«Гамлет», реж. Эймунтас Някрошюс
А вы любите загадки? Я вот люблю. Разгадывать не всегда умею, но любить люблю!
Этот спектакль – одна большая загадка. Вроде все знакомо: и Шекспир, и Гамлет, и «быть или не быть». Но чем дальше смотришь, тем причудливее становится действие, и тем меньше ты понимаешь увиденное. Но это совсем не значит, что нужно опустить руки, недовольно подумать: «Ну и чепуха, пойду лучше телик включу!» – и закрыть видео – нет! В этот момент нужно обязательно взять себя в руки и нащупать несмелую мысль: «Ну что-то же режиссер, наверное, пытался сказать…». Ну вот, другое дело.
Первое, что мы видим, – сцена с непонятными декорациями. И люди в шубах. Но сейчас все же про сцену. Декораций в спектакле очень немного, но все они очень мрачные – железные стулья, стол на колесиках, огромный пресс, диск циркулярной пилы, раскачивающийся под потолком. Освещение тоже сгущает краски – сцена выглядит, как островок, выхваченный из кромешной тьмы фонариком. Возможно, не все из этого имеет какое-то буквальное значение, но тем не менее, создается впечатление, что если что-то убрать, атмосфера неуловимо поменяется.
Метафор и образов в «Гамлете» Эймунтаса Някрошюса несметное количество. Весь спектакль, несмотря на достаточно ясный текст, построен на туманных метафорических образах. Меня особенно зацепили его игры с агрегатными состояниями воды: лед у него – это месть (ну параллель ясна – блюдо, которое подают холодным). А вот растопленная месть (то есть вода) – это у него где-то вина, которую человеку никуда не спрятать и не деть, а где-то – образ жизни. Короче сплошная «Игра воды»*!
А сами персонажи-то до чего необычные! До этого я видела всего одну версию Гамлета – черно-белую, с Иннокентием Смоктуновским. Там все эмоции были спрятаны внутри героев, поэтому было важно ловить каждое выражение лица персонажа. В «Гамлете» же Някрошюса эти эмоции летают вокруг персонажей. Создается впечатление, что телесная оболочка не так и важна для восприятия. Как будто в спектакле герои – не люди, а эмоции, которые, конечно, не видно в силу их бестелесности, но потрогать можно. Очень уж они выпуклые.
А еще интересно, что в этом спектакле есть послесловие. Мы видим мертвого Гамлета и дух его мертвого отца, который все это время был одержим идеей мести. Теперь же он скорбит над телом сына и колотит в барабан, зажатый в руках Гамлета. Как будто пытается завести ему сердце.
Загадка? Загадка. Интересно, а призраки могут раскаиваться?
__________
*Кстати, советую послушать «Игру воды» Равеля – красивая штука.
