Господам огородным заседателям посвящается
Лето на исходе. Теплые деньки уже сочтены. Каждый вечер в открытое окно со второго этажа, выходящее в огород, я вижу и слышу одну и ту же картину вот уже месяца три. Это "Господа огородные заседатели". Так называет их мой сын.
Это наши соседи, проделавшие лазы в своих заборах, собираются на тусовку-сейшн. В маленькой самодельной беседке, выкрашенной в ярко-желтый психоделический цвет, со столом, столешница которого прикручена к остову машинки "Зингер", под лампочкой на длинном шнуре, вокруг которой роится мошкара, слышен гам и смех шестидесятилетних и старше детей. Послевоенные ростки, пережившие Сталина и Ельцина, они дружат всей шайкой с молодости. Вместе ходили на танцы, воровали яблоки и арбузы на бахче.
Мама каждый вечер собирает печенье и бежит туда, крича на весь огород:
— Валя!!! Ты там? Стулья нести?
(Валя, в парике после химиотерапии, кричит в ответ:
— И я тут, и Миша!
Миша — сосед-узбек, веселый, с неописуемым акцентом, приезжающий лишь на лето помогать своей бывшей жене Любе на огороде, — бежит помогать маме нести стулья, и постоянно я слышу:
— Луба!!! Ета эжевика миня заибала, слюшай!!! Я её парешу!! Я уж увся оцаряпан!!!)
Мише наливают стопку самогону, женщины пьют чай с мятой, сорванной прямо под ногами, Михаил грызет огурцы и перцы, не вставая с места, прямо с грядки.
Числа, по которым они получают пенсии, знакомы моему сыну лучше клавиатуры на ноуте... Они всегда покупают ему в день пенсии сладости. И он, заходя в дом, орет:
— Мама, Инна купила мне Киндер.
(Они ему все — Люба, Инна, Валя.)
В разгар вечера часто слышен тон недовольного Миши... Он, подвыпивши, начинает вспоминать женушке грехи молодости, и бабы, объединившись и ополчившись, как могут, заступаются за неё!!!
— Миша, — кричат они, — ты дурак!! Ты все придумываешь!! Ничего у Любки с Колькой не было!!
И Кольку этого я знаю лично. Он не вхож в огород! Ревность кипит в Мише до сих пор.
Я думаю: круто иметь таких подруг!! И в старости не сдадут по маразму и склерозу.
Потом вытаскивается старый убитый магнитофон с кассетами, и они, не зная половины слов, поют то Губина, то Апину, а то и Примадонну... И иногда стучат крышками от кастрюль, как литаврами.
И моя мама успевает не только петь, но и курить одну за одной, как грузчик в порту! От сигарет она не отказалась даже во время облучения и химии, чем ввергла в шок докторов.
И все начинают фырчать:
— Таня!! Ты нас закурила совсем!
Но Таня к этому привыкла и не бросает. Через минуту уже слышно:
— Да ладно, нас уже ничем не отравишь, кури на здоровье.
Каждый вечер я хочу взять фотоаппарат и заснять этот праздник, сильно опасаясь, что к следующему лету могут собраться уже не все. И каждый вечер боюсь, что выйду туда и испорчу им расколбас, расплакавшись.
Как много нам надо для счастья? У каждого свои мерки и горизонты. А можно сделать себя счастливым очень просто. Просто подумать, как классно, что мои родители есть на земле.
Написала 15 августа 2011 года.
В 2026-м из компании 12 человек осталось двое, мамы нет уже 5 лет, папы — 3 года.
Цените моменты.
