NeAngel001

Мы ждали такси, которое должно было отвезти нас в аэропорт. Наконец-то долгожданный отпуск, покупка тура в Египет, быстрые сборы, суета, волнение, как оно все пройдет – сто лет ведь не летала на самолете! Полеты я переносила мягко говоря, не очень и с этим была проблема, единственная надежда была на таблетки от укачивания.

Подъехало такси, мы вышли на улицу. Провожала мама, она выглядела немного расстроенной.

– Мам, ну мы всего-то на две недели.

– Ладно, ладно, отлично вам отдохнуть, набраться сил. Счастливо!

Мы обнялись, сели в такси и через 45 минут уже стояли у здания аэропорта. Международный терминал, само собой, был еще закрыт и у дверей начала выстраиваться очередь из таких же как мы, жаждущих приобщиться к диковинкам и красотам Красного моря. Хорошо еще что погода благоволила, не очень-то приятно было бы слоняться перед запертой дверью под дождем или на холоде. Позвонил брат, тоже пожелав бодрым голосом отличного отдыха.

От нечего делать мы с дочерью обследовали ближайшие окрестности терминала, заглянув во все уголки, находящиеся в пределах досягаемости. Растительность оптимизма не внушала: невысокие редкие тополя, да сорняки по пояс. Мы вернулись к своей очереди перед дверью терминала, народ пребывал. Я обратила внимание на то, что багаж у вновь прибывших был упакован в специальную пленку. Вот что надо было делать, а не заниматься исследованием окрестностей. Пришлось тащиться к главному входу и там упаковывать багаж. Мы расплатились за эту нехитрую процедуру и покатили чемоданы к заметно удлинившейся очереди.

Наконец, двери терминала распахнулись и стали выходить загорелые люди уже отгулявшие свой отпуск. Мы с любопытством на них поглядывали, но нам еще предстояло увидеть и ощутить все то, что для них уже стало недавним прошлым. Но, прочь грусть-тоска – у нас все впереди и не будем вспоминать о том, что все рано или поздно кончается!

Нудные, долгие формальности таможенного контроля позади, нас ведут на посадку к трапу самолета, по обе стороны у входа в самолет – улыбающиеся молодые стюардессы. Наконец, ручная кладь на полках, рассаживаемся по местам. Взглянула в иллюминатор – показалось? Нет, так и есть – нас провожала радуга, настоящая радуга, а ведь никакого дождя не было! Добрый знак, значит все у нас будет хорошо!

Все было бы отлично, если бы не морская болезнь, которая мучила меня в этот раз особенно жестоко. Видимо сказывался долгий перерыв, я не летала на самолете лет десять, а то и больше. Тошнота и головная боль накатывали довольно часто, в промежутках я впадала в спасительное дремотное состояние. Дочь сочувственно гладила по плечу. Время от времени она пыталась отвлечь меня красотами, царившими за бортом, на что мой несчастный обессиливший организм тут же реагировал вполне предсказуемым образом – желудок мой в очередной раз пытался вывернуться наизнанку. Ничто не помогало, ни леденцы, ни таблетки, ни напитки, так что и у дочери лопнуло терпенье, она начала сердиться, но что я могла поделать?

Незаметно для себя я задремала, в какой-то момент появилось ощущение чего-то давно забытого, смутно знакомого, теплого, словно встретил что-то родное, близкое, что знал и чем жил когда-то давным-давно. Это было светлое радостное ощущение в прямом и переносном смысле: перед газами поплыл светлый солнечный фон, возник рисунок тростника, такой, каким его изображали на древних папирусах и изображают по сей день на современных стилизованных картинах и восточных сувенирах. Появился прямоугольный искусственный водоем, что-то вроде пруда, заполненный удивительно красивыми белоснежными лотосами, с еле заметным розоватым оттенком лепестков ближе к центру, что придавало особую нежность и трогательность их манящей красоте. Вокруг водоема росли высокие пальмы, налетевший порыв ветра зашевелил ветви, они как будто зашептались между собой, заволновались, встречая и приветствуя гостей. Я ощутила их неподдельную радость. Эта земля, по неведомой для меня причине, принимала нас как долгожданных и родных заблудившихся детей своих, которые, наконец, нашли правильную дорогу. Как же нам, порой, не хватает таких настоящих, подлинных чувств в нашей реальной жизни!

Дочь прикоснулась к руке, видение исчезло, ах как жаль было с ним расставаться…

– Смотри – подлетаем, осталось совсем немного.

Пересилив себя, я взглянула в иллюминатор, гористая местность в мягкой голубоватой дымке, а вот и море показалось. Ура, неужели я снова увижу море?! Сколько лет прошло с тех пор, как я последний раз была на море – 15, 20? А Наташа вообще за всю свою жизнь не видела это потрясающее чудо природы, иначе и не скажешь. Я догадываюсь, конечно, что море – штука серьезная, оно может быть очень жестоким и непредсказуемым как любая природная стихия. Недаром же древние люди создали целый пантеон богов, среди которых Посейдон занимал свое почетное и значимое место. Ни одно судно не выходило в море без щедрых воздаяний этому грозному повелителю морских глубин. Но как же оно притягивает к себе, как все существо твое тянется к нему в желании хоть на миг прикоснуться к этому ласковому прибою, как манит поиграть с волнами в догонялки, да просто посмотреть на прозрачную искрящуюся, бликующую воду, так, что в глазах плывут радужные круги, подышать этим свежим, целительным воздухом! Ну здравствуй, дорогое мое морюшко, скоро встретимся…

В номер отеля нас заселили довольно быстро, после того как поняли, что мы говорим по-английски. Номер был не бог весть какой, одно было плохо, кондиционер гнал теплый воздух вместо холодного. Такого ощущения, что ты в прямом смысле задыхаешься в этой дикой духоте мы еще никогда не испытывали. Открытое окно ничуть не помогало. Промучившись пару ночей, мы, в конце концов, сообщили о проблеме администратору, починили оперативно и мы кайфовали, заходя с жары в прохладное помещение.

Вернувшись с ужина, мы приступили к сборам на экскурсию. Впереди было посещение пирамид, пустыня, древний город Каир с его музеями и сувенирными магазинчиками, прогулка на теплоходе по Нилу. Это конечно, не Рим и не Париж, но кто сказал, что Каир хуже, по крайней мере, восточная цивилизация гораздо древнее западной и история ее на мой взгляд, более яркая и захватывающая. А, впрочем, стоит ли противопоставлять одно другому, везде есть свои плюсы и минусы.

Дорога до Каира заняла всю ночь, которую мы благополучно проспали, просыпаясь время от времени, все же спать сидя в автобусе, не слишком комфортно, даже если кресло удобное.

Когда мы подъезжали к пирамидам было уже светло, хотя солнце еще не поднялось из-за горизонта. Впервые за все пребывание в этой жаркой стране мы ощутили настоящую природную прохладу, разлитую в воздухе пустыни. Свежий ветерок заставлял поеживаться, пришлось накинуть на плечи широкие легкие шарфы.

Местные владельцы верблюдов предлагали совершить прогулку верхом на двугорбом «корабле пустыни». Вспомнилось предупреждение гида о том, что залезть на верблюда проще, чем слезть с него, за это, оказывается, нужно еще раз заплатить, причем, большую цену. Особого желания совершить такую прогулку не было, хотя среди нашего брата туриста охотники нашлись – экзотика, одним словом. Туристы все прибывали, слышалась итальянская, английская, польская, французская речь. Люди фотографировались на фоне пирамид, некоторые поднимались на пирамиду, пытаясь проникнуть во внутрь, куда проход был запрещен. Ходили слухи, что некоторые туристы терялись там, поэтому, якобы, туда теперь не пускают, но это, конечно, местные байки, просто хотят заработать на доверчивых туристах.

Дочка отошла, высматривая что-то на сероватой известняковой плите. Я подошла поближе к огромному сооружению, почему-то особого трепета не ощущалось, зато я почувствовала чей-то взгляд, повернув голову, увидела местного «бедуина» в светло-сером балахоне. Он поманил меня рукой, я, как будто под гипнозом, шагнула навстречу. Он, без видимых усилий нажал на ближайший к нему блок и тот вошел внутрь, открыв проход в пирамиду. Повинуясь какому-то непонятному мне зову, я шагнула в темноту, блок бесшумно задвинулся за спиной, я оказалась в кромешной тьме и абсолютной тишине. Вот тут-то меня и проняло: господи, да что же я за дура такая?! Как мне выбираться из этой ловушки? Меня в жизни теперь не найдут! В ушах зазвенело, голова начала кружиться, меня все сильнее охватывала паника. На ум приходили страшные картины с черными пауками, окружающими свою жертву, как в фильме «Мумия» или кошмарные подземелья со смертельными ловушками, как в «Индиане Джонсе».

В тот момент, когда паника достигла наивысшей точки, я услышала голос:

– Надень кольцо.

Я судорожно схватилась за сумку, лихорадочно пытаясь расстегнуть молнию на внутреннем кармашке, где лежало кольцо, справившись, наконец, с молнией, я выхватила кольцо и водрузила на безымянный палец правой руки. Ничего, никакой реакции, ну что же ты, в отчаянии вскрикнула я!

– Вытяни руку перед собой, ладонью вперед, так как ты сделала это в первый раз в парке, – снова услышала я тот же голос.

Я послушно вытянула руку, вспомнив тот жест отчаяния, который спас меня тогда от моего недруга.

Темнота сразу куда-то отступила, вокруг было сияющее утро, легкое дуновение ветра, шелест узких, длинных темно-зеленых пальмовых листьев над головой и уже знакомый мне прямоугольный пруд с прекрасными, совершенными в своей красоте лотосами. Я затаила дыхание, как я здесь оказалась, неужели это все наяву? Продолжая осматриваться, я обнаружила неподалеку небольшой мраморный фонтан. В самом центре его располагалась скульптура рыбки, изо рта которой несколькими струйками, играя на солнце с мерным журчанием, вытекала вода. Я подошла ближе к чаше фонтана, мне хотелось опустить руку, ощутить прохладу воды, убедившись в том, что это не мираж, не плод моего воображения, что все окружающее реально. Присев на бортик, я потянулась рукой к воде и тут обнаружила, что в этом самом фонтане обитают золотые рыбки, не знаю почему, но меня это развеселило и я негромко рассмеялась. Подумать только, оказаться за тридевять земель, в каком-то чуднóм месте и встретить таких знакомых трогательных созданий! Ярко-оранжевые с белыми пятнышками, золотистые, черные, рыбки грациозно подрагивали роскошными волнистыми плавниками и хвостами, другие, деловито сновали туда и обратно по своим рыбьим делам. Заметив мою руку, некоторые стали подплывать ближе, видимо, ожидая подачки. В этот момент в воду упал красный цветок гибискуса. Рыбки моментально бросились к нему, хватая добычу со всех сторон, но убедившись в ее несъедобности, разочарованно отплывали в сторону.

– Что, не вкусно? Не повезло вам на этот раз, бедолаги.

– Их недавно кормили, они сытые.

Я резко повернулась на голос, едва не потеряв равновесие. В двух шагах у меня за спиной стояла молодая женщина, когда и как она появилась не знаю, звука шагов не было слышно или я так увлеклась, что потеряла бдительность?

Передо мной стояла довольно высокая стройная молодая женщина, светлокожая натуральная блондинка и это здесь – в Египте! Впрочем, с этим можно было поспорить, поскольку я не была уверена в том, где именно я нахожусь. Одета она была в длинное облегающее платье нежнейшего, как будто мерцающего изнутри, розоватого цвета. Такой оттенок, и то лишь изредка, можно увидеть летом на восходе, когда солнце еще не показалось над горизонтом. Кроме того, ткань поблескивала искусно вышитым золотой нитью причудливым растительным орнаментом. Я даже не мечтала своими глазами увидеть образчик столь тонкой искусной работы древних (опять знак вопроса) восточных мастеров.

Женщина лишь усмехнулась в ответ на мои мысли.

– Вам много еще предстоит увидеть и узнать, – услышала я до боли знакомую фразу. А теперь к делу. Сегодня во время экскурсии по Каирскому музею нашим людям потребуется ваша помощь, их будет двое: мужчина француз и женщина египтянка.

– В чем заключается моя помощь?

– На музей произойдет нападение небезызвестной ныне радикально исламистской организации. Вам нужно будет вывести этих двоих из-под удара, они ни в коем случае не должны погибнуть.

– Даже так? А как насчет меня?

– Это конечно, небезопасно, но вы носитель, кольцо вас защищает, а те двое очень важны для будущего.

– Послушайте, если вы все знаете заранее, вам должно быть известно, как не допустить этих людей в музей, и потом, как насчет моей дочери, других людей, наконец? Вам их не жалко?

– Не надо считать меня монстром. Вы взрослый человек и должны понимать, что каждому установлен свой срок, когда приходить в этот мир и когда его покидать. Что касается вашей дочери, с ней все будет в порядке, не волнуйтесь.

– Хорошо, как я узнаю этих людей?

– Мужчина в очках, лет сорока, среднего роста, каштановые волнистые волосы. Женщина, вернее, девушка, лет двадцати пяти, невысокая черноволосая, она работник музея. Будьте осторожны и помогите этим людям, пожалуйста, от них очень многое зависит и от вас тоже. Прощайте.

Не успев ответить, я снова оказалась в беспросветной немой темноте. Через мгновенье передо мной открылся проход, через который я попала сюда, с радостью я выскочила на свет божий, каменный блок бесшумно встал на прежнее место, а «бедуин», так и не произнеся ни единого слова (а мог бы попросить плату за услуги), как-то быстро растворился в толпе туристов.

– Ну где ты ходишь, я уже обыскалась тебя, – недовольно проворчала дочь. Вон наш автобус, почти все уже уселись, пойдем скорее!

– Да, да, идем, солнце начало припекать, мы поспешно направились к автобусу, в спасительную прохладу кондиционера.

В тот вечер я возвращалась домой не в духе – последняя пара, уже успело стемнеть, хорошо хоть фонари включили. Под ногами отвратительно чавкала полужидкая снежная слякоть, огромные лужи не давали ни единого шанса добраться домой в сухой обуви, все тело было в напряжении от необходимости не поскользнуться и не вляпаться в какую-нибудь замаскированную снежной жижей яму и окончательно вымочить ноги. Черт бы побрал наши дорожные службы и «добросовестных» дворников!

Наконец, без происшествий и приключений я добралась до дома. Ну, теперь можно отдохнуть, прийти в себя, вечер пятницы как-никак. Я стянула с себя влажные от сырости ботинки, куртку – все неприятности оставляем за порогом. Дочь встретила как всегда со словами сочувствия.

– Все нормально, жить буду, – ответила я.

Войдя в комнату, я почувствовала – что-то не так, в ушах зазвенело, как будто на автомате я подошла к тумбочке на которой стояла сумка и вытащила из кармашка кольцо, какая-то неодолимая сила заставила надеть кольцо и… Я оказалась в самолете, ох, не хотела бы я снова оказаться в таком самолёте! В салоне все тряслось, пол под ногами ходил ходуном, люди – одни сидели, вцепившись в подлокотники кресел с бледными как полотно лицами не в силах вымолвить ни слова, дети кричали, плакали от страха, не понимая, что происходит. Девушки стюардессы тщетно пытались успокоить обезумевших от страха людей. Какой-то здоровый мужик рвался к двери, оттолкнув стюардессу, вставшую у него на пути. Самолет накренился, раздался общий возглас отчаяния и ужаса, словно все осознали – спасенья нет!

Я смотрела на весь этот ад, не понимая, как я здесь оказалась и зачем, ощущение неминуемой гибели захлестнуло мое сознание. В этот момент одна из стюардесс крепко схватила меня за руку.

– Ты должна рассказать, слышишь?

– Что рассказать, кому? – закричала я, стараясь перекричать вопли и плачь окружающих меня людей.

– Расскажи, что это был теракт, это политика, будь она проклята! Они поймут…

Это последнее что я видела и слышала в том самолете. Как я оказалась снова на том самом месте откуда исчезла несколько минут (или секунд?) назад я не понимаю. Я дотронулась рукой до журнального столика, будто все еще не веря в свое чудесное спасение, настолько реально ощутимым был весь этот ужас, который я пережила в самолете. Шепотом, не осознавая этого, позвала дочь, еще раз – уже в голос – Наташа! Она опасливо выглянула из комнаты.

– Мам, ты чего? – пытливо вглядываясь в мое лицо, – отозвалась она. Наверно было в моем голосе что-то настораживающее.

– Да так, ничего, заскучала что-то – попыталась отшутиться я. Ладно, иди, все в порядке, хочу отдохнуть. Я села на диван, прикрыла глаза, страшные подробности неведомой трагедии снова поплыли пред мысленным взором. Взгляд женщины, полный абсолютного осознания происходящего и обреченности. Я резко открыла глаза, это было невыносимо, хуже всякой пытки. Как забыть все это?

Стюардесса, она ведь просила рассказать обо всем! Господи, кому рассказать и где мне их искать? Рука сама потянулась за пультом от телевизора, я заметила, что кольцо все еще у меня на пальце. Надо его снять от греха подальше. Я сняла кольцо и убрала в шкатулку.

По телевизору передавали новости. В Подмосковье накрыли банду торговцев спайсами, распространявших наркотики через интернет – новые технологии в действии. Затишье на юго-востоке Украины, восстанавливают по мере сил разрушенные дома, школы, больницы – слава богу, что не стреляют или стреляют гораздо реже. Опять эта экзальтированная девица (или хочет таковой казаться?), пытавшаяся бежать к «возлюбленному» из ИГИЛ, завербовавшему ее, как выяснилось, через интернет. Что в головах у этих молодых девок, как можно так задурить себе голову, чтобы бросить благополучную Москву, университет, родителей и тайно добраться до самой Турции, а там и до Сирии рукой подать. Но тут, видно родители у девочки не простые работяги, отец девицы поднял на ноги местные спецслужбы и «малышку» повязали. Долго держать, правда, не стали и отправили с родителем восвояси, в Москву. Проблема в том, что эта дурочка не единственная искательница приключений, но не за всеми в погоню бросаются родители, а что их ждет по ту сторону границы с Турцией – одному богу известно.

Мои размышления прервала срочная новость из Египта. Пошла картинка – каменистое плоскогорье, покрытое мелкими камнями и песком, какие-то разбросанные на некотором расстоянии друг от друга груды обломков, военные, окружившие место крушения. Прежде чем до моего сознания дошел смысл передаваемой новости, я уже знала, чтó это за обломки. Перед глазами моментально возник салон падающего самолета со всем этим непередаваемым кошмаром внутри. Я затрясла головой, пытаясь избавиться от тягостного видения.

«Самолет вылетел из Шарм-эль-Шейха в 6:51 по-московскому времени, спустя полчаса после взлета скорость лайнера падает вдвое, происходит резкое снижение высоты… Авиакатастрофа произошла на Северном Синае, в том месте, где местные власти ведут борьбу с террористами ИГИЛ», — продолжал диктор. — «На борту было 224 пассажира, выживших нет».

Ну вот, пазл и сложился! Только кому я должна передать последние слова стюардессы? На душе было тяжело. Не успели еще затянуться собственные душевные раны и тут снова такое…

Взгляд упал на часы – довольно поздно, завтра рано вставать, пора ложиться спать.

***

Мне нужно было спуститься в подземный переход. Впереди вальяжно вышагивала разношерстная молодежная компания. Одежда каких-то нелепых кричащих цветов – не то клоуны, не то ряженые. Я не стала ускорять шаг, стараясь оставаться незамеченной и не привлекать к себе излишнего внимания, уловив едва ощутимые флюиды опасности, которые исходили от них. Когда меня заметили, они как-то все разом замолчали, приостановились, все взгляды устремились на меня, в воздухе повисла какая-то животная настороженность, будто они ждали от кого-то сигнала – либо броситься в атаку на чужака, либо пропустить, не тронув. Они действительно напоминали стаю уличных собак, вернее подросших щенков, которые при необходимости (или без нее?) могут быть абсолютно безжалостными как настоящие дикие звери. То ли не получив нужного сигнала, то ли не успев среагировать, «стая» оставалась неподвижной. Я проскочила, какое-то шестое чувство подсказывало, что все обошлось – не тронули. На выходе из перехода, еще поднимаясь по ступенькам, я заметила неподалеку одинокую детскую фигурку. Это была девочка лет 8-9, в ярком синем пальтишке из полиэстера, типа пуховика, в узорчатой трикотажной шапочке с помпоном на макушке. Миловидное лицо, гладкая нежная кожа, какая бывает только у маленьких детей, подрастет – красавицей будет, мелькнула в голове мысль. Она явно кого-то ждала, уж не меня ли? В этот момент девочка подняла руку и помахала мне – сюда, я здесь! Я подошла ближе. Она серьезно смотрела на меня снизу-вверх своими ясными глазами.

– Здравствуйте, я Лиза.

– Здравствуй, детка.

У меня было такое впечатление, что это не чужой мне ребенок, как будто я ее знаю и она меня тоже, словно какая-то степень родства связывает нас, но долго быть рядом мы не можем, будто она из другого мира и этот мир неумолимо тянет ее назад, не оставляя нам никаких шансов.

– Вы хотите мне что-то рассказать про самолет?

– Рассказывать, собственно нечего, ничего конкретного. Она (стюардесса) сказала, что это был политический теракт. И добавила, что «они знают кто это сделал и что они все поймут». Вот и все, что я могу рассказать.

– Спасибо вам, что не побоялись прийти.

– Вы только за этим меня звали?

– Не сердитесь, у нас лишних проверок не бывает. Вы это поймете позже. Она улыбнулась. Всего доброго!

– Пока, машинально ответила я.

Меня уже не удивляло то, что эта маленькая девочка разговаривала со мной как взрослая, да что там, как человек гораздо более мудрый, знающий и опытный.

– Лиза, Лиза-а-а, – донеслось со стороны остановки. К нам торопливо приближалась пожилая женщина.

Девочка махнула мне на прощание рукой, повернулась и побежала навстречу бабушке. Я с сожалением провожала ее взглядом, было такое ощущение, что расстаешься с близким, дорогим тебе человеком.

Зазвенел будильник. Что уже? Открыв глаза, я нехотя потянулась за телефоном, посмотреть который час. Увы, пора вставать. Вдруг, мня словно током ударило, утреннюю сонливость как рукой сняло – мне все это приснилось?! Как же мне быть теперь? Выполнила ли я свое обещание или мне опять искать, не зная кого, не зная где? Вопросы теснились в голове, оставаясь без ответов. Так, стоп, надо остановиться и успокоиться, отпустить ситуацию, тогда и ответ сам придет.

С утра закружила обычная рабочая круговерть: устный опрос, проверка домашнего задания, новый материал, разговоры с коллегами на злободневные и отвлеченные темы, обсуждение новостей и т.д.

Рабочий день подошел к концу. Я вышла из университета, подошла к «зебре», зажегся зеленый свет светофора. Толпа двинулась по пешеходному переходу на противоположную сторону дороги. Звуковой сигнал светофора запиликал чаще, подгоняя запоздавших пешеходов.

Маршрутку пришлось ждать несколько минут, как назло подходили не те, что шли в мою сторону. Наконец, подъехала моя маршрутка, я уселась на свободное место, рассеянно взглянув в окно. Невысокая фигурка в синем пальто, узорчатой шапочке и этот серьезный доброжелательный взгляд, устремленный на меня. Разве могут сны в таких мельчайших подробностях сбываться наяву? Машина медленно тронулась с места, а в голове зазвучал знакомый теперь детский голос:

– Не волнуйся, все в порядке. Обещание свое ты выполнила.

Я все еще не могла оторвать взгляда от этой детской фигурки, несмотря на то, что мы уже отъехали от остановки на приличное расстояние. Душу переполняли смешанные чувства: радость и удовлетворение как после окончания непростой, казалось бы, невыполнимой задачи, смутное беспокойство за этого, на первый взгляд, беззащитного ребенка, печаль за тех, в самолете, не вернувшихся домой живыми и невредимыми и главное – настороженное ожидание грядущих событий. В том, что меня впереди ожидает немало «сюрпризов» я почти не сомневалась.

Осень в этом году была действительно странной, дожди и слякоть, правда, не успели нас измучить, зато в конце октября почти за сутки выпала месячная норма снега. Снег начался вечером, шел всю ночь, а утром люди протаптывали тропинки, которые больше походили на снежные тоннели или лабиринты, ступеньки лестниц превратились в сплошные горки. Машины стояли в снегу по самый капот, такси не справлялись с лавиной заказов, переполненные маршрутки шли мимо страждущих толп не останавливаясь, оставались еще автобусы, редко появляющиеся на горизонте. Город уже утопал в снегу, а он все продолжал сыпать.

Я все же добралась до университета, опоздав, как многие в то утро. Рабочий день прошел без катаклизмов, в отличии от погодного катаклизма, продолжавшегося до самого вечера – дорожные пробки оценивались в 10 баллов.

Последняя пара прошла по сокращенной программе, план урока мы выполнили досрочно, к тому же, кому-то из студентов пришла смска о зачислении стипендии. И тут, (та же картина у преподавателей) начался ажиотаж, строились планы на что потратят полученные деньги. Не обошлось без шуток:

– А я куплю вместо «ролтона» большой «доширак» и съем один!

Фраза, как будто взятая из студенческого анекдота. Вот она, наша реальность, плавно перетекающая в разряд анекдотов!

Стало понятно, что привлечь их внимание к дальнейшему процессу познания в данной ситуации не было никакой возможности. Я не стала сопротивляться и закончила занятие.

Мне предстояло возвращаться домой по заснеженному вьюжному городу. Встречный ветер пригоршнями бросал в лицо мелкие колкие снежинки. Добежала до остановки, маршрутка забита людьми, но тут уж не до хорошего, ехать все равно надо, а ждать не хочется. Через пару остановок стало посвободнее, я села. В связи с последними событиями я стала уделять больше внимания окружающей обстановке. Казалось, все было благополучно. Люди как люди, едут с работы домой, все в своих мыслях, заботах. Напротив, женщина в возрасте, спокойное, доброжелательное лицо. Рядом с ней молодой человек - правильные черты лица, черная трикотажная шапочка, надвинута на самые брови, время от времени поглядывает то на меня, то на сидящих рядом со мной. Скорей бы доехать, не люблю я эту вынужденную скученность, да еще тащимся еле-еле – час пик, пробки.

Наконец подъезжаем к остановке, готовлюсь выходить, боковым зрением цепляю внимательный взгляд молодого человека в черной шапочке, нажавшего кнопку на телефоне. Разговора я, конечно, не слышала, но настойчивый взгляд ощущала спиной до самого выхода. Что-то разыгралось мое бурное воображение, видно не к добру…

На пешеходном переходе рысцой перебежала дорогу, хотя перебежала – сильно сказано, проезжую часть еще не успели как следует очистить, ноги то и дело вязли в снегу. Дальше пошла более размеренным шагом, надо было еще зайти в супермаркет, благо он рядом с домом.

Вечер пятницы – ура! Впереди два выходных, можно отвлечься от работы, заняться своими делами, почитать, наконец. Я подходила к проезжей части, мне надо было на противоположную сторону. На здании супермаркета включили подсветку.

Я была уже на середине пешеходного перехода, краем глаза заметила черный сверкающий джип, приближающийся как мне показалось в те секунды, на бешеной скорости. Я как будто окаменела от страха не в состоянии двинуться ни вперед, ни назад, чтобы избежать неминуемого столкновения. Еще более странно и страшно было то, что вокруг не было ни машин, ни пешеходов, при том, что это был вечер пятницы, едва ли не самое оживленное время для покупок.

Я продолжала стоять как вкопанная, ноги словно примерзли к обледеневшему асфальту. Широко раскрыв глаза, я смотрела как на меня несется этот смертоносный снаряд. В тот момент, когда столкновение казалось неизбежным, я почувствовала, как меня резко дернули за плечи назад. В ту же секунду на меня словно обрушились звуки останавливающихся машин, автомобильные гудки, взволнованные голоса людей, которых оказалось довольно много на пешеходном переходе, также, как и остановившихся машин. Вот только откуда они все вдруг появились? Я ведь точно помню, что была один на один с этой черной машиной и больше ни души!

Черный джип пулей пролетел вперед, бешено завизжали тормоза, его развернуло на 180 градусов. Все притихли, ожидая как будут развиваться дальнейшие события. Я все еще пребывала в шоковом состоянии ни в силах обернуться, чтобы увидеть своего спасителя, который все еще крепко держал меня за плечи. Распахнулась передняя дверь черной машины, сначала правая, потом левая. По очереди вышли два крепких молодца в черных расстегнутых кашемировый пальто. Они не торопясь направились в нашу сторону. И тут народ словно прорвало, поднялся такой гвалт, люди кричали каждый свое, выражая крайнее недовольство тем, что произошло:

– совсем обнаглели…

– никаких правил для них нет, уроды!

– что хотят, то и творят, бандюги!

Обстановка накалялась. Словно поняв, что силы неравные «двое из ларца» нехотя повернули назад, уселись в джип, развернулись и быстро уехали. Люди вокруг начали расходиться, машины тоже поехали по своим делам. Тот, кто держал меня за плечи слегка подтолкнул вперед – пора отсюда выбираться. Я оглянулась на ходу и … узнала того молодого человека, которого недавно видела в маршрутке!

Мы перешли, наконец дорогу, вошли в супермаркет, нашли свободную скамейку и сели. Я все еще не могла оправиться от шока. Мой спаситель напротив, был достаточно спокоен и сосредоточен, как будто бы подобные происшествия были для него обычным делом, словно он всю жизнь занимается тем, что выдергивает незадачливых пешеходов из-под колес взбесившихся джипов.

Все скамейки были заняты, народу было много и только мы сидели вдвоем, люди проходили мимо, на нашу скамейку никто не покушался.

– Почему не воспользовались кольцом негромко спросил молодой человек.

Я слегка опешила, каким кольцом? Он мельком взглянул на меня, сообразив, что я все еще не могу полностью прийти в себя. Слово прочитав мои мысли (когда бы я успела им воспользоваться – все произошло за доли секунды) он сказал:

– Вы правы, времени было в обрез.

– В обрез, вы серьезно? Да его вообще не было!

– Это только кажется, что не было. Хорошо, спорить не будем, ответил он, видя, что я уже собралась возмутиться.

– Вам придется многому научиться и учиться придется самой. Мы были бы рады помочь, но кольцо у каждого носителя работает по-разному, это зависит от личности носителя, его персональных способностей и качеств.

– Та-а-к, значит я тупая, – пронеслось в мыслях.

– Ну зачем так строго, – мысленно ответил мой визави. Я не сразу заметила, что мы перешли на невербальный способ общения.

– У каждого свой темп обучения, – все строго индивидуально, снова вслух произнес он.

– Но я ведь могла погибнуть сегодня? Это просто чудо, что вы оказались рядом.

– Я бы не назвал это чудом, скорее, точный расчет, в общем, это моя работа. А насчет опасности, вы правы, она всегда существует, тем более сейчас, когда вы стали носителем, но со временем вы научитесь ее распознавать и с легкостью избегать опасных ситуаций.

– Да, но прежде чем я научусь, и кто поручится, что я научусь, как мне быть? Вы же не будете все время рядом? Я уже сыта по горло этими приключениями, поймите, мне просто страшно!

– Если вас это утешит, я вас понимаю, сам проходил через это. И еще, шанс, который вам выпал случается один на миллион и далеко не каждому предоставляется. Вы еще многого не знаете и не понимаете чтó у вас в руках. Вы можете отказаться, снова ответил он, прочитав мою мысль. Такое тоже случается. Не потому, что человек не обладает нужными способностями, кольцо к таким не попадает, а потому, что не хочет учиться, развивать эти способности, хочет жить как раньше, своей обычной жизнью. Я не осуждаю, каждый имеет право делать свой выбор.

Было непривычно и немного досадно слышать эти прописные истины от человека много моложе тебя. Не обижайтесь, я просто хотел расставить все точки… Я опять упустила из виду что он читает мои мысли, усмехнулась и словно подначивая его подумала, – непривычно, знаете ли ощущать себя в роли ученицы. Он слегка улыбнулся в ответ, сказав вслух, – учиться никогда не поздно, извините за банальность. Он встал, давая понять, что разговор подошел к концу.

– Не волнуйтесь, на сегодня ваши испытания закончены, никто вас больше не потревожит, – ответил он на мой немой вопрос.

– И вам спокойного вечера, облегченно выдохнула я. На том и расстались. Я, наконец, пошла за покупками.

Осень продолжала преподносить сюрпризы. Она вообще была больше похожа на раннюю весну с ее заморозками, оттепелями, обильными снегопадами, веселой капелью с крыш, длиннющими сосульками. Ночью подмораживало, днем обильные сугробы таяли, превращаясь в жидкую снежную кашу, а затем в огромные лужи – дворники не успевали убирать такую массу снега. И небо было синим-синим, яркий солнечный свет поднимал настроение. Ах как здорово было бы, если бы это действительно была весна, за ней пришло бы лето и никакой тебе долгой нудной серой зимы, когда в конце ждешь тепла и нет уже никаких ни моральных, ни физических сил выносить эти последние зимние недели и дни! Но нет, с законами природы не поспоришь, да и к тому же у зимы есть свои немаловажные преимущества – новогодние праздники, каникулы у школьников и студентов.

А какими удивительными, сказочными картинами иной раз балует нас зима! Недаром жители южных стран завидуют нашим зимним красотам и лучший подарок на рождество для них – это снег. И все- таки, все хорошо в меру, касательно зимы с ее морозами и снегами.

Автор Не Ангел

канал на дзене Размышляя о жизни

На работе неделя выдалась очень загруженная, помимо основных занятий добавились еще консультации, пошли заочники, какие-то другие рутинные дела, которые хочешь-не хочешь сделать надо. Домой приползала уже без сил, так что мои умопомрачительные приключения постепенно отошли на второй план, хотя мысленно я возвращалась к ним снова и снова, не в силах забыть самый последний эпизод с исчезновением того человека. Возможно еще и потому, что где-то в глубине души меня мучила совесть. Что случилось с этим военным, который так настойчиво пытался заполучить кольцо? Единственным моим оправданием было то, что у меня не было намерения нанести ему вред, хотя его намерения были явными и недвусмысленными. По крайней мере, я не видела, что с ним произошло что-то плохое, будем надеяться, что все обошлось.

В субботу я все же решила выбраться к ювелиру. На остановке долго ждала подходящую маршрутку, хотя обычно с ними проблем нет. Начался дождь, порывами налетал холодный, пробирающий до костей ветер. Я начала замерзать, терпенье мое было на исходе. Я готова была вернуться, но тут подошла маршрутка. Доехав до места без приключений, я вошла в офисное здание, где обитал знакомый ювелир, поднялась на второй этаж и тут у меня потемнело в глазах, ноги едва не подкосились от страха при виде фигуры в камуфляжной форме. Присмотрелась – лицо не знакомое, не тот – всего лишь местный охранник. Слава богу, а вот нервишки пора бы подлечить!

Сергей Иванович показал свои новые работы (несколько колец и пару брошей), с тех пор как я была у него последний раз прошло несколько месяцев. Некоторые вещи заинтересовали меня, но не настолько, чтобы я захотела что-то купить. Да и не за этим я к нему пришла. После того что я пережила в парке я решила сделать дубликат кольца. Насколько глупым и небезопасным было мое намерение, я поняла очень скоро.

Я вынула кольцо из сумки и подала Сергею Ивановичу. Он внимательно осмотрел кольцо, по его реакции я поняла, что оно не особенно его впечатлило. Раздался телефонный звонок, ювелир положил кольцо на стол взял телефон и вышел ответить на звонок. Вернулся он со своей помощницей, которая не присутствовала с самого начала вышеописанного действа. Вероника сразу заметила новую вещицу и протянула руку к кольцу, можно взглянуть? Повинуясь интуиции, я почему-то сняла внешнюю часть кольца, оставив ее при себе, а «основу» передала Веронике. Она взяла кольцо, надела на палец и села на стул. Что-то странное стало происходить в комнате. Было такое впечатление, как будто воздух сгустился, стал плотным и зримым, какая-то рябь пронеслась по комнате. От неожиданности мы замерли на мгновенье все еще не понимая, что происходит. Это было только начало. Черты лица девушки стали искажаться, расплываться, как бы растекаться, ножки стула искривились, начали медленно оседать.

Первым опомнился ювелир, он бросился к Веронике, схватил за руку и стал быстро, насколько это было возможно снимать кольцо с ее пальца. К счастью, ему это удалось сделать, он почти бросил кольцо на стол, будто оно обжигало ему руки. В комнате мгновенно воцарилась прежняя обстановка и тишина… Мы с тревогой смотрели на Веронику, она в ответ – непонимающим взглядом.

– Что случилось, почему вы так смотрите?

Она ничего не помнила! Сергей Иванович молчал, опустив глаза. Я, естественно, ничего рассказывать не стала.

За окном смеркалось, я спохватилась, мне давно пора было домой. Я взяла основу, закрепила на ней внешнюю часть, придав кольцу его обычный вид и осторожно положила его во внутренний карман сумки. Желание делать дубликат отпало само собой.

По дороге домой я пыталась осмыслить события, произошедшие у ювелира. То, что кольцо, мягко говоря, необычное было ясно с самого начала, учитывая еще и то, как оно ко мне попало. Мучили вопросы - почему именно ко мне оно попало и что делать дальше. Стало ясно, что вещь эта может быть опасна, попади она не в те руки в прямом и переносном смысле. На душе было неспокойно.

Я шла по дороге довольно быстрым шагом, погруженная в свои мысли, не слишком обращая внимание на окружающую обстановку. Зажглись фонари, изредка попадались прохожие, казалось бы, ничего подозрительного, но что-то мне подсказывало, надо быть повнимательней (начеку). Уже несколько минут я слышала позади себя легкие шаги, человек, шедший за мной не пытался обогнать, но и не отставал. Я решила приостановиться, сделав вид, что ищу что-то в сумке, встала вполоборота к идущему, чтобы пропустить попутчика вперед. Терпеть не могу, когда за мной идут по пятам, да еще в такой ситуации. Со мной поравнялась стройная девичья фигура.

– Хорошо, что вы сами остановились. Не хотелось вас пугать.

Я почему-то не удивилась, словно ждала чего-то подобного. Присмотрелась – да это девушка из банка, которая сидела рядом со мной и так поспешно удалилась! Мы все еще стояли посреди дороги. И опять, почти одновременно, как тогда в банке, мы отступили с дороги в сторону и не сговариваясь подошли к ближайшей скамейке.

Я понимала, что она должна сказать мне что-то важное о кольце. В голове роилась целая уйма вопросов и хотелось задать их все сразу. Но в ту минуту я поняла, что сейчас мне надо только слушать, все что нужно она скажет сама. Я воспринимала это каким-то шестым чувством, словно между нами установился незримый контакт.

Наконец, она прервала молчание.

– Ваш поход к ювелиру мог иметь непоправимые последствия, я надеюсь, теперь вы это понимаете?

– Откуда вы … не закончила я вопрос, поняв, что продолжать бессмысленно. Отвечая на мой незаконченный вопрос, она сказала:

– Мы знаем все что вы делаете, каждый ваш шаг, с тех пор, как кольцо у вас.

– Надеюсь, без интимных подробностей, попыталась пошутить я, в ответ получив серьезный строгий взгляд серых глаз. У вас есть вопросы, задавайте, но ответить на все не смогу, предупредила она.

– Почему кольцо попало именно ко мне?

– Не знаю, оно само «выбирает».

– Как это, само выбирает?

– Я же сказала, на все вопросы ответить не смогу.

– Хорошо, заторопилась я, словно почувствовав, что встреча наша будет непродолжительной. Откуда оно, начала я, тут же поняв по ее взгляду тщетность вопроса.

– Для меня кольцо не опасно?

– Нет, если будете действовать в пределах разумного.

– В пределах разумного, задумчиво повторила я. С ювелиром и его помощницей все в порядке, надеюсь?

– Да.

Моя собеседница поднялась. Мне пора, мы с вами свяжемся, если будет необходимость.

Казалось, будто все происходило во сне: этот оранжевый свет фонарей на фоне темного вечернего неба, редкие прохожие, шорох шин по мокрому асфальту – идеальные декорации ирреальности происходящего. И тут до меня дошло, как будто я очнулась от гипнотического сна, вот балда! Я же не задала самый главный вопрос, мучивший меня – что дальше я должна делать с этим «подарком судьбы»? Словно в ответ на мои мысли, издевательски застрекотала сорока. Я вздрогнула от неожиданности, смешно ей, видите ли. Что ж, утро вечера мудреней, единственное, что пришло мне в голову в качестве утешения.

Автор Не Ангел

канал на дзене Размышляя о жизни