contextStacks

Остановимся на деталях феномена, который мы мыслим как власть. Он не так прост, как может показаться. Порой даже кажется, что его содержание ускользает, как только начинаешь к нему присматриваться.

Логика подсказывает, что должен быть как минимум один признак, наличие которого указывает на то, что перед нами властные отношения, а не какие-нибудь другие. Позадаем вопросы, осмотримся и поищем этот признак или признаки.

Мы не можем достоверно говорить о власти среди любых представителей мира живых, кроме человека, — у нас элементарно недостаточно данных чтобы что-либо достоверно утверждать, мы можем лишь предполагать. Поэтому, по крайней мере пока, мы будем говорить о власти только в том смысле, что ее реализует человек.

Как вы считаете, чтобы говорить о власти достаточно одного человека? Т.е. для описания власти нужно больше одного человека? Попробуем выяснить, власть — это отношения, состояние или что-либо другое.

Слышали фразу – власть над собой? Это про что? Власть себя над собой? Аллегория, или есть к чему присмотреться?

Когда звучит эта фраза? Есть что-то, что мы считаем нужным сделать и есть проблема заставить себя сделать это. Мы сами себя заставляем и сами себе упираемся. Дело настолько непростое, что о победе над собой говорят как о победе из побед! Для нас слова – заставляем и упираемся, единственные наполненные смыслом. И можно вполне утверждать, что победа, это следствие, которое показывает кто в чьей власти.

Люди и животные.. Каковы между ними отношения? Возможны ли условия, при которых мы скажем, что отношения властные? Представьте встречу с медведем, волком, крокодилом на территории их обитания и не важно кто кого сильнее или голоднее, — скажите, можно ли описать отношения между встретившимися категориями власти?

Возьмем тех, кого мы приручили, а лучше еще и дрессированных: собак, слонов, свиней и т.д. В этих отношениях речь может идти о власти? Сама возможность приручения и дрессировки одних другими, о чем-нибудь свидетельствует? Чем они отличаются от диких? Не теми же «заставляем и упираемся», которые принимают крайние формы при встрече с их дикими собратьями?).. И победами, сами знаете, о чем свидетельствующими.

Вообще, возможна ли власть без попыток подчинить и без сопротивления этим попыткам?

Предположите, кто-то решил, например, вместе с соседями выкопать общий колодец, установить общий забор, сигнализацию, котел и т.д., никто никого не заставляет, все согласны с нужностью и важностью, совещаются, совместно решают вопросы, работа кипит. Никто никого не заставляет, никто не упирается. Уместна ли тут речь о власти?

Приблизим ситуацию к реальности и скажем, что участники примерно одинаково адекватны и обеспечены, но среди них нет согласия по поводу того, как именно нужно делать дело. Ииии.. на сцену выходят доводы!).

Приблизимся еще к реальности – общая тема, нет согласия, разная степень адекватности и обеспечены. Как следствие – у доводов разная степень состоятельности. Ииии.. на сцену выходят объединение и союзы!).

В почти реальной реальности: общих тем далеко не одна и не у всех достаточно данных, чтобы осознать нужность каждой из них, плюс нет согласия, плюс разная степень адекватности и обеспеченности. На сцене – компромисс и иногда бесперспективные союзы!).

Абсолютная реальность отличается от последней картины размытым, неисчерпывающим видением общих дел и противостояниями, к которым не счесть поводов и причин, не говоря уже о вариантах их развития. Что мы видим на выходе? Собственно, посмотрите по сторонам.

Итак: заставляем, упираемся, доводы, союзы и компромиссы. Ничего не упустили?).. Так, где же тут власть?

Давайте в качестве гипотезы, которую по ходу работы нужно либо подтвердить, либо уточнить, либо опровергнуть предположим, что власть приблизительно там, где доводы принимаются в расчет.

Можно предположить и количественную меру: чем больше людей, которые принимают доводы в расчет, тем больше власть.

Перед началом непосредственной, предметной работы «в полях» примем во внимание и не будем упускать из вида еще пару ситуаций далеко не из мира экзотики.

Например ту, где я могу или не могу послать «заставлятеля», но делать то, что он заставляет по своей воле, потому что мне это выгодно.

И последняя ситуация – семья: дети, родители, старики. Отметим, что порой прям «с пупка» заметно, что один жадный, другой драчливый, третий тихий, у четвертого – шило в жопе и т.д. Это данность. И в условиях этой данности просматривается один из вариантов развития событий – вне зависимости от исходной ситуации одни семьи «прозябают», другие развиваются и крепнут. Заметьте, мы говорим не об отдельных людях, потому что тут возможны случайности, во избежание которых мы говорим именно о семьях. Как так получается, что «прозябающие» семьи начинают крепчать, но еще более интересно – почему крепкие и состоятельные семьи начинают увядать? Это какой-то фактор, с появлением которого начинается развитие и, потеряв который все скатывается к нулям? Как вы думаете система заставляем-упираемся, имеет ли какое-нибудь отношение к этому фактору?)..

Эту ситуацию вместе с вопросами, в принципе, можно экстраполировать на любое сообщество/компанию/группировку. Она, в условиях абсолютной реальности — контекст нашей работы.

Продолжение.. Начало в профиле.

Жаль, что речь и письменность не даются нам по умолчанию, как, например, способность видеть или глотать. Это многое упростило бы, при условии, что пишущий не соврет и какой-нибудь варвар не уничтожит написанное.

Тогда, мы наверняка узнали бы точно, как семьи объединялись в роды, племена и кланы, по какому поводу случилась первая война, кто первым додумался отбирать семена растений и бросать их в землю.

Но все вышло не так. Даже до фамилий нам пришлось дорастать. В первых письменах мы видим у людей стада прирученных животных, люди уже ездят верхом, знают вино и пиво, из шахт извлекают руду и плавят металлы, у людей уже в ходу деньги, они делают ткани и шьют одежду, у людей есть рабы, князья и цари, люди собирают дань, уже строятся здания и создаются города. Люди уже находятся в зависимости от других людей. Есть суды, а это значит, что есть нормы, исходя из которых суды совершались. Были уже государства, у которых были границы и т.д. и т.п.

Но с каких форм все началось и как именно до этих пор развивалось, мы можем только предполагать, основываясь на ценном правиле историков, которое мы вполне можем взять на вооружение: все что было до письменности мы можем только предполагать.

Предположим, что теория эволюции верна и у человека вместе с остальными гоминидами был общий предок, а следовательно, что был некий ноль – мгновение, до которого человек – это просто животное, но после которого – он, собственно, человек. У этого нуля мы сталкиваемся с двумя фундаментальными вопросами: в чем, собственно, разница между человеком и остальными животными и что в это мгновение могло произойти? Чисто арифметически можно предположить появление у человека некоего свойства, следствием которой стало появление некоторой способности.

К слову, по этому поводу есть интересная мысль иудейского бытописателя про то, что человек вкусил плод познания добра и зла. Почему интересная? Потому что если учесть, что мысль была сформулирована около четырех тысяч лет назад, когда теории эволюции даже в зачатке не было и исключить из нее религиозную составляющую, то есть интересный нам ряд следствий:

- во-первых, просматривается та же мысль по поводу нуля, до которого человек не «вкусил плод» и после которого оказался вкусивши, т.е. до вкушения человек отличался от своего современного содержания;

- во-вторых, человек «до вкушения» отличался от остальных животных как минимум тем, что был способен понять, что такой плод есть и был способен вкусить этот плод;

- во-третьих, человек «до вкушения» понимал, что «вкусивши» он изменится и что без его усилий изменений не произойдет.

Но, да ладно, как бы все не началось, нам важно понимать, существование «крайнего» условия, которое одинаково почти для всего мира живых, – чтобы родилась новая особь нужны две другие разнополых особи обитающих в мире, обеспечивающем их существование. Из этого условия в мире живых разные продолжения: в мире людей – семьи, роды, кланы, племена, этносы и т.д., в остальном мире – максимум стаи; в мире людей – накопление и передача знаний, производство инструментов, в остальном мире – примитивные формы, лишь слегка «переваливающие» за инстинкты. И краеугольный камень – интересы, ценности и осознание, что следствием усилий являются изменения. Этот камень имеется у остальных представителей мира живых? Вообще возможно доказать «его» наличие? Мы можем «его» хотя бы предполагать?

Перечисленное в предыдущем абзаце, это все что у нас есть, для описания начал власти. Начал, которые обусловлены природой живого: люди, окружающий мир с остальными представителями мира живых, знания, инструменты, интересы, ценности и усилия. Если у кого есть что добавить, предлагайте!.

Не касаясь сути, едва ли можно опровергнуть утверждение, что власть — это разновидность отношений, возможных только в мире живых, в ходе которых одни воздействуют на других.

И, прежде чем начать выяснять суть властных отношений, отметим, что нам интересны только те отношения, в которых одной из воздействующих сторон являются люди. Таких отношений не много:

- отношения между людьми и остальными представителями мира живых;

- отношения человека с самим собой;

- отношения в семье;

- отношения за пределами семьи – в обществе (здесь четко просматриваются две разновидности властных отношений: в основании первой лежат интересы, в основании вторых – сила).

Мы получили в самом общем виде «матрицу», «заполнению» которой и будет посвящена наша работа: начала, как и между кем они развиваются.

Сегодня кажется естественным, что массы людей считают себя равными со всеми остальными. Считают, что имеют равные права. Но, как так получилось? Ведь, наверняка, было все, как положено – сильные/способные решали судьбу остальных в зависимости от их полезности и плевали на то, что кто-то считает себя равными им.

Как умудрились слабые и неспособные убедить остальных, что они равны со всеми? Хотя, точно ли кому-то удалось кого-то в чем-то убедить? Или всеобщее убеждение не адекватно реальности? Был ли тот нулевой момент, до которого все решалось сильными/способными, а после – все стали равными? Что в этот момент случилось, если он был? Может война? Может исчезли сильные или слабые?

С чего началась справедливость? Почему начались следствия в виде ответственности после краж, побоев, убийств, оскорблений, изнасилований и т.д.?

Может говорить – говорят, но на деле все так и осталось: неспособные недовольны и подчиняются способным, у которых все вполне в порядке?

Есть интересный вопрос: а в самом начале, до которого людей не было и после которого люди начались, как все было устроено: всеобщим равенством или уже имели место зависимости?

Едва ли кто-то нам поможет и предложит гарантированно верный ответ, а он бы нам пригодился, он помог бы лучше понять начала власти, для исследования, которой, напомню, мы, собственно, и собрались.

Хотя, у нас есть что-то вроде подсказки: скажите, а как урегулировано равенство у остальных представителей мира живых? Представляется, они, вообще, не считают нужным это регулировать. Все хорошо пока всего хватает, а в случае чего – все вместе вымерли без всяких решений. Чем не вариант? Тем более, он во многом верен, особенно когда речь не идет о хищниках.

Мы не просто так рассматриваем неравенство в контексте власти. Рассматривая ее природу, невольно задаешься вопросом: а власть – это между равными или одни из участников зависимы от других?

Возможна ли власть, когда нет зависимости?

Есть еще более интересный и глубокий вопрос: а каком равенстве, вообще, идет речь? В каком смысле кто-то кому-то равен? Ведь для того, чтобы убедиться в неравенстве достаточно иметь глаза и обладать способностью видеть. Все неравны внешне, неравно наделены способностями, неравно владеют знаниями и умениями, даже сам человек сегодняшний не равен самому себе вчерашнему, у него как минимум на один день больше опыта.

Даже если мы попробуем определиться, что же все-таки мы имеем ввиду, когда произносим слово власть.

Существенная часть определений, говоря о власти – говорит о воле одних и ее выполнении другими. Нас это не устраивает, нам нужно не техническое определение понятия, а исчерпывающее определение явления. Т.е. нам нужно выяснить как так вообще получается, что воля одних выполняется другими? На чем основаны такие отношения? Как они созданы и с помощью чего поддерживаются? Что из них следует? Все становится совсем интересным, когда на сцену выходят несколько воль: у нас никак не получается, что, произнося слово власть мы имеем ввиду только волю.

Что мы увидим, если опустимся на квантовый уровень власти?

Поэтому.. последний методический момент: мы с вами не сдвинемся с места, если не научимся смотреть на реальность одновременно и как-бы «со стороны», и в то же время не покидая ее.. кроме этого, нам нужно научиться глядя на обыденность видеть феномены стоящими за ней. Попробую пояснить: посмотрите на жизнь.. свою жизнь.. с любовью, тревогами, переживаниями, ненавистью, возбуждением, ревностью, апатией, паранойей и т.д. и просто представьте, что если верна научная модель материи, то все организовано энергетическими связями, порождающими взаимодействия на атомном уровне.

Представьте, должны существовать уравнения, описывающие связь процессов атомного уровня с результатами деятельности мозга))..

Мы приступаем к исследованию процессов, у которых едва ли подлежат исчислению многообразие форм и содержаний, поэтому во всем нашем исследовании если и возможна ситуация, когда мы сформулируем исчерпывающий перечень вопросов и дадим на них исчерпывающие ответы, то возможна она (ситуация) только после долгого периода дополнений и уточнений..

Этим мы заканчиваем вводные и начинаем наше исследование.

Вас не умиляет ситуация, где люди, неплохо зная о том, что для того, чтобы не быть голодным достаточно бросить семя в землю и обеспечить довольно примитивный уход за ним, тем не менее скудно питаются и умирают от голода? Причем, земли, где можно бросить семена навалом! Как это так? Лень? Или что-то связывает свободу людей содержать себя в сытости?

Между смыслами и делами стоят способности и ресурсы. Смыслы и способности можно назвать душой, а ресурсы и дела – телом любой социальной реальности, в том числе и власти, по поводу которой, напомню, мы и собрались.

Представьте теоретический ноль – мгновение, до которого не было людей в современном виде, и после которого они начались. Мы называем его теоретическим, потому что не имеем возможности непротиворечиво описать его. Однако, это мгновение в реальности обязательно имеет место быть и чтобы избавиться от всех логических препятствий на пути к его описанию, нам нужно дать исчерпывающее определение человека в современном виде, а тут проблема – мы имеем дело с категорией, которая мыслится в развитии. Она не абсолютна, т.е. определение можно дать лишь по состоянию на какой-либо конкретный момент.

Нам это не нужно и для наших целей вполне достаточно, обывательски-интуитивного представления о современном человеке. Важен лишь признак, по которому имеет смысл отличать современных людей от досовременных – это способности, которыми они обладают.

Для нашей работы полезно понимать, какими способностями обладают или должны обладать, или не обладают люди, которые реализуют власть (их называют субъектами власти) и люди, по отношению к которым власть реализуется (их называют объектами).

Но, что мы имеем ввиду, когда произносим слово «способности»?

Это что-то, что присуще только живым? Но, мы, например, слышим, что фундамент способен выдержать, какую-то нагрузку, или, например, материал способен проводить электрический ток.

Мы понимаем, что способность имеет некую количественную меру. Можно предположить, что живое отличается от неживого тем, что живое способно изменять количественную меру способностей, а неживое не способно.

Мы понимаем, что когда говорим о способности, то речь идет, так или иначе об эксплуатации каких-либо свойств, следовательно мы говорим о процессах, а не о состояниях. О действующих процессах или о потенциальных?

Мы понимаем, что способности различны и даже можем назвать их виды, даже теоретически можем привести их исчерпывающий перечень. Но как описать природу способностей: что именно наполняет их содержанием? Тут есть прямое сходство с энергией, мы тоже можем сказать, что она есть механическая, электрическая, гравистатическая и т.д., можем измерить ее, можем даже выводить уравнения, которыми связаны их меры, но чем наполнена эта мера? Какова природа взаимодействий? Что есть заряд? Откровенно говоря, мы даже не уверены в том, что существуют слова/понятия/категории, с помощью которых можно описать ответы на эти вопросы.

С этими мыслями, отложим до времени в сторону наши рассуждения, мы обязательно к ним вернемся и даже будем вынуждены их обострить.

Ресурсы.

В прошлом посте мы говорили, что являемся сторонниками той точки зрения, согласно которой весь предметный мир можно условно разделить на инструменты (все, с помощью чего реализуются смыслы) и на материалы (то, из чего сделаны инструменты).

Еще, мы предполагали, что инструменты создаются благодаря накопленным знаниям. Далее, получается замкнутый круг: с помощью созданных инструментов накапливаются большие знания, на основе которых с помощью имеющихся инструментов создаются более совершенные инструменты, дальше еще большие знания и более совершенные инструменты и т.д.

Есть интересное методическое следствие: наше утверждение, опять же предполагает нулевой момент, до которого ни знаний, ни инструментов, ни ресурсов не было и после которых они начались. Интересно, каким был человек во время этого нуля? Насколько близко он был к такому, которого мы называем современным.

Знания, инструменты и материалы вместе называются ресурсами. Ресурсы обусловлены смыслами и вне их не существуют.

Просматривается любопытная связь: больший объем знаний ведет к большему объему ресурсов.

Отдельно нужно сказать об умениях: это функция от способностей, знаний и опыта. Над совершенствованием умения не работают, оно – автоматическое следствие трех вышеперечисленных причин. Можно предложить вывод: чем совершеннее умения, тем совершеннее действия.

Отметим очередной любопытный момент: человек, полностью подпадает под определение инструмента и чем большими умениями он владеет, тем более совершенным инструментом он является. Следовательно, на человека, вполне, можно смотреть как на ресурс.

Возвращаясь к началу поста, переформулируем вопрос: каких ресурсов не хватает людям, чтобы содержать себя в сытости? Можно развернуть формулу вопроса на любой дефицит, который мы ощущаем. Этот вопрос проходит самой жирной красной нитью через все наше исследование, можно сказать, что он сшивает его)..

Мы почти закончили вводные к нашей работе, остается еще один пост, который мы посвятим тому, что мы называем человеком и тому, что мы называем властью. В этой связи мы хотим сказать, что вводные, это не просто что-то временное, использованное, затем на ветер выброшенное, чтобы потом стать забытым и похороненным. Наше исследование ведется в рамках более общего проекта, где каждому элементу упомянутому во вводных будет посвящена отдельная книга, в которой мы скрупулезно рассмотрим каждую мельчайшую подробность и постараемся вскрыть каждую, даже едва неуловимую связь. Но, всему свое время.

Предположим крайность: кто-нибудь решил, что с любым человеком можно делать все что угодно, вплоть до истязаний, извращений, убийств, рабства и т.д. Свободен ли человек реализовать свое решение? И вообще, свободен ли человек делать все, что ему угодно: все, где пределом могут быть только воображение, способности и ресурсы?!.. Или по-другому: что связывает свободу человека поступать как ему захочется?

Мы продолжаем вводные начатые постом: Не про упругую грудь.. К слову, смысл вводных – описать что мы хотим и из чего исходим, они похожи на эскизы, поэтому не ждите от них чего-то исчерпывающего и окончательного.

Мы говорили о мыслях, с ними относительно просто: их природа такова, что, собственно, знать никто не знает каковы они у человека, отсюда их полная свобода. Но из мыслей, порой родятся дела, а тут уже целое приключение: на стыке мыслей и действий лежат самые начала власти, к исследованию которой, напомню, мы приступаем.

Знаете спорт, который называется прыжки с шестом? Задумайтесь, насколько он серьезен. Нужно четко рассчитать и отработать как поставить ногу в каждом шаге, как нести шест, как упереться, сгруппироваться и т.д. и т.п., наверняка, даже учитываются поправки на аэродинамические изменения, которые вносит форма. Наблюдая за спортсменами, можно залюбоваться! Но подумайте только: люди по своей воле тратят тысячи и тысячи дней своего лучшего, продуктивного и результативного возраста, возраста своих пиковых возможностей на то, чтобы тупо перепрыгнуть через палку!

Но! Спортсмен получает удовольствие! Наслаждаются родители, зрители, устроители, производители, продаватели, арендодатели, дизайнеры и т.д, и т.п. И чем серьезней уровень, тем круче наслаждение!

Если посмотреть чуть шире, то можно увидеть подобную картину почти в любом спорте, задача которого показать результат. А если посмотреть совсем широко, то сколько еще сфер деятельной жизни можно вписать в эту картину?

Представьте что-то вроде шкалы смысла, где слева будет нечто совершенно бессмысленное, а справа – совершенная осмысленность, интересно, где на ней будет спорт? Мы можем почти гарантировано предположить, что это зависит от того, кто ставит отметку: спортсмен или, например, кто-то, кто никак не связан ни со спортом, ни с одной из обслуживающей спорт индустрией.

Обратим внимание на факт: общество урегулировано так, что тратятся колоссальные ресурсы, содержаться целые индустрии для того, чтобы кто-то получил удовольствие/наслаждение от демонстрации собственного совершенства, и чтобы кто-то получил удовольствие от созерцания этого совершенства.

Есть другая показательная ситуация, она про действия, от которых зависит выживание или существование человека. Тут картинка с нашей воображаемой шкалой смысла существенно изменится – наверняка, отметки существенно сместятся вправо.

И последняя.. природа человека такова, что он лучше всех представителей мира живых приспособлен к накоплению и передаче знаний, на их основе создает инструменты, и с их помощью накапливает больше знания и создает более совершенные инструменты.

На нашей шкале, эти действия, в оценках смыслов наверняка сместятся максимально вправо.

Еще, момент.. для наших целей весь вещественный мир полезно разделить на инструменты, под которыми мы понимаем вообще все, с помощью чего человек реализует смыслы, и на материалы – то, из чего делаются инструменты.

Мы перебрали все действия, которые только возможно перебрать, и будем рады любому возражению, но мы не встретили аргументов против утверждения, что в пределе, с точки зрения смыслов (не потребностей или целей, а именно смыслов), все они сводятся к прозаичной простоте: человек накапливает и совершенствует знания, создает и обслуживает инструменты, использует их чтобы сделать знания еще совершенней и создать другие инструменты, обеспечить выживание/существование, получить удовольствие/наслаждения, либо бессмысленно.

Чтобы получить полное понимание устройства властных процессов, нам нужно понимать, какие смыслы вкладываются в действия. И еще нам важно понимать, в чьи именно действия вкладываются смыслы.

Вернемся к первым строкам этого поста: к крайностям, неприличным решениям и вопросам о свободе делать все, что угодно и о том, что может эту свободу ограничить.

Что может быть после того, как решения начнут воплощаться в жизнь?

Чтобы упростить рассуждение, допустим, дело делается сегодня, в каком-нибудь из государств, которые называют развитыми. Можно предположить, что ситуация станет известна власти. Далее, в зависимости от размаха действий, наверняка, включатся силовые механизмы, действия которых сводятся к нейтрализации и наказанию.. политики, наверняка, займутся поиском выгод и методов обращения их в инструменты борьбы с противниками.

Но! Допустим, что преступлений пока нет – есть проступки, а идеи облеклись в такие слова, что появляются люди, которые начинают разделять сомнительные взгляды и поддерживать преступные решения. Начнут совершенствоваться аргументы, речи станут слаще, число сторонников и их ресурсы начнут расти и пусть их даже не большинство, но они деятельны (сын Гумилева и Ахматовой сказал бы, что они пассионарны). Возможно, кто-то увидит в них инструменты для своей борьбы и поддержит их.. и в какой-то момент их представители попадут в ряды публичной власти! Не забывайте, они не связаны никакими приличиями по отношению к тем, кто не разделяет их взглядов. Скажите, как быстро примутся законы, по которым их пока не совершившиеся преступления перестанут быть преступными?

В этой ситуации на закон можно посмотреть не как на что-то, что запрещает и регулирует, но только как на нечто, чем можно пользоваться в своих интересах.

Всё? В границах суверенного развитого государства демократическими инструментами установится власть людей, которые могут делать все что хотят с другими людьми? Нет никакой защиты? Они свободны?

А представьте, что за пределами этого государства, появятся люди, которые разделяют подобные взгляды и их число тоже начнет расти. До чего может дойти ситуация, если не появятся те, кто вопреки любым законам уверены, что человек с подобными взглядами подлежит ликвидации?

Мы описали крайний случай, но скажите, в какой мере реальность отличается от этой теоретической и полностью вымышленной ситуации? Отменено ли или хотя бы ограничено ли естественное право решения способных?

Для исчерпывающего понимания, нам нужно изучить весь спектр «сил», которые способны расширить или ограничить объем влияния власти.

Люди свободны думать и хотеть все что угодно. Профессионалы могут утверждать, что есть инструменты, с помощью которых можно убедить человека думать и хотеть несвободно. Мы ответим профессионалам, что человек свободен думать и хотеть то, в чем его убеждают, свободен сопротивляться этому и свободен хотеть убеждать людей во всем, что он думает нужным. В мире мыслей преградой может быть только воображение.

Нам интересна последняя из перечисленных свобод – та, где человек свободен хотеть убеждать. Вы, наверняка, знакомы с одной из форм ее реализации под названием политика, смыслы которой сводятся к тому, чтобы обеспечиться ресурсами эксплуатируя в пределе всего два инструмента убеждения: понятие «наше» и интересы людей.

Когда каждый из нас произносит слово «моё», то имеет ввиду что-то, что он присвоил и способен удержать. Присвоить – значит реализовать решение о том, что распределять выгоды от присвоенного буду я. Удержать – значит иметь и быть способным применить убедительные аргументы для сомневающихся в том, что мною что-то присвоено.

Все относительно просто, когда мы говорим «моё», но ситуация меняется, когда звучит слово «наше». Вроде полное подобие: мы присвоили, и мы способны удержать. Но что, если какая-то часть «мы», считает, что выгоды должны распределяться не так как считает другая часть? И как, в этой связи будет устроен механизм, посредством которого мы будем удерживать присвоенное? В этой системе противоречий мы видим начала политики.

Скажите, как вообще появилось мнение, что власть должна действовать в интересах народа? Как оно возможно?

Предположите типичных людей из народа, один из которых хочет посвятить свою жизнь тому, чтобы создать семью, родить детей и совершенствовать себя ведя нравственный и здоровый образ жизни, другой хочет завтракать в Ницце и ужинать в Амстердаме спуская трейдинговую прибыль на траву, бухлишко и забавы с красавицами/красавцами, считая что для этого создана жизнь, еще кто-то уверен, что деформировать черепа за превосходство своей нации это самое оно.

Мы привели не взаимоисключающие примеры: тут любая гипотетическая власть может работать одновременно в интересах всех.

Когда мы приблизим нашу теоретическую ситуацию к реальности и предположим, что есть люди, которые свободны считать, что банкиры, дающие деньги под процент не должны существовать как вид, или что социалисты/ коммунисты/ либералы/ православные/ мясоеды/ бандиты/ алкоголики/ извращенцы, и т.д. и т.п. (нужное подчеркнуть) ведут мир к погибели и должны кануть в лету. Когда одни хотят, чтобы не существовали другие, возможно ли работать в интересах всех?

Если же мы еще сильней приблизимся к реальности и предположим, что власть как раз и представлена людьми, олицетворяющими противоречивые и взаимоисключающие, свободные интересы, то ответ на вопрос о реальности власти, действующей в интересах всего народа, становится очевидным.

Мы не просто так ставим подпорки под мысли. Предшествующий текст – это первая из вводных для начала нашего изучения/исследования власти на планете в ее полном объеме: начиная с теоретического нуля, т.е. с момента до которого власти не было и после которого она началась, дотянувшись куда только возможно заканчивая сегодняшним днем. Причем, нас интересует не просто какая-то из разновидностей власти, например, политическая или государственная, нам интересна власть вообще, прежде всего, как явление/феномен..

Будут еще вводные, в основном по инструментам и объему исследований. Но есть и другие, о которых нужно сказать сразу: нам не нужен очередной даже хороший или отличный ликбезник/учебник или монография посвященные чему-то общему или чему-то конкретному из.., нам нужны по-настоящему исчерпывающие и развернутые результаты с конкретными фамилиями, интересами и условиями в которых начинается и развивается власть, нам нужно понимание целей и ресурсов, на которые они (фамилии) опираются с самого их начала, нам нужны наблюдения изменений по мере их развития.. нам нужно «обнюхать», приблизить, сделать знакомым и конкретным, выявить смысл и содержание каждого «властного стола» в каждом из реальных обществ/сообществ.. и мы понимаем, что у нас ничего не получится если мы позволим себе отвергнуть хотя бы одну рассуждающую голову или состоятельную мысль, поэтому, мы будем рады соучастию любого, кому эта тема интересна.

И еще вводная: в рамках работы мы не боремся за мир или против лжи, подлецов, коррупции, воров, пропагандистов и т.д., и не боремся с теми кто борется с ними).. Мы не принимаем ни чью сторону.

Имеет смысл предположить, что работа будет строиться под извечный аккомпанемент срача и размышлений о нашей глупости, продажности, лживости, бесполезности, наивности и вообще всяческой несостоятельности, еще глупо будет исключать постепенное включение в борьбу с нами людей, чьи интересы будут затронуты по ходу нашей работы.. и если вас это не смущает, то – добро пожаловать)..