Естественно, за это время выспаться я не успел. Одно радовало - сегодня поход заканчивается и надо дотерпеть до финала сего действа.

Последний день на маршруте, как правило, прозаичен - в большинстве случаев вы просто выходите по речной долине до какой-то населенки. Так было и в этом походе - просто пройти километров 11 до поворота дороги, который ведет на Памирский тракт.

Вчера после перевала мы сбросили метров 800 (и это - за пару часов, даже не верится, что мы достигли таких темпов к концу третьей недели в горах). Сегодня предстояло сбросить еще под километр.

И если вы думаете, что самая большая сложность - это топать под рюкзаком, то нет. Самая большая сложность - это попытаться не сожрать все, что не приколочено, как только начинают “подавать кислород” на спуске.

У меня запасливо осталось 2,5 мешочка с карманным питанием. Одну конфету “Степ” я задолжал Тане по итогам бартера, остальное - ел с удовольствием, что-то подъедал и у медика.

Позавчера, как только поднялось над ледником солнце, я успел зарядить солнечку и сейчас активно заряжал телефон от “банки”. В дороге хотелось наверстать упущенное - послушать подкасты или музыку. Из-за достаточно сложного (прежде всего физически) второго кольца, про телефон я не вспоминал последние несколько дней. Однако на тракте нам особо делать было нечего - смотреть в окно, да слушать что-то помимо бадахшанского фолк-транса.

За каждую ходку мы приближались на километр к цивилизации. Казалось, будто вот-вот - и уже долгожданная дорога. Но нет, рано.

-Возможно мы вообще третья группа, кто шел по этой долине за последние лет 40, - сказала Катя, отсылая к отчетам, которые удалось найти.

Да, глухой угол. Хотя вчера обсуждали, что долина становится более обживаемой. Я предположил, что пока тают ледники, то какие-то луга под ними будут ввиду наличия воды. А как только сойдут - то и растительность может зачахнуть.

Маршрут подложил свинью в самом финале. Для начала плавный спуск по долине сменился резким подъемом на зеленое плечо, река уходила в глубокий каньон. Но это не так страшно - залезть на холм в последний раз.

-Сейчас очень внимательно следите за тропой. Примерно через полходки отсюда группа Крачкова потеряла ее и встряла в курумниках надолго.

До конца маршрута оставалось 2 км.

Я подумал: 2 км - даже если это все курумники, то не так страшно. Неприятно конечно…

-2 км курумников? М-м-м, я снова на Алтае, мне снова 25…

Есть вещи, которые сложно забыть. Например спуск с перевала Карачик на Алтае, после которого пришлось топать 3 км по сырому курумнику и выходить на Аккемскую тропу. Тоже, кстати, был последним перевалом в походе. Везет (точнее не очень) на последние перевалы в принципе.

Мне показалось, что никакой тропы мы и не видели. Впрочем, Катя с Мишей так уверенно шли вперед, что я лишь вприпрыжку скакал за ними по камням. Где-то за нами шла остальная часть группы.

Ближайшие пару сотен метров были перекрыты черными камнями. Вот чего не хотелось - так это напрягаться под конец. Но раз хорохорился, что курумники тебя устраивают, то чего уж расстраиваться?

Впрочем, издали казалось, будто всю эту хренотень можно подрезать ниже, по конгломератному склону, над рекой. Но конгломерат - тот еще мерзавец. И он это доказал напоследок.

Катя решила сбросить после курумника высоту по конгломерату. Местами он был присыпан мелкой осыпью, живость которой была под вопросом. Шаг, еще шаг, еще…

…И внезапно Катя съезжает по склону! Метров 10 подруга пропахала собою, да так, что я даже не понимал, жива ли она - все застилала пыль. Другим зрителем этого печального действа был Миша.

Мы выяснили, что Катя жива и относительно цела, но приняли к исполнению: обходить курумник надо сильно-сильно выше, не спускаясь в сторону поймы. Пришлось набирать еще…

Через минут 15 воссоединились все перед второй порцией курумника. Катя сама себе оказала первую помощь, взяв что-то из аптечки.

-Но теперь вот точно придется стираться!

Руковод отряхнула пыль от открытых частей тела, но вся одежда приобрела серо-желтый оттенок. Памир будто не хотел отпускать никого из нас.

Меня в этот момент сильно мучила жажда. Свою воду я дососал еще пару часов назад, а конец маршрута уже был так близок… Точнее и правда близок - мы видели и поворот дороги, и заброшенный дом, и площадку, где парковались “крузаки”.

Прозвучали последние “3 минуты!” в моем исполнении. С высокой долей вероятности - последние не только в походе, но и на ближайшие несколько сезонов.

…Наконец твердый грунт под ногами, а не ледники или осыпи! Я оперативно переодеваю штаны - ходовые совсем уже разваливаются, их нужно зашивать/перешивать, но явно не моими кривыми руками (отвезу их в Киров по итогу). Приходим к ручью, встречаемся с нашими водителями.

Пока подтягиваются остальные, я напиваюсь вдоволь.

Катя говорит, что обедаем здесь, а затем выезжаем. Что ж, самое время распотрошить все закрома! И в последний раз уже проглотить этот поднадоевший суп (впрочем, Стас прекрасно понимает все тонкости подготовки раскладки и не воспримет сию критику близко к сердцу).

Еда - доедена, рюкзаки - закинуты сверху, люди - засунуты внутрь авто. Из-за того, что Дима сошел с маршрута раньше, то предполагалось, что в нашей машине будет чуть свободнее. Стас сидел спереди, мы с Полиной - на втором ряду, а Веронику с Таней как наиболее компактных - засунули на место багажника.

Сразу после старта меня снова вырубило минут на 20. Такое ощущение, будто у меня ритуал по синхронизации с этой машиной! Потом, правда немного тоже клонило в сон, но я занимался сканвордами и прослушиванием подкастов.

За окном проплывал высокогорный Таджикистан…

Пейзажи были какими-то неземными. Вот серьезно - я так думал, когда гулял по окрестностям Норильска и снова себя ловлю на этой мысли. Ощущение было таковым, словно тебя в качестве колониста забросили на Марс. Только цвет был преимущественно желто-серый. И ты едешь по этой выровненной грунтовке и на тебя медленно надвигаются невысокие пологие горы. Но пусть это не смущает - сама дорога идет на высоте 4 км, а эти горы еще на километр повыше.

Фоткаю, впечатляюсь, запоминаю. Мне все это надо будет донести до широкой аудитории!

Рядом с озером Сасыккуль особенно красиво. Словно это озеро какими-то текстурами “прирезали” к местности.

Еще впечатлило, что ты можешь ехать десятки, если не сотни километров, где нет никого, кроме редких джипов или велосипедистов и тут - бах! Откуда-то выплывает одинокий домик, где горит свет. Чем они там занимаются? Я даже теряюсь в догадках, хотя раньше бы подумал, что это пастухи. Но я видел практически полностью отсутствующую растительность….

Впрочем, надо сказать, что как только появляется хоть капля воды - все вокруг начинает зеленеть. Первоначально я заметил это на арыках в районе Юбена - какой разительный контраст (можно перечитать первые три дня). Здесь же не было арыков, только ручьи - и рядом с ними зелень была ядовито-зеленой, почти как луга в Приазовье, которые мы проезжали в мае этого года.

Когда выскочили в местечке Алычор, чтобы поужинать, я даже опешил - совсем забыл, что после захода солнца будет дубак. Пришлось спешно подлезать под накидку на крыше, доставать пуховик, благо мой рюкзак был рядом с краем борта.

Ближе к 22:30 приехали в Мургаб - одно из самых высокогорных крупных поселений на планете (в десятку точно входит, высота от 3600 и более). В темноте серости и убогости однообразных построек и сурового быта местных не было заметно, поэтому просто фиксирую: я очень устал и хочу спать.

В темноте мы разгружали автомобили - надо было пересобрать общественное снаряжение на Ленина. В результате короткой дискуссии, оценке собственных сил, желаний и прочего, мы с Таней и Катей Е. решили отказаться от попыток восхождения на пик Ленина и отправляемся с Ваней, Катей З., Стасом и Мишей в Ош, к Ладе. Штурмовать Ильича попробуют Катя Б., Федя, Вероника и Полина.

В ночи ловим вайфай, пытаемся пересдать с Таней билеты с 3-го числа на 27-е июля. У меня это получается сделать в 1:40, у Тани - уже утром. Поскольку подъем был назначен на 5 утра, то еще одна попытка выспаться была провалена. Но ничего, на равнине отоспимся.

<==День 19. Веревка в небеса. Заключение. Чао, ГБАО==>

Надо признать, что спали мы в тепле. По крыше барабанил снегодождь, идти никуда не хотелось. Катя Е. и Стас приготовили завтрак.

Руковод спросила про то, что с погодой за бортом. Даже я, не понимающий женских намеков, читал между строк “давайте мы не пойдем на перевал, а пойдем вниз”. Но Катя Б. была непреклонна.

С утра было противным все - погода, холодный шатер, отсутствие адекватного места для нужды. Мы свернули наш домик, и я понял, что теперь сырым у меня будет абсолютно все в основном отделе рюкзака. Что ж, гермомешков на все на напасешься. Как-то с сырыми вещами в походах я уж могу примириться, тем более - до конца маршрута осталось полтора дня. Но пережить бы сегодняшний день.

Да еще и день начинается со связок. В тумане. С легким снегодождем.

“Я сегодня последний день в горном туризме. Последний день. Просто последний день”.

Мы сформировали те же связки, что и вчера. В тумане куда-то поползли вверх.

Я не мог понять Катю Б., которая убеждала, что “погода радикально роли сейчас не играет, у нас есть описания и точки”. Я не так силен в части оценки рисков передвижения группы по малознакомому леднику в условиях плохой видимости, но затея потенциально небезопасная. Мы, конечно, знаем как работать в условиях, если кто-то валится в трещину и не может сам задержаться никак, но не хотелось бы применять это все на практике.

Таня, которая снова лидировала, увязла в глубоком снегу на выходе на плато. Впрочем, я это смог увидеть еще с бивака, потому что как только их связка растянулась, то я видел лишь последнего человека. Точно такая же ситуация повторилась и при растяжении нашей связки - силуэт Феди в тумане я разглядеть мог, а вот Миша для меня был в “молоке”.

Местами было стремновато. После очередного ледового пера наша связка стала лидировать. Миша, будучи весьма опытным туристом, бодро прощупывал любые стремные места, нырял в забитые снежные пробки, пару раз хорошо увяз. Но дело продвигалось.

За первые полтора часа мы продвинулись метров на 100 вверх. Перевал казался таким далеким - точнее, так ощущался. Не видать ни зги.

“Последний день. Просто последний день. Завтра уже не считается - там всего лишь спуститься до машины”.

На первом привале я даже рюкзак не стал снимать - с ним было ощущение тепла. Ночью он отодвинулся от стенки шатра и снегодождем залило “за шиворот” - как раз в неприкрытую накидкой часть. Между мембраной и рюкзаком образовался слой неотбиваемой “глазури”.

Потихоньку побрели дальше. Сначала Катя с Ваней в связке двойке прошли чуть дальше, но Ваня завяз в трещинах, притом серьезно - как минимум, проваливался по пояс. Его кульбиты были видны даже сквозь туман. Наша связка ушла немного правее. Периодически Федя подсказывал, куда идти и как идет трек. Но трек - лишь соединение точек из отчета Крачкова, поэтому толку немного.

Поскольку я шел последним, то задача у меня была маленькая - переставлять ноги и тащить тяжелый обледенелый шатер для всех нас. Сегодня я завидовал тем, кто несет веревки - их понесут не так далеко, учитывая характер препятствий за сегодня.

Непонятно, зачем мы идем на этот перевал в таких условиях. Ну ладно, я уже принял к сведению, что это небезопасно. Сначала для нас “погода не так важна”, а потом “трек - это просто соединение точек, конкретного трека нет”. В связках мы уже погуляли в этом походе (да и в тройке их хватало). Лезем вешать веревки? Так мы этим и в Полушкино неплохо занимаемся, у нас секта целая, хлебом не корми - дай веревку повесить. Набирается ли “четверка” по препятствиям? Катя Б. сказала, что набирается и без Акбы. Просто идем потому что хочется 2Б. Кому? Видимо, далеко не всем, но за всех я судить не могу. Мне - точно не хотелось, я бы лучше колени разминал сильно ниже.

С левым коленом сегодня все было также, как и вчера. Я подвинул немного наколенник, которые мне Таня выдала, но удобства это не добавило.

Вдруг склон стал резко закручиваться - почти идеальная стена, как на седле Скобелева на Заалае. Ну неужели взлет?!

Пока я раздумывал, связка Тани прошла вперед нас и тропила наверх. Катя сказала, что можно поменяться, они пройдут двойкой с Ваней, а затем пройдет наша мужская тройка.

Двойка уходила далеко налево, почти ортогонально, траверсируя склон. Когда мы вырулили на него нашей связкой, я пошел уже несколько неуверенно: ну хорошо, шаг, еще шаг. Я ступал на какую-то снежную проплешину, под которой ледовый скат был градусов 20 и метров 30-40 вниз. Улететь - проще простого. Как тут шла двойка до нас??

-Влад, закрути бур! - я услышал от Феди.

Ого. Видимо тяжесть железных яиц все-таки может быть потенциально небезопасной и мы решили чуть снизить риски. Я с удовольствием закрутил бур и несколько перестраховался. Впрочем, если бы я улетел оттуда, то Феде пришлось бы сложно - разница в весе у нас с ним килограммов 10-12, а при падении я весьма неуклюж.

Когда мы обошли этот ледовый пупырь, на котором пришлось крутить буры, то снова привалили. Ваня в это время методично чистил зубы. Миша удивлялся, как первая связка прошла без буров в принципе.

Ощущение, будто поддали пару - туман хоть и не рассеялся, но вот осадки прекратились. Сквозь молоко кто-то накручивал температуры и это уже отчетливо ощущалось.

По треку оставалось совсем немного. Наша связка вновь стала лидировать и уже через одну ходку очертания седловины стали вполне четкими. Миша завел нас на скально-осыпную площадку слева, где и стоял тур.

Отличное место для обеда. Так и поступили, когда подтянулись все остальные.

На обеде настроение было приподнятым - самый высокий перевал достигнут, непогода вроде миновала. Более того - раздувало молоко с исходной стороны перевала и мы могли любоваться долиной, откуда карабкались полтора дня. Полина достала свой сюрприз - почти полукилограммовый торт “Брауни”. Вот так вот и разгружай девчонок, идущих в хвосте - а у них сюрприз весом с половину твоего спальника…

Я подумал, что мы можем по снегу дотопать до той части, откуда начнем вешать веревки. Однако нет - с места обеда мы тоже пошли в связках. И, пожалуй, не зря.

Прямо на седловине, пока Миша с Катей осматривали потенциальное место для закрепа первой веревки, я свалился одной ногой в трещину. Притом весьма неприятно - достать ногу в кошке не представлялось возможным, если просто пытаться выдернуть ногу из пустоты. Поэтому я пошел методом от противного - разломал дыру посильнее, чтобы выдернуть ногу. Так получилось.

Впрочем, в этом походе у меня нырять в трещину уже получалось - как минимум, на спуске с Марко Поло. Даже дважды. Так что “в трещине не бывал - Памира не видел” у меня повторилось уже в третий раз подряд. И третий раз в походе, и третий раз в жизни - ибо предыдущие походы в этой горной системе изобиловали такими же моментами.

Пока ребята крепили первую веревку, я успел порядком остыть - все же на седловине 5623 знатно дуло. Молоко переваливалось (точнее переливалось) через гребень и уходило вниз, в нашу целевую долину - р. Акба. Поэтому я старался не задерживаться на станции и валить вниз. Не так холодно и шумно.

Обогнув ледовый скол, мы зависли на склоне, над вытаявшим каменным поясом. Катя Б. с Ваней уже организовывали вторую веревку и всем показывали, что камни - живые. Их нельзя трогать и обходить весь поясок надо в стороне.

Третьей усвистала вниз Вероника. Она тащила третью веревку.

Хоть мы и старались не трогать камни, но им было не принципиально - они валились и без нашей помощи. Подавляющее большинство уходило левее, поэтому нас они беспокоили по касательной. Но некоторые грохотали и в опасной близости. Впрочем, видно, что ледник уходил по всему амфитеатру цирка - подобный грохот был с обоих боковых склонов. Это не радовало.

“Последний день. Просто помни - это последний день”.

Я даже забывал, что сегодня почти не пил. Только на обеде был чай.

В конце третьей веревки нас ждал хороший глубокий снег. Здесь можно организовать самостраховку на ледорубе, но двигаться все равно надо было в связках. Началось ожидание веревки, которая придет сверху. Для этого надо было, чтобы все прошли хотя бы первую.

Опять были какие-то проблемы со сдергом. Пока ждали первую веревку, я себе утоптал уже не только площадку, но и целое парковочное место.

Катя З. притащила секте страждущих веревку и мы начали формировать связки. Я немного остыл, уже хотел идти. Связался с Катей Б., Вероникой и Таней, но пошел в конце - для собственной безопасности.

Руковод рванула вперед так, что я даже не поспевал (это притом что мой шаг поболее). Зато отлично согрелся! Эта скорость была продиктована как раз камнеопасным участком - как со стороны перевала, так и с бокового склона. Поэтому метров 300 мы сбросили за 20 минут.

-Погодите, у меня кошка слетела!

Кошка слетела впервые за поход.

Через 20 минут мы уже развязали и снимали железо, оставляя лишь кошки. В это время подтянулись все остальные связки.

Около часа мы еще шли по открытой части ледника. На небе то сгущались тучи, то наоборот, добивали какие-то остатки солнца.

Мы вылезли на боковую морену. Вообще тут тоже были неплохие площадки для бивака, но Катя предпочла несколько сбросить. В конце концов, в долине Акбы точно можно было встать. Но время уже было 18:30 и надо было приваливать хоть где-то, учитывая тот объем, который мы сегодня провернули.

По итогу мы встали минут через 20 на больших разливах, несколько выше главной долины. Я поспешил достать вообще все, что имело бы смысл сушить. Понимая отсутствие солнца, я уповал на ветер - по крайней мере, спать мы легли бы часа через полтора-два (о, святая наивность) и могло бы что-нибудь на подсохнуть. Конечно, прежде всего меня интересовал шатер и спальник.

Сколько же у меня барахла. Вот спущусь - все распродам. Бур. Кошки. Вторые кошки, которые валяются бесхозными. Железо? Раздам новичкам, наверняка пригодится. Карабины и восьмерка уже тертые. Обвязку? Новую можно продать, старую - отдать в трехзалку. Рюкзак? Жалко конечно, я с ним переезжал уже три раза. Надо продать и купить поменьше, литров на 40. Буду ходить в трекинг. Аннапурна, Камчатка, Непал, Мадейра. Хватит уже имитации удовольствия.

Так, эта бахила точно выкидывается в Оше. Бродовые кроссовки - тоже. Они и не планировали возвращаться в Москву.

За всеми этими мыслями я кидал камни для растяжения дна шатра, а ребята - ровняли площадку. Дежурные готовили ужин. Близился последний вечер. Самое время проводить “свечку”, ибо потом все ночевки уже будут в цивилизации.

“Свечка”  затянулась. Мы разошлись ближе к половине одиннадцатого, а при учете, что вставали мы всегда примерно в 4:30 (дежурные на полчаса раньше), то спать оставалось нам совсем немного. Но в тот вечер порадовало, что пока мы делились впечатлениями о походе, то шатер хорошо просох, хоть и не до конца.

<==День 18. В этом цирке лишь два пути День 20. Отлет на Землю==>

Сохранялась неопределенность - в итоге мы идем на Акбу все, идем на Акбу не все или не идем на Акбу вовсе. Меня устраивал вариант вообще не идти - что-то я сильно притомился за этот поход. Точнее, я устал еще от похода до заезда в горы, до прилета в Таджикистан. Короче говоря, я обрисовал, что в походе я оказался лишь потому что всех звал сюда, на Памир.

С утра моросил дождик, было туманно. Желания идти куда-то вверх на тот момент у меня точно не было. Еще и подводила поясница с коленями - я хоть и мазался Диклофенаком на ночь, хоть и делал гиперэкстензии со становой на равнине, но все равно - суставы к концу третьей недели упорно переставали меня слушаться. Возможно, дело не только в нагрузках, но и в высоте - ничего не успевало восстанавливаться.

Я посмотрел на свои запекшиеся костяшки на левой руке. Корки были темно бордовыми, но отходить еще не думали.

С одной палкой по ровному идти было сложнее, чем с двумя, а спускаться было совсем неприятно. С полянок нам нужно было спуститься сначала на осыпь, а затем на ледник в долине, и, во время спуска я так хорошо приложился - чувствовалось, что не хватает еще одной точки опоры.

Не знаю, была ли это попытка саботажа со стороны “хвоста”, но с утра Катя Б. и Миша вдвоем уединились в голове, что сразу стало понятно, кто больше всех хочет на перевал. Мы с Ваней спешили за ними, но явно отставали. Все остальные, будучи в тумане, просто не увидели, куда спустились 4 предыдущих человека и ушли на другой край зеленых площадок. сбившись на пару сотен метров. По итогу мы подождали всех на леднике.

Кате Е. вроде получше.

На леднике мы достигли низшей точки сегодняшнего маршрута. Отсюда надо было выходить в долину, но у руковода были амбиции и желание все же залезть на Акбу и дойти маршрут до конца. В конце концов, если не будет погоды, мы всегда могли бы спуститься в эту долину снова и уйти.

Почему-то на леднике группа снова неприлично растягивалась. Учитывая бугристость ледника, периодически из поля зрения исчезал последующий/предыдущий участник, поэтому приходилось останавливаться и высматривать, видят ли тебя. Я шел третьим, но как-то очень уныло - видимо, психологическое истощение давало о себе знать.

Самое время поразгонять на счет психосоматики - уж не от этого ли суставы стали болеть сильнее?

Когда переходили с ледника на осыпь, произошел очень комичный случай, который не могу не отметить в летописи. Мы шли по леднику без кошек - он был пологим, но шлось не очень удобно, несмотря на грязь и мелкие камушки сверху (чехла как такового уже не было на этой части), особо не разгонишься. Предстояло перешагнуть ну максимум полуметровый ручей в леднике. На траве или камнях это не представляло бы сложности, а вот в условиях ледника, когда стратуешь и финишируешь с потенциально скользкой поверхности - неудобно.

Хотя у длинноногих это, конечно, нивелируется длиной ног. Периодически на броду я даже делал пометку - здесь можно преодолевать лишь прыгучим и длинноногим, для остальных надо искать брод в другом месте. Но с ледниковым ручьем особо выбора не было.

Мы со Стасом подождали девчонок, которые шли последними. Катя З. ручей перешагнула, в случае чего - мы с завхозом девчонок бы поймали. Когда подошла Катя Е., матерясь и чертыхаясь от умопомрачительного препятствия в виде ручья, то разыгралась смешная сцена:

-Вот видишь эти два камушка? Вот на них вставай и с них перешагивай, мы ловим.
-Да вы чего прикалываетесь?

Камушки реально были размером крупнее 5-рублевой монеты каждый.

-Они нормально держат.
-Стас, ща, ща.

Катя подняла камень побольше, может с пару ладоней размером, плоский, и швырнула в ручей, потенциально в место, где можно было бы поставить ногу.

Бурный поток подхватил и уволок камень, словно чемодан на багажной ленте в аэропорту.

-Так спокойней? - зафиналил Стас.

Меня складывало пополам от смеха. Это дрянное утро сразу сделалось сильно смешнее.

Я потом еще пару ходок рассказывал эту историю, пытаясь избежать истерики. Получалось не очень удачно. Надо было просто стать свидетелем этой сцены и актерской игры.

Таня жаловалась, что в карманное питание набрала “пивного” набора - соломку из рыбы, вяленое мясо, сушеного кальмара и сыр-косичку. Какая-то альтернатива у нее была, но она хотела орешков, шоколада и прочих сладостей (надо сделать уточнение, что на равнине Таня к сладкому равнодушна). В общем, через одну ходку они проворачивали сделку с Катей Е. по обмену сыра-косички на искомые Таней сладости.

Тем временем мы уползали все выше. К 11 часам утра выползли на ледник. Я занял камень, чтобы надеть кошки и попробовать выправить палку (и потенциально передать камень Тане, чтобы он сидеть на леднике и не обуваться), и, пока подождал остальных, то уже замерз. “Хвост” подтянулся вообще минут через 25 после моего “присаживания”, а Таня переобулась раньше и ей мой камень вообще оказался не востребован.

Я закинул рюкзак и побежал вверх. Несмотря на высоту в 4800, очень хотелось согреться.

Пообедали мы чуть поодаль от границы открытой и закрытой частей ледника. Катя говорила, что мы уже вот-вот свяжемся, махая в сторону крутой части ледника, где трещины были забиты серым снегом. Я же надеялся, что связки будут максимально отсрочены.

В принципе, Миша смог показать Кате Б., что связываться раньше времени не стоит. После обеда мы еще полчаса уверенно шли по открытой, а затем петляли между закрытыми частями. Наконец, надо было связываться.

И тут неожиданно вышло солнце. Я даже солнечку повесил.

Сегодня я был в связке с Мишей и Федей, чему был рад - ребята шли быстро, а я, будучи последним, не сильно топтал кошкой веревку. В течение несколько ходок в связке наблюдали за тем, как в открывшемся под ледником скальном массиве грохотали камни, особенно после того, как вышло солнце.

-Очень тонкий ледник, - заметил Миша.

Катя еще накануне говорила, что ледник сильно отступил. “Облысение” Акбы мы вспомним еще завтра, на спуске, ибо от этого зависела наша техническая работа. Но обо всем по порядку.

Задача максимум была выползти на плато, которое было на 5400. Однако солнце очень быстро сменилось тучами, которые наползли на наш ледник. Посыпала снежная крупа, поднялся ветер, а затем и вовсе начало грохотать.

Было ощущение, что до плато мы не дошли совсем чуть-чуть. Но время уже было начало шестого, погода не располагала к спортивным достижениям, поэтому решили вставать…

Прямо на сераке. Он хоть и не был крайним на леднике, но рядом было исполосовано трещинами, что не добавляло оптимизма. Альтернатиа - рыть огромную яму на закрытом леднике, где конфигурация трещин вообще не прослеживается, - нравилась еще меньше.

Лопатой, лавлистом, ногами в кошках - значительная часть ребят бросилась ровнять площадку. В принципе, если поработать лопатой, то можно быстро согреться, несмотря на осадки и ветер. Проблема в том, что на 5300 активно лопатой махать надо уметь. И не забывать дышать еще при этом.

Народ был на нервах, по крайней мере, часть. Я не помню, кто с кем начал спорить и ругаться поначалу. Таня убеждает, что две Кати стали делиться впечатлениями на счет нормальности погоды практически сразу по приходу. Я был полностью солидарен с Евтушенко - снежную крупу с грозой и бивак на сераке я нормальным не считал. Безусловно, у меня нет опыта горных “пятерок”, да и в спортивный туризм я пришел уже в солидном возрасте (24, тут уже есть определенные грани понимания комфорта), поэтому из разряда “пока есть последние сухие трусы и никто не умирает/рожает - то терпимо” интенции мне были чужды.

Чуть позже Федя залез прямо в ботинках в шатер. Стоит признать, что большая часть сегодня тропила в бахилах, поэтому ботинки были относительно чистыми. Но по мне это был перебор.

По мнению Кати Е. это был тоже перебор, поэтому словесная перепалка перетекла на другой фронт. Впрочем, порой меня раздражали некоторые реплики отдельных ребят, поэтому я бы тоже вписался. Если бы были силы.

И при этом ветер продолжал хлестать стенки шатра, а ребята - подсыпать в отдельные места фундамента еще снега.

Затем сгребли все техническое железо - палки, ледорубы, карабины - собрали в один мешок и оттащили метров на 20-30 от лагеря. Таким образом, попытались обезопасить себя от шального попадания молнии непосредственно в бивак.

Сунули веревки, пенки, спальники. Быстрее уже хотелось завалиться внутрь. Еще сильнее лишь не хотелось с утра идти вообще не этот перевал. А ведь можно было сидеть в долине, и максимум  - мокнуть под дождем, на высоте на 1,5 км пониже.

К слову о спортивных достижениях. Мы сегодня с утра сбросили метров 300 и набрали… километр.

Стас, глядя на всю эту суету  внутри шатра и выяснению отношений, решил абстрагироваться и начал готовить ужин вне шатра (хотя я бы на его месте задвинул бы всех в дальний угол и кашеварил бы непосредственно в палатке).

В черепной коробке немного перемерзли контакты между нейронами, поэтому я с трудом соображал, что происходит вокруг. Ну а пока - просто хотелось согреться и завалиться уснуть. А еще хотелось пить, и в меньшей степени - в туалет. Но туалет оборудовали за шатром, поэтому не всякую нужду было справлять не то что комфортно, а психофизиологически реализуемо. Но ладно, люди на опыте. В этом цирке лишь два пути и мы выбрали стоицизм.

<==День 17. Запланированное устаревание. День 19. Веревка в небеса==>

Как в воду глядел: проснулся я с хорошей болью в пояснице и в левой коленке. Это не было чем-то наподобие растяжения или иного вида травмы. Скорее это напоминало накопленную усталость - считай ты каждый день тренируешься, но не отдыхаешь. К 18 дню под рюкзаком пора бы уже уставшим частям тела заявить о себе.

День начался очень забавно - первые несколько ходок мы с Ваней обсуждали Доту 2. Перед нами гарцевала Катя, притом она так уверенно перешла с зачехленной части ледника на открытую, при этом не надевая кошек, что я даже удивился.

Удивился настолько, что чуть не навернулся пару раз. По итогу кошки мы надели, прошлись до конца ледника уже в них. Снова убедился на спуске, что не разучился гулять прусским шагом.

Мы вылезли в достаточно крупную осыпь и в одном из моментов у меня одновременно заклинило палку между камней, а я сам - слетел с камушка, который поехал по конгломерату.

-Влад, еще рано приваливать.

Мы подкалывали друг друга с Ваней уже не первый день, если кто-то наворачивался. А вот палка была погнута и это не радовало - толком не нагрузить, надо выправлять. На тот момент казалось, что ремонту они уже не подлежат (на самом деле история получилась с ними еще более драматичная, но об этом позже).

Что ни день, то новый перевал. Сегодня задача - взять перевал 2 съезда РСДРП. Забавно, но будучи одним из самых старых в команде, я периодически указывал, что значит эта аббревиатура. А вот на политпросвещение, чем именно этот съезд важен в истории российского коммунистического движения, сил не оставалось. Да и запроса не поступало. Хотя поход выдался у нас “краснее” некуда - сначала пики Маркса и Энгельса, перевал Маркса, теперь 2 съезда, потом еще планируется пик Ленина… Не группа Барковской, а экзаменуемые по диамату.

Что симптоматично - я слушал подкаст про причины русских революций в начале 20 века, где большевики как раз фигурировали в обильном количестве.

Поразительно, но крупная осыпь, на которой я погнул палку, уходила наверх. Катя Б. пошла левее, по тропинке на склоне, а Ваня предложил идти прямо по осыпи - так было удобнее. Мне, кстати тоже, я прямо прочувствовал как актуализируются навыки, полученные во время мучений на Алтае 6 лет назад.

Кстати снаряженец себя чувствовал сегодня настолько хорошо, что не только забрал у меня газ, который нес, но и ходил разгружать Катю Е., которая активно боролась за выживание. Федя периодически замыкал и тоже снимал с Кати Е. рюкзак.

По крупной осыпи мы набирали вплоть до обеда. В жизни бы не подумал, что однажды нахлебавшись сполна такого бесконечного боулдеринга на огромных камнях, как было на Катунском хребте, мне это пригодится во многих последующих походах. Год назад я так скребся в один из самых тяжелых дней сванского похода, сейчас же - лез на перевал 2 съезда.

На обед мы встали под снежником, и пока обедали, ручей, в котором мылись/стирались/набирали воду, разросся настолько, что уже мочил оттяжки нашего тента, под которым мы отдыхали.

Катя сказала, что это намек, что пора сваливать. Стали снова набирать.

Вообще анонсировалось, что перевал, вероятно, будет единственным, ниже 5000. Но радость оказалась недолгой - на него надо будет траверсировать с вершины, которая по высоте 5163. По итогу оказалось, что и с высотой самого перевала тоже непонятно на исходных данных - что в записке на перевале, что по навигатору, высота показывалась в районе 5120 метров. По итогу - ничего ниже 5 тысяч. Спорт ВЫСОКИХ достижений.

Пока мы залезали на эту вершину, то шли по скальным останцам, по которым было крайне удобно забираться на трех костях. А вот по осыпи идти без одной палки было не так удобно, поэтому я несколько перестраивал маршрут. За одну из ходок мы набрали вообще 140 метров - весьма лихо, учитывая темп нашей группы.

Нашел живописную скалу над цирком ледника между Марксом и Энгельсом. Сегодня мы крутились вокруг второго представителя диамата.

В 6 вечера мы вылезли как раз на седловину, на которой хорошо так задувало. Отсюда был виден наш следующий и последний перевал - Акба Северная (5623, 2Б). Подход под нее составлял два дня.

И несмотря на некоторые восторженные отзывы моих одногруппников, ничего хорошего я там не видел. Стремный ледник, на который надо вылезать из долины, огромная высота, которой я побаивался (хотя она о себе не давала знать после того, как “реле” переключилось на Ходаше). Да и в целом был вариант, что те, кто плохо себя чувствует - до этого таковыми считали Катю Е. и Ваню, теперь только Катю, - могут сойти либо персонально в долину, либо всей группой. “Четверка” как бы набиралась и без этой Акбы, поэтому лишний раз рвать сфинктер ради амбиций уже не хотелось. Мой горный запал иссяк еще на Марко Поло.

Мы сбежали вниз по осыпи, занятно проглиссировали по снежнику.

-Какого интересного цвета озера, - обратил внимание Федя (?).
-Да, цвета самогона из “Деревни дураков”.
-Не смотрел.

Это было простительно человеку 2003 года рождения. Но когда про это не знали ни Таня, ни Ваня, я обратился к Стасу.

-Да, конечно! Его постоянно моряк притаскивал, а усатый потом попадал в вечные передряги!

День хоть и не был сложным, но мы были на маршруте уже больше 12 часов. Как я понял, Катю несло на стоянки Крачкова - это группа из Новосиба, по чьему отчету мы шли большую часть маршрута. Перспектива идти в темноте уже была осязаемой.

-Давайте без привала, идем как идем.

Хорошо. Идем 20, идем 40 - мой страдальческий лик будет одинаковым.

Со снежников мы спустились по огромным осыпям на хорошие разливы, где нашли отменные зеленые стоянки. Тут даже ровнять ничего не надо было - максимум отодвинуть какие-то камни.

Последняя 35-минутная ходка меня как-то подкосила. Затяжной спуск с перевала (мы сбросили метров 500) плохо отдавали в колени. Как только я представил, что завтра нам сбрасывать еще 200, а потом набирать за полтора дня еще полторы тысячи - так и становилось плохо.

Пока готовился ужин, послушал любимый стонер-рок. За 9 минут меня будто перезагрузило. Но особо желания лезть куда-то вверх не добавило. Акба бесила своим существованием в маршрутной книжке.

<==День 16. Игра на понижение. День 18. В этом цирке лишь два пути==>

После таких дней, как вчера, всегда хорошо спится (да и спиться тоже неплохо). Вставали мы изначально на час позже, на час позже и вышли. Сегодня у нас не такой амбициозный день, как был до этого, поэтому и не особо торопились. С самого утра занялось солнце и это то, что требовалось после пары срамных дней и вчерашней нервотрепки. Я с первой ходки расчехлил солнечную батарею в надежде подзарядить какие-либо гаджеты.

Когда мы сбегали с осыпи на зеленые полянки у разлива реки, то Ваня обнаружил пропажу пауэрбанка. В отличие от меня, Ваня почти все время шел с солнечкой, которая была привязана к верхнему клапану. Однако ввиду другого крепления аппаратуры, “банка” у него выскочила, так и осталась где-то там, в камнях.

(Комм. Вани: На ходке вниз я свалился и немного пролетел по склону. Чувствовал себя плохо, поэтому забыл проверить павербанк и в итоге пропажу обнаружил только на привале)

Поразительно, но хозяином банки была Катя З. Она отдавала атрибут за атрибутом. Сначала крокс, потом крем, теперь - банку. Впрочем, девушка у нас финансист и она точно знает, как обернуть любые материальные потери в денежный эквивалент.

Чего я точно не ожидал - что через пару длинных ходок от места ночевки, Катя скажет: сиеста здесь! Место было выбрано не случайно - ибо отсюда были отличные виды на Гиндукуш, который нам показывали с вер.Эвенкейских стрелков, и, как я понимаю, должны были показывать с Марко Поло. Но вчерашняя седловина скрывалась в “молоке”, поэтому особо ничего и не посмотрели.

Несведущие не знают, но на самом деле на кадре изображены сразу 3 государства. Белые вершины Гиндукуша находятся на самом северо-востоке Пакистана (массив Сарагхрара - 7330 м. чуть правее центра), мы смотрим из Таджикистана, а между нами - узкая полоска Афганистана под названием "Ваханский коридор"

Отдыха много не бывает, если он не вынужденный. Вытащил все шмотье, ибо оно было сыроватым после ледника. Шатер в том числе - его сушить надо было хотя бы потому что разница в весе между сырой и сухой версией достигала полутора раз.

Девчонки отправились купаться, но куда-то далеко. Парни же купались гораздо ближе, собственно, там же и стирали вещи. У меня стирка минимальна - лишь то, что на себе, да стельки от ботинок.

Пока заряжал “банку”, разгадывал сканворды. Чуть позже смог оживить айфон и послушал пару подкастов, кое-что записал себе в рубрику “Посмотреть/почитать/поиграть как буду в цивилизации”.

Вообще эта рубрика как бальзам на душу. К середине похода уже горы надоедают настолько, что хочется вернуться обратно в цифровой мир, и снова что-то слушать/смотреть/читать/играть. В моменты цифровых детоксов отлично происходит переоценка ценностей: с одной стороны что-то вечное снова актуализируется (надо пересмотреть какой-то фильм), с другой - активно ищешь чего-то нового (попозже мы с Ваней будем обсуждать игры, что-то помимо извечной Доты 2).

Вернулась Таня, рассказала мне про хороший маленький водопадик, где можно было искупаться и постираться вдали от посторонних. Все сделал как надо, правда голову в этот раз уже не мыл - мне хватило подобных процедур и под Андизом.

Если ориентироваться по треку, то мое купание было где-то на высоте 4400-4450 метров. Кажется, еще один рекорд - так высоко в воду я на залезал еще.

Несмотря на то, что обед представлял собой крохи от щедрот, поели знатно, пускай и без супа. Колбаса, сыр, хлебцы, манго, конфеты - как будто сегодня такой же холодный обед, как и в остальные “ломовые” дни.

В последний раз смотрим на красивые вершины Гиндукуша, среди которых выделяется массив Сарагхрара (Сараграра?) - 7330 метров.

Только ЖКТ прошел у целой части отряда, как сегодня кишечник начал подводить меня. Если от высотной болезни понимаешь лекарство - надо спускаться, то вот всякие такие болячки начинают сильно ухудшать жизнь. Боли наподобие головной, зубной или ЖКТ. С некоторым опозданием присоединился к “коктейльной вечеринке” - так Таня окрестила круг людей, которые старались избавиться от последствий недугов пищеварения в начале похода.

За день “банку” зарядил на 40%. На полный заряд айфона хватило, даже осталось что-то Тане.

Вторую половину дня шли по долине реки Внукут (Вранг). В принципе, учитывая многочисленные разливы и завалы, шлось относительно просто, не считая парочки прижимов. Впрочем, заявлялось, что некогда была здесь тропа, но это было большим преувеличением-комплиментом к тому рельефу, что мы увидели.

Предположительно, тропа обвалилась в реку.

На одном из привалов я снова обнаружил, что потерял амбушюр. Забавно вышло - я уже раз терял его от наушников Тани, но тогда она его нашла и вернула мне. Теперь же, на речном берегу, в гальке я потерял его окончательно. Пришлось прикрутить амбушюр от своих наушников. 

Мы вылезли на отличные плоские разливы реки, где и планировали стоять лагерем. В принципе, днем я был доволен - все подсохло, удалось зарядить гаджет, не так сильно упоролся, как вчера, помылся и немного постирался. Опять же, музыку послушал и подкасты.

Вечером общались с Катей Б. на счет планов по пику Ленина. Я уже сильно сомневался, что готов ввязаться в это мероприятие, хотя был одним из тех, кто вызвался идти изначально. Вчерашний день меня порядком подорвал и физически, и даже морально - как будто все мои высотные фобии разом актуализировались. Катя сказала, что поэтому старается особо не муссировать эту тему, ибо результат постоянно разный: в один день все устали и сильно хотят домой, в другой - всем хорошо и все готовы идти (из тех, кто планировал). Я прекрасно попадал в эту когорту: сегодня я был готов, а вот вчера - точно нет. В общем, руковод сказала, что еще поспрашивает у остальных, как настрой.

Впрочем, учитывая, что я считал дни до конца похода, моральное состояние оставляло желать лучшего - хотелось просто уже домой.

<==День 12. Ни слова о кислороде. День 14. Реванш сатурации==>