Почему я перестала гнаться за лучшей версией себя
Дисклеймер: этот текст может содержать опыт и открытия, которые вы давно прошли. Не пишите, пожалуйста, комментарии в стиле «С днем подключения интернета», «Спасибо, кэп» и т.д. Уважайте тихие (и не очень) радости — свои и чужие.
Я сравнивала себя с другими с детства, потому что отличалась от ровесников по многим пунктам: мама старше остальных мам вокруг, нет папы, нет братьев и сестёр, фамилия для русскоязычных странная, передние зубы не росли три года. Отличий — масса, и о каждом из них забывать мне не давала ни я сама, ни окружающие. Да ещё и мама — человек железной воли, который хотел слепить из своей дочки совершенство и старался не хвалить, чтобы не избаловать.
Вообще функция сравнения помогает человечеству выживать и воспроизводить себя. Мы ориентируемся, ищем сигналы — как будто всё ещё живём в древнем племени и пытаемся понять, куда идти. Только теперь у нас вместо соседей по пещере — не только окружающие в повседневной жизни, но и миллионы людей в интернете. И сравнение стало бесконечным.
На выходе к окончанию университета из меня получился тревожный человек с синдромом хорошей девочки, но при этом творческий, трудоспособный, образованный и, как сейчас говорят, с прокачанными софт скиллами.
Но всё равно казалось, что все вокруг лучше меня. Чем старше становишься, тем больше пунктов для сравнения: подружка выходит замуж, одногруппнице купили квартиру, друг уехал учиться в Германию, дочь маминой подруги построила дом и родила троих. В эту игру не выиграть никогда.
Однако, что уж греха таить, сравнение с остальными меня отточило — и при этом я умудрилась не потерять себя. С приходом активного интернета и инстаграма, где нас постоянно убеждают, что нужно стать «лучшей версией себя», оставалось только купить курс, который-изменит-жизнь. Из очевидного:
из-за широкого распространения идеальных тел в ленте я поменяла питание и занялась спортом — так похудела и впервые получила удовлетворение от отражения в зеркале. А ещё перестала болеть спина и голова;
с модой на вечное саморазвитие я попробовала рисовать — и ещё раз убедилась, что мои руки созданы не для этого, а чтобы гладить кошек;
если у тебя всё ещё остаётся свободное время после пятидневки, дороги туда и обратно, подработок, спорта и сидения в инстаграме — конечно, учи английский! О своём пути я рассказывала в предыдущем посте. И да, просто «по фану» я его не выучила — только когда приперло;
мода на путешествия, я бы даже сказала — болезненно-агонизирующая потребность путешествовать. Из-за неё я объездила всю Россию и большую часть Европы. Пока все вокруг покупали квартиры, я тратила накопления на поездки — и ни о чём не жалею. Именно странствия подтолкнули меня переехать в прекрасную скандинавскую страну.
Сравнивать себя с другими я не переставала. Похудела? Кто-то всегда будет худее. Выучила английский потом и кровью? Кому-то он даётся легко — и вот он уже поправляет твои ошибки. Накопила на первоначальный взнос в жопе мира? А кто-то уже третью квартиру покупает. Что, тебе 34 и у тебя два кота? Ну всё, ты посмотри — у всех уже дети. И так до бесконечности.
Однажды моя подруга подарила мне автобиографию Мэтью Макконахи. Как филолог я с предубеждением отношусь к такому жанру, но книжку прочитала быстро. И в голову засела одна мысль: сравнивать себя можно только с собой из прошлого, ведь у всех разный старт.
И правда: у кого-то третья квартира — но ему помогли родители, а мне никто не помогает. У кого-то английский как родной — а у меня в голове библиотека мировой литературы, «Грамоты.ру» и мемов. У кого-то классная фигура — но этот кто-то выиграл генетическую лотерею, а у меня есть врождённые заболевания.
С тех пор жить стало легче. Совсем отпустило после нескольких лет жизни в Скандинавии, где любой человек good enough по умолчанию, а счастье не зависит от обладания материальными благами или размера талии. Меня больше не тянет сравнивать себя с другими, куда-то гнаться и пытаться быть лучше. Всё и так хорошо.
Окончательно я в этом убедилась в своем путешествии в одну скандинавскую столицу. Я ходила по музеям, ела выпечку и пила кофе, жила в типичной скандинавской квартире по соседству с церковью, колокола которой звонили каждый час, и накупила себе винтажной и не очень одежды. И тут я вспомнила пятилетнюю себя, для которой шоколадная конфета и колбаса в холодильнике означали какой-то праздник, смотрящую по советскому телевизору “Рекорд” “Секретные материалы” и “Пуаро Агаты Кристи” по вечерам, а утром идущую в садик в старой куртке, у которой была хронически сломана молния, уверенную, что со мной что-то не так. Воспоминание это меня так шокировало, что я расплакалась. Единственный человек, с которым я могу себя сравнивать, — это эта трогательная девочка.
I am good enough. Аминь.
