Дочке 5 лет. Перед сном, как всегда, начинаю рассказывать одну из её любимых - Красная шапочка.
- Пап, а давай у нас сегодня вместо волка в сказке будет зайчик!
- Как зайчик? Он же такой маленький, безобидный. Как же он бабушку с Красной шапочкой сможет скушать?
Дочь задумывается на несколько секунд.
- Как как? По кусочкам!
Лет 15 назад решил сменить профессию и подался прямо из поваров в отделочники. Навыков и понимания ноль. Мужичок, кому меня доверили, критически посмотрел в мою сторону - длинный хаер, косуха, пирсинг, а общее впечатление примерно такое - Ты что, идиот? - Нет сэр, я мечтатель (с) Клиника.
И как диагноз выдал следующее - кнут и пряник не помогут: пряники сожрёт все , а кнут не пробьёт столь по#уистическую душевную организацию. Поэтому решил подойти к проблеме по буддиски - сам нахероветишь, сам и разгребать всё будешь. Правда ждать, когда это случится он не стал из соображения безопасности, и взял инициативу в свои руки.
Ремонтировали мы тогда большой учебный кабинет. Высокие, метра четыре с половиной, потолки. Квадратов двести по стенам.
- Шпаклевать же ты не умеешь? Сейчас научу! - уверено сказал Фёдорыч и отправил меня в пешее путешествие на два дня. Я был рад неожиданным выходным, что никакого подвоха не заподозрил, хотя и удивился его дистанционной системе обучения.
Вернулся я довольный и радостный. Фёдорыч отдал мне ключи от помещения и сказал с улыбкой, что надо бы немного пошкурить шпаклёвку, а то не ровно получилось. После этого он со смехом умчал в закат на неделю.
Как же я его тогда материл. Все стены были сделаны так будто их шпаклевал слепой и пьяный мастер. Шпаклёвка была латексная, одна из самых дешёвых, а это значило, что затиралась она как заледенелое дерьмо мамонта. Неделя для меня превратилась в день сурка. Стоявшая жара придавала особый шарм работе - пот смешивался с летевшей пылью и в конце дня эта дрянь въедалась мне в кожу. В один из дней отключили воду и я был вынужден идти в таком виде домой. Уши у моего учителя должны были не то что пылать - они должны были жариться на огне в аду с соусом Чили каждый день сатане на завтрак.
- Ну что, понял как шпаклевать Не Надо? - спросил Фёдорыч, вернувшись с отдыха. - думаю как надо ты и сам уже понял.
Я буркнул что то не особо доброе. Но, как ни странно, это подействовало. Вскоре я стал в компании лучшим маляром ибо всегда старался сделать все хорошо с первого раза, что в последствии сэкономило мне не мало времени и нервов.
Вспомнилось после серии рассказов тут про молодость в деревне.
Нулевые, мне 17, начало лета, позади выпускной, впереди ещё два месяца безделья, а что дальше, я в то время не видел смысла загадывать. Собравшись с духом, принял предложение друга приехать к нему в деревню погостить. Длинные волосы, гитара, косуха.. Я знал все дворовые и популярные напевы, а так же фольклёр ( ещё быт и нравы) братства с гордым названием ВДВ. Его я выучил менее чем за пол часа, когда по глупости пошёл с гитарой в парк второго августа...
Шансы быть трезвым в компаниях у меня всегда была близки к нулю. Любые попойки, проводы, дни рождения не обходились без меня. Уже в те годы у меня был иммунитет на всю сивуху, чем поили нас в то время местные бабушки за десять рублей за пол литру.
Но, признаться, даже я был шокирован, рассказами о местных обычиях. Если у нас, у городских, был баланс в распределении денег на выпивку и закуску, то в деревне такая трата общака на беспонтовую закусь приравнивалась к диверсии. Предложивший такое ( и не дай боже сделавший подобную глупость) навсегда клеймился позором и часто становился изгоем. Всё добро до копейки вкладывалось в местный напиток - Настойка Бабы Шуры. Настройкой был ядовитый самогон с 55 (по словам производителя) градусами душевной широты. Закуской же была вода из родника, сигареты Прима ( чтоб пробрало позабористей, ну и конечно из за цены) и если повезёт украденные с грядки огурцы.
Гитаристов у них не было и приехав туда, я сходу приобрёл невиданные привилегии. И ничего, что они были сравнимы с тюремным отношением к авторитету заехавшему случайно в родной район, где он вырос-мне дали право выбирать кого сегодня будем бить, предложили несколько вариантов местных девушек с подробным описанием умений каждой и рекомендациями к действию. Сразу были предложены несколько вариантов проведения досуга, в каждом из которых в обязательном порядке присутствовал пункт "распить габурлыгу и комунить по щам наварить". Я выбрал наименее, как мне казалось, спокойный - пойти в лес на костёр, а там поглядим куда дальше, в тайне надеясь что этим все и закончится...
Первый стакан я пил под строгим взглядом своих новых товарищей. Чем меньше оставалось в импровизрованной ёмкости, сделанной на месте из пустой бутылки, тем больше уважения я видел в их глазах. Мои же глаза не выражали ни-че-го. Мозг поплыл воском и мне показалось, что я ослеп. Жар из желудка, словно туда черти закинули раскалённых углей, передался по всему телу короткой вспышкой и я вновь начал различать силуэты людей.
Благо, отказ всех органов чувств и мой ступор, были восприняты как стойкость. Из толпы вышел самый старший и смачно затягувшись, протянул окурок - на вот затянись земель, ещё лучше будет! Желание перебить запах самогона было сильнее желания жить и я затянулся. Если вы когда-то, по глупости ловили двоечку в боксе, то вы меня поймёте. Сначала под дых потом в голову. Накаут!
Очнулся я уже утром. Одновременно с другом. Изучив интерьер, с облегчением узнали свой родной чердачный этаж. А потом мы посмотрели друг на друга. Я никогда не приходил в себя быстрее чем тогда. Мы все были в крови, одежда, руки, порезы, ссадины, у друга перевязанная рука, некогда белой, а теперь багровой тряпкой... Похмелье ушло едва начавшись и началась паника. А когда рядом мы увидели кухонный нож, словно его подкинули со скотобойни нас затрясло. Начали вспоминать, что было потом в лесу, но память сгорела, а пепел развеяли по полям преспешники зелёного змия. Мы были уверены, что натворили что-то непоправимое. На полусогнутых спустились по крутой лестнице вниз, на кухню. Она напоминала кадры из фильмов ужаса. Сорванная занавеска, покрытые кровавыми отпечатками ладони стены, стол, холодильк.. А в углу, за столом лежала наша жертва... Ледяное, почти забытое спокойствие коснулось нас. Короткий флешбек и память немного начала возвращаться.
Жертвой была банка шпрот, которую два пьяных тела решили с голодухи открыть кухонным ножом. Преступление было явно совершенно с особой жестокостью. Иначе как объяснить множество колотых ран и просто разорванную, буд-то руками, крышку, теперь уже бездушной железяки...
Спустя пол часа мы на веселе наводили порядок, мыли, заваривали чай, вспоминали со смехом утро. Бабушка друга только проснулась и благо не видела этого всего бардака.
- Антош, вы что же вчеры пьяненькие поди пришли с улицы? - раздалось из за двери.
- Нет, бабуль, с чего ты взяла?
- Так вы вчера несколько раз с лестницы обратно вниз падали и так матерились, так матерились...
В то утро я впервые бросил пить. Ненадолго правда, дня на три. Ровно настолько сколько провел в той деревне времени. От запаха самогона до сих пор вспышки жутких воспоминаний, пустота в душе и дрожь в теле.
Больше я по деревням никогда не ездил, даже к девушке в гости к родне, особенно после её рассказов о чудной, полной местного колорита, с огоньком и русским размахом, так называемой Сельской дискотеке.)