за Россию.
На моём лице всплыли страх, удивление... что будет, если война начнется? Скольких людей, дорогих мне, я потеряю? Увижу ли я когда-нибудь того, кого увидеть мечтаю..? Что вообще будет?!
Дед прервал мои мысли. Он сказал, что война не есть хорошо. Он вновь вспомнил про танки. А я уже знал, чего хочу...
Нам не нужна война. Какие жертвы она за собой понесет? Чьих отцов отправят на фронт?
Дед высказал всё, что хотел. Он извинился, что так меня побеспокоил. В ответ ему просияла улыбка лицемера, мой взгляд устремился ему в глаза. Я сказал, что ничего страшного не произошло, попрощался и пошел.
Я уже забыл, куда и зачем я шёл. Но я шёл...
by olzo.