Tipaavtor

Я третий раз в этом месяце встретил Её в толпе людей, в столовой, рядом с нашим бизнес-центром. Ей около двадцати пять, она черноволоса, у неё шальной задорный взгляд с огоньком, и она пританцовывает ногой под музыку звучащую в помещении пока стоит в очереди. Она стройна, она красива, она работает где-то рядом, я считаю сколько раз встретил её. Это прекрасный повод познакомиться с ней.

К сожалению, пусть это банально, знакомиться я совсем не умею. Мнусь, краснею, начинаю заикаться и шепелявить, и что самое страшное впадаю в оцепенение. Оно не даёт мне адекватно мыслить и я теряю моменты, возможности, время. Считаю себя уродливым, скучным, закомплексованным. Это прекрасный повод не знакомиться с ней.

Я смотрю как она улыбается, как притоптывает своей маленькой несоразмерной ступнёй, как жадно глядит на салаты, прищуривая взгляд. Ох и взглянула бы она на меня хоть раз так!

Мой друг часто цитирует мне римского императора жившего 1800 лет назад:

- Всегда иди кратчайшим путём! Кратчайшим же будет путь, согласованный с природой: он в том, чтобы блюсти правду во всех речах и поступках. Подобное решение избавит тебя от утомления, борьбы, притворства и тщеславия, - вещает он, когда пытается уговорить меня познакомиться с этой девушкой.

Он очень умный человек этот римский император был. Мой друг тоже достаточно умён, конечно же, не так как римский император. Почему я так считаю? Да потому, что император говорил свои мысли, а мой друг прочитанные в книгах. Хотя разговор не об этом.

Я пятый раз в этом месяце встретил Её в толпе людей, в столовой, рядом с нашим бизнес-центром. Ей чуть за двадцать, густые волосы, у неё яркий чистый взгляд с огоньком, и она пританцовывает рукой на подносе под музыку звучащую в помещении пока стоит в очереди. Она стройна, она красива, она работает где-то рядом. Это прекрасный повод познакомиться с ней.

К сожалению, пусть это банально, знакомиться я совсем не умею. Стесняюсь, начинаю заикаться и шепелявить, и что самое страшное впадаю в оцепенение. Оно не даёт мне адекватно мыслить и я теряю моменты, возможности, время. Считаю себя уродливым, скучным, закомплексованным. Это прекрасный повод не знакомиться с ней.

Я смотрю как она задумываясь поднимает взгляд на потолок, как притоптывает своей маленькой несоразмерной ступнёй, как жадно глядит на второе, прищуривая взгляд. Ох и взглянула бы она на меня хоть раз так!

Моя подруга часто цитирует мне паблики из соцсетей:

- Мы сами придумываем себе проблемы, преграды, комплексы и рамки, освободи себя - вдохни жизнь и пойми, что ты можешь все, - говорит она когда пытается уговорить меня познакомиться с этой девушкой.

Она очень умный человек, умнее моего друга. Почему я так считаю? Да хотя бы потому, что она замужем, она счастлива, и выходит почти из любой проблемной ситуации без потерь, будь то перевод на другую должность, или проблемы с ипотекой. Это важнее начитанности.

Я седьмой раз в этом месяце встретил Её в толпе людей, в столовой, рядом с нашим бизнес-центром. Возможно ей уже к тридцати, пышная причёска выделяет её из толпы людей, у неё хитрый манящий взгляд с огоньком, и она подпевает под музыку звучащую в помещении пока стоит в очереди. Она спортивна, она мила, она работает где-то рядом, я всё ещё считаю сколько раз встретил её. Это прекрасный повод познакомиться с ней.

К сожалению, пусть это банально, знакомиться я совсем не умею. Потею, краснею, начинаю просто нести чушь, и что самое страшное впадаю в оцепенение. Оно не даёт мне адекватно мыслить и я теряю моменты, возможности, время. Считаю себя бесперспективным, занудным, трусливым. Это прекрасный повод не знакомиться с ней.

Я смотрю как она задумываясь смотрит в экран смартфона, как притоптывает своей маленькой несоразмерной ступнёй, как о чём-то думает, прищуривая взгляд, и набирает текст. Ох и написала бы она мне хоть раз!

Я часто вспоминаю как в детстве читал сборник рассказов В.М. Шукшина. Я часто цитирую один рассказ моему другу и подруге. Особенно когда они советуют мне не разговаривать с ней, а найти в интернете, или просто передать ей записку. Даже втроём мы не можем решить, отправлять письмо любимой, или нет?

В пятнадцать лет я писал свое первое любовное письмо. Невероятное письмо. Голова у меня шла кругом, в жар кидало, когда писал, но – писал. Как я влюбился.
Она была приезжая – это поразило мое воображение. Все сразу полюбилось мне в этой девочке: глаза, косы, походка… Нравилось, что она тихая, что учится в школе (я там уже не учился), что она – комсомолка. А когда у них там, в школе, один парень пытался из-за нее отравиться (потом говорили, только попугал), я совсем голову потерял. Не помню теперь, как случилось, что я пошел провожать ее из клуба.
Помню, была весна… Я даже и не выламывался, молчал. Сердце в груди ворочалось, как картофелина в кипятке. Не верилось, что я иду с Марией (так ее все называли – Мария, и это тоже мне ужасно нравилось!), изумлялся своей смелости, страшился, что она передумает и скажет: «Не надо меня провожать», и уйдет одна. И мучился – господи, как мучился! – что молчу. Молчу, как проклятый. Ни одного слова не могу из себя выдавить. А ведь умел и приврать при случае, и…
На прощанье только прижал Марию покрепче к груди и скорей-скорей домой, как на крыльях полетел. «Ну, гадство! – думал, – теперь вы меня не возьмете!» Сильный был в ту ночь, добрый, всех любил… И себя тоже. Когда кого-нибудь любишь, то и себя заодно любишь.
Потом я дня три не видел Марию, она не ходила в клуб. «Ничего, – думал, – я за это время пока осмелею». Успел подраться с одним дураковатым парнем.
– Провожал Марию? – спросил он.
– Ну.
– Гну! Хватит. Теперь я буду.
Колун парень, ухмылка такая противная… Но здоровый. Я умел «брать на калган» – головой бить. Пока он махал своими граблями, я его пару раз «взял на калган», он отстал.
А Марии – нет (Потом узнали, что отец не стал пускать ее на улицу). А я думал, что ни капли ей не понравился, и она не хочет видеть меня, молчуна. Или – тоже возможно – опасается: выйдет, а я ей всыплю, за то, что не хочет со мной дружить. Так делали у нас: не хочет девка дружить с парнем и бегает от него задами и переулками, пока не сыщется заступник.
И вот тогда-то и сел я за письмо.
«Слушай, Мария, – писал я, – ты что, с этим Иванов П. начала дружить? Ты с ума сошла! Ты же не знаешь этого парня – он надсмеется над тобой и бросит. Его надо опасаться, как огня, потому что он уже испорченный. А ты девочка нежная. А у него отец родной – враг народа, и он сам на ножах ходит. Так что смотри. Мой тебе совет: заведи себе хорошего мальчика, скромного, будете вместе ходить в школу и одновременно дружить. А этого дурака ты даже из головы, выкинь – он опасный. Почему он бросил школу? Думаешь, правда, по бедности? А ху-ху не хо-хо? Он побывал в городе, снюхался там с урками и теперь ему одна дорожка – в тюрьму. Так что смотри. С какими ты глазами пойдешь потом в школу, когда ему выездная сессия сунет в клубе лет пять? Ты же со стыда сгоришь. Что скажут тебе твои родные мать с отцом, когда его повезут в тюрьму? А его повезут, вот увидишь. У него все мысли направлены – где бы только своровать или кого-нибудь пырнуть ножом. Ну, тебя он, конечно, не пырнет, но научит плохому. Какая про тебя славушка пойдет! А ты еще молодая, тебе жить да жить. А его песенка спета. Опасайся его. Никогда с ним не дружи и обходи стороной. Он знается с такими людьми, которые могут и квартиру вашу обчистить, тем более что вы – богатенькие. Вот он на вас-то и наведет их. А случись – ночное дело – прирезать могут. А он будет смотреть и улыбаться. Ты никогда не узнаешь, кто это тебе писал, но писал знающий человек. И он желает тебе только добра».
Вот так.
Много лет спустя Мария, моя бывшая жена, глядя на меня грустными, добрыми глазами, сказала, что я разбил ее жизнь. Сказала, что желает мне всего хорошего, посоветовала не пить много вина – тогда у меня будет все в порядке. Мне стало нестерпимо больно – жалко стало Марию, и себя тоже. Грустно стало. Я ничего не ответил.
А письмо это я тогда не послал.

Каждый из вас наверняка иногда чувствовал себя героем какого-нибудь рассказа. Бывало так, что события в жизни внезапно идти по сюжетной линии и развиваться необычайно быстро. Потом правда всё снова приходило в размеренный ритм, оставляя лишь память о тех странных временах.
Такое бывало и у меня, когда на втором курсе жизнь завертелась как ураган ровно на несколько недель, глубоко врезавшись в память первым поцелуем, найденным хобби и случайной встречей в троллейбусе, которая привела меня к самой загадочной истории, из тех, что может представить себе среднестатистический обыватель. Но об этом потом, а пока... меня зовут Григорий и мне 24 года. Я закончил институт в позапрошлом году и с тех пор уже поменял три места работы. Моя специальность никогда не считалась особенно престижной, да и я сам не любил её, поэтому все места работы разительно отличались друг от друга. Ни на одном из них я не нашёл себя, поэтому сегодня я буду устраиваться на самый низ социальной иерархии. Я подумал, что было бы отлично торговать мобильными телефонами. Ещё родители говорили мне, что я быстро бросаю начатое, и что это может отразиться на моей жизни. Сам я так не считаю. Я отказываюсь только от того, что кажется мне ненужным и бесполезным и вряд ли когда-нибудь я бросал действительно важное дело. В конце-концов я закончил университет. В конце-концов я из тех, кто может вовремя остановиться, как я сделал это на втором курсе. Всё началось в троллейбусе.

Молодой человек ехавший в троллейбусе пристально смотрел на девушку, которая в свою очередь уткнулась в мобильный телефон. По нему сразу было видно, что он хочет что-то ей сказать, но стесняется. Очередная остановка, и дверь уже закрывается за выходящей девушкой, он неуклюже пытается выбежать за ней, но стеснительность делает своё дело, и вместо окрика и шага вперёд раздаётся смущённое кряканье и невнятный взмах руками. Многие стараются не замечать неудачу молодого человека, школьники на задней площадке смеются, а мужчина средних лет в плаще подходит и с улыбкой начинает что-то говорить парню. Вначале тот не слушает его, а потом вдруг начинает что-то отвечать и они вместе выходят на следующей остановке. Их разговор продолжается ещё много часов, на остановке, в парке, в кафе. Никто так и не узнает о чём они говорили, но оба человека удовлетворены сказанным. На следующий день молодой человек вместо университета отправляется на конференцию биологов и чудесным образом встречает там увиденную девушку. Завязавшаяся беседа, что тоже чудо, ибо причина ей сломанный ноутбук девушки, любезно заменённый случайно оказавшимся в сумке ноутбуком молодого человека, заканчивается прекрасным романтическим свиданием. Проходит всего неделя, а молодой человек, неожиданно возмужавший и окрепший, взяв "в охапку" девушку уже стоит на выезде из города в оранжевом комбинезоне и ловит автомобили. Дальнобойщик, рассказавший историю про похищенный у него в Хабаровске груз, семья, едущая на минивене в гости к бабушке и дедушке в соседнюю область, пугающего вида амбал на старой БМВ, оказавшийся культурным и образованным директором кинотетара в райцентре, всю дорогу объясняющий суть итальянского кино и сокрушающийся по поводу отсуствия ценителей в его городке, всё это, и ребята оказываются на берегу Онежского озера. И тут наступает тишина. События перестают идти. Девушка уезжает на автобусе, и молодой человек её больше никогда не увидит, он сам сидит на берегу озера ещё два дня, пока его не подбирает полиция и не отправляет домой на поезде. Григорий сам не помнит как так получилось, плохо помнит как он доехал. На самом деле он вообще плохо помнит прошедшие 5 лет. Они текли как-то однообразно...

Время действительно стоит. В комнате сидит замерший Григорий, за его спиной стоит с тетрадкой в руках мужчина средних лет в плаще. Прошла всего неделя с их встречи. Мужчина неодобрительно читает тетрадку, в которой Григорий пишет роман про то, как отправился в путешествие с случайно встреченной девушкой. Роман должен был быть приключенческим, очень интересным, и в отличии от многих современных книжек совсем не детективным и не кошмарным. Просто история любви и взросления двух прекрасных людей, написанная одним не совсем взрослым студентом. Но роман обрывается на 9-ом листке тетрадки, когда герои уже доехали до озера. Григорий просто бросил его написание, посчитав это дело бесполезным и неважным. Сам Григорий не понимает зачем впустил в дом того мужчину, а мужчина огорчённо смотрит на Григория, уже понимая что другой Григорий создан точно таким. Положив тетрадку на стол он молча разворачивается и выходит из квартиры, и лишь спускаясь по лестнице, уже на первом этаже, мы вновь слышим его голос. Он заговаривает с женщиной опускающей рекламки в почтовые ящики. Может ей будет не лень создавать себя саму?

Андрею было семнадцать лет, когда он поступил в университет. Он долго стоял перед стендом с рекламой и не мог выбрать специальность. Он даже не пытался это сделать заранее, и теперь гадал. Невысокого роста, не больше 165 см, он не походил на абитуриента, и поэтому сотрудники приёмной комиссии не обращали на него внимания. Прошло 2 часа, прежде чем он дрожащей рукой вписал в бланк специальность «Колёсно-гусеничные машины» и выбрал свой жизненный путь.
На третьем курсе Андрей впал в депрессию. Он стал прогуливать университет, похудел, потерял всякие остатки интереса к жизни, что почему-то свойственно людям его поколения. Он и до этого редко учился с усердием, не занимался спортом, у него не было хобби и почти не было друзей. Он просто сидел дома в свободное время.
Война началась внезапно, утром. Раздался звонок по телефону и взволнованная женщина потребовала у Андрея, как у специалиста, немедленно прибыть в военкомат. К этим событиям Андрей отнёсся с традиционной для него леностью и заторможенностью.
Андрей не мог понять, почему она такая высокая. Смуглая девушка, с аккуратной косичкой, что было несвойственно военным, злобно смотрела на них. Она казалась даже выше Миши Михайлова, который был ростом 190 см. Миша стоял рядом и досматривал её вещи. Андрей после бесконечного бега по лесу и полю уже ничего не соображал и лишь смотрел в глаза девушки направив на неё автомат. Её оружие валялось возле его ног, но глаза были сильнее любого оружия. Они сжигали и рушили всё на своём пути. Раздался взрыв и их накрыло ударной волной…
Жизнь Андрея всегда текла медленной размеренной рекой, а он, сам он, старался замедлить её течение ещё больше, для чего он как мог строил плотины и заводи. А теперь его жизнь очень быстро бежала, прямо от него, размахивая косичкой. У Андрея не было времени осознать этот кульминационный для него момент и он нажал на курок, не надеясь конечно же ни на что. Ноги девушки подкосились на бегу и она завалилась на бок, раздался новый взрыв, ещё ближе и наступила темнота.
Генерал-полковник Михаил Михайлов наблюдал как танковая колонна движется в сторону от города. Его войска двигались как полноводная река вышедшая из берегов, сметая всё на своём пути. Невысокий Михайлов, ростом не более 165 см, стоял у своего штабного джипа. У него была новая цель.

Утро было холодным и солнечным, а вот троллейбус наоборот тёплым, но зачем-то выкрашенным в чёрный цвет какой-то обувной фирмы. Свободные графики работы и закрытый завод заметно изменили перемещения людей в течение рабочего дня, поэтому первый троллейбус вёз лишь водителя с кондуктором, и меня. На третьей остановке в троллейбус зашла молодая девушка. Описывать её нет никакого смысла, потому что я не обратил тогда внимания ни на одежду, ни на её внешность. Всё моё внимание сосредоточилось лишь на книге, которую она открыла, как только оплатила проезд. На обложке яркими буквами было написано "Мифы о науке. Почему нам лгут об атомах?". Меня, простого инженера, высросшего в годы позднего СССР уже не удивляли никакие заголовки книг и газетных статей, ведь я знал, что певца Сидорова похитили инопланетяне, а "золото партии" Хрущёв спрятал где-то между Шамболой и Северным Эльдорадо. Но атомы! Чем они то не угодили автору этой книги. И я решился, поправил очки и подошёл к этой девушке:
- Здравствуйте девушка!
Она странно на меня посмотрела и кивнула. Моей общительностью заинтересовался кондуктор, который подошёл к нам и встал рядом, ожидая то ли весёлого разговора, то ли героической драки с извращенцем, в моём лице конечно же.
- Извините, что пристаю к Вам, но меня очень заинтересовала книга, которую Вы читаете. Не могли бы Вы сказать, о чём она?
Девушка хмыкнула:
- О том, что современная наука врёт нам о том, что короче эти атомы и из них всё состоит, и они короче неделимы, как говорил Демокрит.
Я был ошарашен научной новизной её заявления, но решил задать пару уточняющих вопросов:
- А Вы когда-нибудь слышали об АЭС?
- О чём?
- Об атомных электростанциях.
- Ну да.
- А Вы знаете, что они работают на делении атома?
- А, ну вот да, тут и про это написано, что это всё ерунда, и на самом деле там эти, струнные излучения дают энергию, просто так выгодно...
- Постойте! Девушка, а Вы кем работаете?
- Я менеджер по продажам, а что?
- А зачем Вы чиатете книгу?
- А у меня молодой человек физик, магистратуру заканчивает, он вот как раз этими струнами и работает, короче посоветовал вот, что бы понимать о чём он говорит.

- В общем вот так вот наш разговор и состоялся, товарищ старший лейтенант.
- Книжку Вы кидали со словами "Засунь эту книгу ему куда-нибудь, блин!"?
- Эм... ну да, но я...
- Ладно Корнеев, свободны, но если это в третий раз повторится, будете три дня тротуары мести.

Тема "Два друга. Один одинокий, а второй встречает любовь. Первый завидует и злится на влюблённого. Неожиданный конец."

Три месяца. Три месяца прошло с тех пор как Миша завёл себе любимую. Вначале они просто гуляли вместе, обычно по вечерам и это никак не задевало наши отношения. Было даже весело, когда они приглашали меня гулять с ними. Мы видели весь центр города, были в Петродворце, это только на первой неделе. Лето начиналось просто прекрасно. Миша всегда был очень активным и легко входил в новые общества. Первый звоночек прозвенел когда он отказался прийти на встречу с одноклассниками, потому что в этот момент знакомился с молодыми людьми подружек своей милой и ненаглядной. Потом Миша бросил пить. Нет, он изредка приходил на наши гулянки, но не пил ни капли, потому что девушка и её родные запрещали ему пить. Миша стал откровенно скучен. Он перестал играть и использовал компьютер только для того, что бы общаться с новыми знакомыми и лазать по форумам связанным с отношениями с девушками. Он стал по другому одеваться, стал употреблять непонятные слова, нахватавшись их от неё. А потом у них была первая ночь. Он прямо ночью и позвонил, разбудив меня.
- Дима! Дима! Мы сделали это! С Инночкой!
- Ты охренел, блять, звонить в три часа ночи! - крикнул я в трубку, но он уже бросил её, видимо вернувшись в объятия Инночки.
Они занимались этим каждую неделю, обычно перед выходными. Раньше мы собирались по субботам, где-то в полдень, обсуждали новости. Миша стал приходить на эти встречи невыспавшимся, уставшим, но безмерно счастливым, чем раздражал нас.
Третий месяц я почти не видел Мишу. Инночка начала много себе позволять и ломаться. Миша целыми днями проводил только с ней, по первому её требованию гнался на другой конец города, уставал, и уже не казался таким счастливым.
Раздался звонок. На пороге стоял Миша, я видел его впревые на этой неделе. Он не был уставшим, у него в пакете звонко звенели парочка банок пива. Миша радостно уыбнулся и сказал:
- Продал я эту дряхлую и ломучую колымагу, и в гонках больше участвовать не буду, давай обмывать.