m0a0r0a0t0u0s

О китайско-датском дизайне.

Часто говорят о том, как японский дизайн повлиял на датский и что они — прямо-таки два сапога пара. Может, это и так во многих других вопросах, но если говорить о мебели, то скорее китайские мастера выступили заочными учителями датчан, а те уж, в свою очередь, задали тон нынешнему японскому мебельному дизайну, который частенько выглядит, как запоздалое отражение скандинавского годов 50-х.

Возможно, такое утверждение несколько упрощает сложную картину, но оно задаёт хорошее начало для обсуждения.

Конечно, кто-то будет утверждать, что японская эстетика повлияла напрямую на интерьер европейцев и даже в мебели мы можем проследить это влияние — в каком-то предмете мы угадываем японский колорит, а в другом очевидно влияние концепции ваби-саби и так далее, и тому подобное. И даже примеры этому можно привести.

Да, было такое — в двадцатом веке некоторые повторили приблизительно то же самое, что сделали многие в восемнадцатом, когда на мебель натянули принципы греческой архитектуры. В том, конечно, было здравое зерно с точки зрения пропорций и если сами греки делали так:

То англичане, во многом задававшие мебельную моду в восемнадцатом веке, подобно датчанам в двадцатом, решили, что мебель — это малая архитектура и надо делать так:

Некоторые мастера века двадцатого рассудили, что такой стилизационный подход им и теперь не помешает, а другие пошли более прагматичным путём и обратили своё внимание на лаконичную китайскую мебель семнадцатого и восемнадцатого веков.

В двух словах надо сказать, что мебель в Китае была разная — в том числе, лаковая и резная.

К тому же, китайцы производили мебель на экспорт для голландцев и не только для голландцев.

И, также, справедливо утверждение, что в Европе было много простой мебели, которая не сохранилась из-за своей ординарности и невзрачности, но здесь надо разделять лучшие образцы определённой эпохи и предметы крестьянского быта. Та мебель, о которой речь в посте, создавалась лучшими мастерами из лучшей древесины (хуанхуали).

Не хочу никого мучить историей и технологией изготовления (из-за которой у китайских стульев такие проножки), так что просто сопоставлю предметы с разницей по времени изготовления лет в триста.

Вот такая красота.

Иногда попадаются посты мебельщиков, научившихся соединять детали из ЛДСП или МДФ и считающих, что каждый теперь должен увидеть их «невероятное мастерство», которое, нередко, отличается удручающе низким уровнем визуальной логики и «колхозностью» получившихся конструкций.

Размещу здесь несколько предметов корпусной мебели (из тех же прямоугольных деталей) от настоящих мастеров, чтобы было с чем сравнить.

Хотел бы познакомить вас с творчеством ненаглядной моей Маруси, так как сама она, в силу природной скромности, очень редко показывает свои работы и рассказывает о них, так что, это сделаю я, как главный почитатель её таланта (и с её согласия, разумеется).

Когда мы познакомились, я и знать не знал ничего об абстракции и, посмотрев на картины, ничего не понял. Ситуацию спасла графика. «Это да, птица вот, красиво».

В целом, я Марусе понравился, так что она не сильно расстроилась моей художественной дремучести и сразу выбрала в моём жилище стену, на которую решила водрузить живопись. Везли мы картину зимой в метро и успели порадовать яркими красками уставших от февраля попутчиков.

Поначалу, оказаться в одном помещении с настоящей картиной было немного странно, но я быстро привык и выпросил ещё одну, поменьше, дабы сильно не наглеть (теперь-то у меня мнооого картин, чему я очень рад).

Я раньше думал, что в присутствии художника надо следить за определениями и всякий раз говорить «пишешь», но оказалось, что не всякого художника легко обидеть неправильной терминологией, так как красавица моя, стоя у мольберта с холстом 160 на сколько-то там, может спокойно сказать, что рисует картинку.

А картинки эти бывают и сложносоставными.

Надо сказать, что создавать живопись Маруся научилась сама, чисто эмпирически. Если спросить у неё что-то про цвета, композицию, и другие художественные штуки, она скажет, что просто так чувствует и делает так, как чувствует.

Поскольку в картинах только чувства и никакой теории, теорию эту приходится изобретать по мере необходимости — для выставок, опен-коллов. Обязательно ведь нужно сказать, что художник хотел сказать. А может художник просто хотел помолчать и порисовать и ничего говорить не собирался?

Вообще же, любимая моя во всю эту художественную индустрию не вписывается совершенно. Пиарить себя не любит и не умеет, в тусовочках не тусуется, на выставки не ходит и теперь почти в них не участвует. Так что, этот пост — одна из немногих возможностей увидеть её работы и вообще о них узнать. Если кому-то это важно, то выставок было много — Москва, Париж, Копенгаген и т.д., но Маруся с большим удовольствием вам расскажет, как кормила бобров ивовыми ветками или как на той неделе к ней на руки садились синицы, чем о мероприятиях со статусными названиями и локациями.

Картины бывают очень разные. К примеру, я как-то смотрел каталоги винтажной мебели и в то же время Маруся создала серию картин с элементами форм датских предметов 50-60-х годов.

После дизайна вполне может быть био-серия.

А затем космос, космос, космос...

Иногда хочется отдохнуть от ярких цветов.

А временами и от живописи. Для таких случаев есть акварель и тушь.

Недавно был и эксперимент с объёмом. Так как Маруся когда-то занималась декоративно-прикладным искусством, роспись для неё — дело привычное.

Ещё пара рисунков ручкой и пост можно завершать.

Спасибо за внимание, а больше работ (и контакты) можно найти, если набрать в любом поисковике Марина Тийк.

Было дело, увлекался я изготовлением духовых музыкальных инструментов в свободное от работы время, а работал я тогда реставратором смычковых музыкальных инструментов. Сначала дудки были из ПВХ кабель-каналов, потом из алюминиевых трубок, позже сделал лучковый токарный станок из досок и точил на нём сякухати и кавалы, а затем обзавёлся нормальным токарным станком по дереву, который впоследствии заменил на станок по металлу и со всей серьёзностью взялся за изготовление ирландских флейт.

Первую ирландскую флейту я взял в руки только когда эту флейту изготовил, а до этого видел их исключительно на картинках. Важнейшее дело в духовых — правильный канал, а для этого нужны хорошие развёртки из инструментальной стали, которые я изготавливал на коленке при помощи точила, Проксона и обломка напильника.

В общем, осваивал звукоизвлечение, точил полиацеталь, паял нейзильбер, резал сталь, настраивал и иногда продавал. Это третья по счёту дудка из моей домашней мастерской впервые, через вторые руки, попавшая за пределы страны:

Получалось неплохо, но довольно быстро надоело (к тому же, весной двадцатого только-только создавшая очередь из заказов в один момент испарилась и люди больше стали думать о гречке, чем о флейтах). Модели есть разные и тональности есть разные, но, по сути — рутина и самому мне эти дудки нужны не были. Это скорее спортивный интерес, чем персональная потребность в музыкальных инструментах, ведь я и музыку-то не слушаю, и уж подавно не играю. Был вариант делать клапанные инструменты и я начал в этом направлении работать, но как-то не пошло, а финалом стал инцидент, когда я с большим скрипом и нехотя делал сразу четыре дудки и все четыре запорол без варианта исправить, только делать всё заново. Две флейты хотели приобрести музыканты и, хоть я предоплату ни с кого не брал, ситуация вышла неприятная, так что с изготовлением я решил завязать, чтобы не мучить ни себя, ни других.

Делал я какое-то время развёртки для заграничных музыкальных мастеров, когда PayPal ещё работал, а потом на рынке внезапно появилось много старых инструментов и я занялся их реставрацией. К лету двадцать второго иностранных заказчиков не осталось, так что вариант с антиквариатом был вполне неплох. Там я и с клапанами повозился вдосталь, и разные модели изучил досконально.

А к осени дудки начали заканчиваться, да и музыканты разъехались кто-куда, так что подумал я и решил освоить новые технологии. Сдул пыль с компьютера, на который раньше совсем не было времени и начал осваивать Fusion 360 (сейчас моделю в FreeCAD), пока из Китая ехал Anycubic Vyper.

В достаточной степени изучив программу, начал печатать дудки по чертежам девятнадцатого века и довольно быстро понял, что это не имеет никакого смысла. Вот они — дудки есть, а мына нет. Это я и выточить могу, а если технология новая, то ведь и возможности новые, подумал я. А надо сказать, что мы с моей Марусей любим иногда задизайнить какой-нибудь концепт. Так, для удовольствия.

Так что, засел я за компьютер и месяца четыре моделил и печатал, моделил и печатал. Жаль, не сохранилось изображений промежуточных вариантов, но там был целый ворох идей, из которых часть не сработала, часть была применена, а часть осталась про запас.

Сначала я печатал дудки с круглыми отверстиями, но на больших диаметрах отверстий мне не очень нравилось качество, а дорабатывать после печати я категорически не хотел, как и использовать поддержки. Да и скучно это, будто отверстия просверлили. Хотя, на пикколо я так и оставил.

Мне надо было, когда детали можно снять с принтера, намотать нить на стыки и играть. Вообще без постобработки. Такая концепция. Так что я поэкспериментировал и пришёл к такой форме амбушюрного и игровых отверстий.

Поначалу от некоторых музыкантов были комментарии, мол, пальцы не квадратные, но со временем люди распробовали и всё оказалось очень даже играбельным. Кто-то утверждает, что эти чудные отверстия удобнее круглых, а кто-то хочет, чтобы всё оставалось как прежде. Один итальянец переделал отверстия (и раздаёт файлы) на классические (и на этой модели написал своё имя большими буквами рядом с моим), но у меня к этому двоякое отношение. С одной стороны, файлы общедоступны и каждый с ними волен делать что хочет, но, с другой стороны, мне это увидеть было не очень приятно.

Я подумал, что надо воспользоваться возможностями этой новой для себя технологии и создать что-то такое, что в обычных материалах сделать сложно.

Сместил канал в голове относительно оси, что и на токарном станке иногда делал, но напечатать такое проще.

Сделал толще стенки в районе 3-го и 6-го отверстий, что позволило увеличить их. Это хорошо для стабильности, чтобы отдельные ноты не были глуше прочих.

Также, сделал камеру между последним отверстием и срезом канала для более сильной основной ноты в первом регистре и в полость, где обычно находится пробка с винтом, поместил акустическую штуку. Не знаю, как её правильно назвать, но она вносит дополнительную окраску в звук. Кто-то заделывает эту камеру жалуясь, что у него/неё зудит под ухом, а кто-то очень доволен этим нововведением, так что всем не угодишь.

Для того, чтобы можно было сделать вход в эту камеру, «пробку» я наклонил и практически доказал то, о чём некоторые акустики говорили теоретически — что важна не форма полости до амбушюрного отверстия, а только её объём, так что всякие торнадо-бустеры — полная ерунда.

Флейта прекрасно строит и, по уверениям многих музыкантов, хорошо звучит.

Поначалу файлы я продавал за $20, но такие штуки покупают не очень охотно. Интересно, что рекламу файлов я разместил и в российских, и в иных соцсетях, но покупатели были в основном из России. Либо это связано с тем, что мне помогали с демонстрацией инструментов очень хорошие музыканты, которых знают в основном в России, либо у нас страна технооптимизма и людям хочется быстрее протестировать новую фичу. Либо, всё вместе. Человек покупал файлы, нёс в печатню и получал качественный инструмент за разумные деньги.

Когда продажи файлов поутихли, я выждал какое-то время и понял, что хочется масштаба. Выложил файлы на Thingiverse, а оттуда их позже забрали на Printables и другие сайты.

Когда выложил файлы, то разместил ссылку на донаты и эту ссылку разместили те, кто файлы перепостил, но с тем же успехом можно было этого не делать. Зато, со временем появилось много положительных отзывов. Всегда приятно, когда твой труд поняли.

На сегодняшний день скачаны тысячи комплектов файлов и теперь любой человек, у которого есть доступ к принтеру, своему или в печатне, может получить ту самую ирландскую флейту, которую раньше можно было только заказать у мастера.

Файлы, видео, отзывы, обсуждения легко найти в Гугле по запросу Axianov Flute или Axianoff Flute.

Ну и про отделку.

Тонирование сосны в цвет красного дерева и намазывание на берёзовую фанеру морилки «Орех Мокко» — это просто колхоз. Об этом всем толковым специалистам известно уже больше ста лет и есть только два разумных метода отделки: прозрачная (лак, воск, масло, мыло) и глухая (краски хроматических и ахроматических цветов, не имитирующие другие породы). В случае с краской действует правило, гласящее, что чем больше площадь окрашиваемой поверхности, тем менее интенсивными должны быть цвета.

Насчёт росписи. Иногда на аукционах встречаются милые провинциальные вещицы с чердаков.

Про день сегодняшний. В двадцать первом веке рисовать и созерцать на мебели цветочки, птичек и берёзки на лугу... Недавно мы с моей ненаглядной кормили синиц, которые садились нам на руки и живых синиц вы не нарисуете. С тем же успехом можете вырезать фото птиц из книги и наклеить эти вырезки на мебель. В девятнадцатом веке так и делали. Меньше деревьев перерабатывайте в барахло и меньше этого барахла покупайте. Создавайте разнотравье вместо выкашиваемых до состояния выжженной земли «газонов», устанавливайте хорошие кормушки и своевременно их пополняйте правильным кормом. Тогда будут вам и цветы, и птицы, и березы. Живые и настоящие.

На этом, основную часть о дизайне мебели я заканчиваю. Возможно, в будущем включу в этот цикл несколько небольших постов с заметками и наблюдениями. Как можете видеть, старые вещи — это просто старые вещи и эстетика старой мебели — это эстетика времён пудреных париков, дилижансов, ртутной мази, патефонов и torpedo bra. Аукционисты продали старый мебельный хлам богачам, богачи решили этим хламом похвастаться и обычные люди подумали, что эта мебель лучше той, что стоит в домах и квартирах этих самых обычных людей. Индустрия просто придумала культ ручной работы и настоящего дерева, но, как метко заметил один гитарный мастер: «У Страдивари просто не было фанеры, вот он её и не использовал.» Краснодеревщик восемнадцатого века помер бы от счастья, если б получил ЧПУ и набор современных материалов. По сути, любая корпусная мебель — это сундуки улучшенной конструкции и из сундуков она и образовалась, а современная мягкая мебель — потомок лавок и тронов, на которые теперь имеет право сесть любой желающий, только с большим комфортом, чем прежде. Если вы прочитали все посты этой серии, то видели много мебели и хочу вас уверить, что многое из показанного, кроме анти-примеров — это лучшие образцы того или иного стиля. И лично я не хотел бы видеть у себя дома большую часть этих предметов. Однако ж, небесполезно знать о том, как они были построены и какие правила построения можно применять в настоящем и в будущем.

Сегодня — о декоре, но сначала обязательно надо сказать, что многое из сказанного ниже следует употреблять с большой осторожностью или не употреблять вовсе, если мы говорим о дизайне мебели сегодняшнего дня и завтрашнего. Копировать старую мебель, на мой взгляд, также нелепо, как в очередной раз рассказывать старый советский анекдот, который все уже многократно слышали. Может, этот анекдот когда-то был свеж и даже остроумен, но время его прошло. Надеюсь, этот пост будет воспринят больше как исторический очерк, а не как руководство к действию, что не отменяет некоторой практической ценности если и не для применения, то для понимания.

Для начала можно посмотреть на предметы, у которых декор отсутствует.

Это предметы с хорошими пропорциями и линиями, наверняка — удобные, но я даже готов согласиться с теми, кто скажет, что они скучноваты. Не всякому человеку такое придётся по душе и я полагаю, что, уйдя в минимализм, авторы такой мебели напрасно отринули некоторые инструменты прошлых стилей, взятые из самой природы. Я полагаю, что стиль мебели из дерева и древесных/волокнистых композитов будет более декоративным в будущем и у меня есть некоторые мысли о том, каким этот стиль мог бы быть (об этом как-нибудь потом), но это точно не должно быть очередным повтором одного или нескольких прошлых стилей. Мы, мастера, должны (и имеем все возможности) быть опытнее предшественников, обладая несравнимо большими и лучшими: инструментами, материалами, информацией. А теперь — о декоре.

Декор может использоваться для подчёркивания формы, создания визуальной границы, переходов от одной детали к другой, создания слоёв интереса в разных масштабах (вид издалека и вблизи), выделения деталей... и это то то, без чего мы можем обойтись, не ухудшая полезность объекта. Если предмет мебели имеет приятную форму, ему не обязательно нужен декор, чтобы быть красивым.

Функциональность не противоречит красоте – они одна система. Декор функционален, когда он управляет вниманием зрителя. Он может скрывать элементы конструкции, привлекать внимание к ключевым точкам, создавать ритм. Это функции наведения визуального порядка. Принцип «форма следует функции» часто упрощают до утилитарного минимализма, забывая, что психологический и эстетический комфорт — это такая же важная функция, как прочность или удобство сидения. Форма должна следовать совокупности функций: утилитарной, конструктивной, эргономической, психологической и эстетической. Идеальный дизайн достигается тогда, когда одно и то же решение одновременно удовлетворяет максимальному количеству этих функций. Настоящий функциональный декор никогда не имитирует то, чего нет. Он вытекает из конструкции и объясняет ее. Классический пример: каннелюры на колонне, пилястре или ножке стула. Их первоначальная функция — визуально облегчить массивный элемент, создать игру света и тени, подчеркнуть вертикаль.

Желание украшать предметы старше, чем письменная история. Свидетельства этому находятся при каждой археологической раскопке. Это желание так же очевидно сегодня, как и несколько тысяч лет назад, хотя по мере прогресса цивилизации происходят улучшения в материалах и в технике их применения. Несмотря на этот факт, методы, с помощью которых объекты могут быть украшены, во многом всё те же, что использовались в древности — резьба, роспись, инкрустация, литьё.

Источников, из которых в прошлом создавали декор для мебели, три: абстрактные формы, натуралистические мотивы и искусственные объекты.

Абстрактные мотивы происходят из геометрии и состоят из бордюров, молдингов, инкрустированных полос или орнамента. Они могут состоять из геометрических фигур и узоров.

Натуралистические мотивы происходят из объектов, найденных в природе. Они могут быть подразделены на несколько групп. В первую группу входят мотивы человеческого или животного происхождения. Они состоят из бюстов, голов и ног животных, таких как распростертые орлы, ног типа «шар и лапа», грифонов, херувимов и тому подобного.

Вторая группа натуралистических мотивов происходит из линий, перенятых у растений. Это резные листья, особенно лист аканта; пальмовые или оливковые ветви, жимолость и т.д. Большинство из этих фигур условны, чтобы сделать их пригодными для орнамента.

Французские дизайнеры прошлых веков давали волю своему воображению, и предпринимали попытки копировать природу такой, как она есть, а в некоторых случаях старались превзойти ее. Результатом, в крайних случаях, был сбивающий с толку лабиринт орнамента, который вырождался в причудливые эффекты и приводил к объектам небольшой красоты или вовсе некрасивым. В некоторых случаях потолки, стены, деревянные изделия и мебель были вырезаны, позолочены, расписаны и украшены иными способами до такой степени, что люди с хорошим вкусом восстали против экстравагантности такого зрелища.

Слишком много декора, независимо от того, насколько красивы отдельные элементы, его составляющие, намного хуже, чем полное его отсутствие, и это следует учитывать. Умеренное применение декора, аккуратно выбранного за его уместность и хорошо выполненного в нужном месте, помогало создавать мебель утончённую и элегантную.

Третий главный источник декора для обогащения поверхности вдохновлялся искусственными объектами и включал такие мотивы, как силуэты ваз, музыкальные инструменты, ленты и другие объекты. Большинство таких элементов имеют классическое происхождение и использовались со значительным мастерством братьями Адам, а также их современниками во второй половине восемнадцатого века. Преимущества использования инкрустированного орнамента заключались в том, что он позволял создавать более легкую и изящную структуру, красочные художественные эффекты и, конечно, удовлетворял желание иметь что-то новое. Для более дешёвых изделий вместо инкрустации использовалась роспись.

Инкрустированное обогащение никогда не должно образовывать сильных или кричащих контрастов с исходной поверхностью.

С инкрустированными или декорированными конструкциями часто связаны две заметные ошибки. Первая — это использование материала, дающего слишком резкий контраст.

Вторая специфическая ошибка — это использование не связанной c конструкцией инкрустации.

При украшении мебели, определенные участки лучше прочих подходили для обогащения декором. Места, которые особенно хорошо выглядели орнаментированными: контуры, бордюры, панели; криволинейные поверхности и скульптурные элементы. К ним относятся двери шкафов, фасады ящиков, фартуки столов, спинки стульев, ножки стульев и столов, панели, фронтоны и вершины высоких предметов, стойки кроватей и контуры вокруг отверстий.

Для декорирования использовались два метода, по отдельности или вместе: (1) обогащение функциональных линий или контуров; (2) обогащение поверхности, иногда называемое заполнением пространства.

Обогащение не должно разрушать логическую структуру, но должно помогать поддерживать и укреплять ее, а также объединять отдельные элементы в единое целое, добавлять изящество, легкость и разнообразие дизайну.

Цель обогащения — добавить (1) изящества; (2) легкости; (3) разнообразия; (4) единства.

Поверхности, которые предполагается обогатить, должны допускать обогащение. Строго утилитарные предметы украшать не рекомендуется. Например, деревянная кухонная ложка, миска или деревянная ручка ножа не должны быть украшены резьбой, так как резьба будет мешать очистке предмета от загрязнений.

Обогащение должно быть размещено на поверхности таким образом, чтобы оно не мешало функциональному использованию предмета. Большие резные выступы на спинке стула неприятны и могут мешать пользоваться предметом с должным уровнем комфорта.

Древесина с гладкой и ровной текстурой пригодна к более деликатному обогащению, чем древесина с более грубой текстурой (дуб, ясень).

Поверхностное обогащение должно быть связано со структурными контурами и не должно затенять фактическую структуру.

Обогащение контура не должно быть настолько сложным, чтобы разрушать единство и структуру объекта, но благодаря своей грации, утонченности и простоте должно подчеркивать части структуры, на которых оно находится.

Обогащение ручек и петель никогда не должно разрушать гармонию, существующую между фурнитурой и предметом мебели, частью которого она является и в связи с характером и формой которого следует эту фурнитуру подбирать.

Орнамент (который по Адольфу Лоосу — преступление) на элементах декора должен быть динамичным — то есть, он должен заставлять глаз двигаться в направлении, заданном конкретным элементом.

Ни один из элементов орнамента не должен изменять направление за счет введения противоположных деталей, достаточно заметных, чтобы нарушить непрерывность движения взгляда.

Декор, предназначенный для вертикальных поверхностей, может иметь сильное движение вверх в дополнение к боковому движению элементов, при условии, что боковое движение доминирует.

Площадь фона декоративных элементов, по отношению к той, которая используется для орнаментации или «заполнения», не может быть предопределена с точностью. На деталях, служащих для обогащения, не должно быть явных пустых мест, которые глаз мог бы счесть таковыми. Некоторые дизайнеры мебели прошлых эпох назначали около одной трети фона для двух третей заполнения или обогащения. Эта пропорция создает хороший эффект и может быть принята в большинстве случаев, как удовлетворительная.

Если орнамент имеет важные центры интереса, их следует размещать в углах или в точках по центру декоративного элемента, либо в обоих местах.

Угол является естественным местом для орнамента, поскольку глаз, следуя линии, должен прийти к временной остановке в этом месте, прежде чем он сможет продолжить свое путешествие вокруг рамы. Каждая область обогащения панели должна иметь одну или несколько акцентированных точек, известных как точки концентрации. Дизайн должен стать более заметным в этих местах и заставить глаз на мгновение остановиться, прежде чем перейти к следующей точке выделения. Акцентированные участки должны быть так связаны со структурой, чтобы они эту структуру усиливали.

Если декоративный контур на спинке стула должен иметь важные центры интереса, их следует размещать в центре верхнего поручня или в местах его соединения с задними ножками, либо в обоих этих местах.

Центры интереса часто размещаются в месте соединения ножек и проножек стульев, чтобы подчеркнуть это важное для конструкции место. То же самое относится и к столам.

Центр интереса может находиться в центре панели, особенно, когда форма близка к квадратной. Второстепенные центры интереса или элементы орнамента могут расходиться от этого главного центра интереса, но не должны разрушать баланс.

Центры интереса квадратной панели могут быть сосредоточены на линиях, ведущих от центра панели к углам.

Когда панель прямоугольная и расположена вертикально, центр наибольшего интереса должен находиться на вертикальной центральной линии в точке выше или ниже горизонтального центра панели; предпочтительно выше.

Второстепенный декор по обе стороны от вертикальной центральной линии не должен разрушать композиционный баланс.

Центры интереса на вертикальной фанерованной или резной детали спинки стула должны быть сосредоточены ближе к верхней части спинки. Спинка стула очень близка к панели и должна проектироваться с применением тех же принципов.

Когда прямоугольная панель расположена горизонтально, интерес может быть сосредоточен в следующих местах: в ее точном центре; на горизонтальной центральной линии в точках, равноудаленных от центра; выше или ниже центра на вертикальной центральной линии.

Любой орнамент, вырезанный на спинке стула, должен стать определенной частью массы, не затушевывая и не ослабляя структуру, и должен быть такого вида, чтобы комфорт не приносился ему в жертву.

Свободный декор для частично или полностью обогащенных поверхностей должен быть основан и центрирован на вертикальной оси структуры.

Контуры полностью обогащенных панелей должны быть параллельны контурам основной массы и стремиться к повторению ее пропорций.

Эта форма обогащения обычно принимает форму панели, полностью заполненной соответствующим дизайнерским материалом.

Точки концентрации для полностью обогащенной квадратной панели могут находиться в ее центре или на ее внешнем крае.

Точки концентрации для полностью обогащенной вертикальной панели должны находиться в верхней части панели.

Обогащение поверхности резьбой должно иметь вид принадлежности к исходной массе. Если резьба имеет приклеенный вид, она может выглядеть изготовленной механически и напоминает штампованный или фрезерованный орнамент.

Любой декор, вырезанный на скульптурной детали, не должен скрывать её структуру, и при правильном исполнении должен придавать структуре дополнительные выразительность и элегантность.

В следующий раз напишу пару слов о мебели и краске (отделка, роспись).