В начало
Назад к части 3

[Данный текст является художественным вымыслом, любые совпадения с реальными лицами или структурами случайны. Здесь нет положительных героев: мысли, мотивы и лозунги персонажей призваны раскрыть для читателя дух и сюжет видеоигры. Автор осуждает терроризм и экстремизм, равно как и любые формы обмана, манипуляций сознанием и угнетения личности. Ничто в этом тексте не может служить оправданием насилию или руководством к противозаконным действиям.]

Глобальная Оборонная Инициатива (GDI), санкционированная ООН, преследует одну цель: уничтожить международный терроризм, защищая свободу. Государства-основатели: США, Бразилия, Россия, Австралия, Канада, Великобритания и Индия.

Братство Нод - древняя тайная организация, поддерживающая прочные связи с большинством мировых террористических организаций. Его лидер - человек, известный только по имени: Кейн.

Первоначально его истинные долгосрочные цели не были известны широкой общественности, и Нод заявил о себе как международный военно-экономический союз, главными членами которого стали Китай, Казахстан, Заир, Алжир, Ирак, Вьетнам и Панама.

Содружество Нод занималось активной экспансией в страны третьего мира, крупномасштабными инвестициями в мировые торговые рынки и агрессивным манипулированием международными СМИ. Однако когда Братство взяло на себя ответственность за серию громких терактов по всему миру, многие ранее союзные страны покинули альянс. Это особенно сильно ударило по активам Нод в Африке, где подавляющее большинство стран дистанцировались от этой организации.

Деятельность Нод финансируется за счёт доступа к огромным залежам тиберия.

Природа этой загадочной субстанции до сих пор ставит в тупик научное сообщество. Её первичная форма - образование в виде воронки - укореняется в грунте подобно растениям и затем, словно губка, впитывает из почвы минералы и питательные вещества.

Конечным результатом этого уникального процесса выщелачивания становится образование кристаллов тиберия.

Зрелый тиберий образует горизонтальные корневища, которые, разрастаясь подобно мицелию, производят новые воронки с кристаллами.

Кристаллы тиберия богаты ценными металлами и доступны для сбора с минимальными затратами на добычу.

Глава 8. Европейский кошмар

После того, как системы ПВО были подавлены, захват всей Прибалтики стал для GDI лишь вопросом времени. Однако пока шли бои в Литве, силы Нод продолжали наступать на восток. Румынам сперва удалось организовать неожиданное контрнаступление, отбить Клуж-Напоку и даже прижать силы Нод к Дунаю на юге. Однако пока развивались эти события, Братство вторглось в Болгарию вдоль правого берега Дуная и таким образом сумело поддержать и спасти свой румынский контингент.

Но основной удар Нод - украинский - был очень успешен. Силы Братства уже добрались до Киева, и им удалось с тяжёлыми боями захватить всю правобережную часть украинской столицы. Левобережье ещё держалось - мосты через Днепр были взорваны, и форсировать реку в городских условиях было бы крайне сложно. Поэтому армия Нод форсировала реку южнее - в районе Букринской излучины. Киевский гарнизон оказался в оперативном мешке.

Одновременно развивалось и наступление по южному направлению. За считанные дни войска Братства заняли территорию Молдовы, взяли Яссы, добрались до Одессы и теперь наступали на Румынию широким фронтом с севера. Для румын их недавний успех обернулся стратегической катастрофой: даже имея многочисленную армию, они были не в состоянии обороняться одновременно на трёх направлениях.

Но главным шоком для GDI стал удар мощной группировки Нод в Восточную Германию, где Бундесвер ещё имел довольно слабые позиции после вывода российских войск. Польские танки неожиданно пересекли Одер, войска захватили Франкфурт-на-Одере, Котбус и Дрезден. Вскоре был окружён Берлин и, наблюдая весь этот ужас, не имевший сколько-нибудь серьёзных вооружённых сил Шлезвиг-Гольштейн, а следом и Дания, поспешили капитулировать на условиях формального присоединения к Братству.

В этой ситуации план GDI выглядел однозначным. После установления контроля над территорией Прибалтики перед командованием встал выбор: атаковать сорокамиллионную Польшу - промышленное сердце Восточного пояса Нод, обладавшее многочисленной и хорошо оснащённой армией, - либо нанести удар на восток, в десятимиллионную Беларусь, чьи вооружённые силы хронически страдали от плачевного состояния экономики, нехватки топлива и запчастей. Выбор казался очевидным, и направлением главного удара утвердили Беларусь.

Однако стратегические планы редко переживают столкновение с реальностью. В Белостоке, польском городе у самой границы с Беларусью, вспыхнуло восстание против власти Нод. Командование Братства отреагировало мгновенно - к мятежному городу начали стягиваться войска. GDI оказались перед дилеммой: позволить Белостоку пасть - значило окончательно потерять моральный авторитет и оттолкнуть потенциальных союзников на оккупированных территориях. Но бросок на помощь городу по узкому коридору, который Нод легко перерезали бы, стал бы чистым безумием.

Требовалось растянуть силы противника. Поэтому было решено сформировать третий ударный кулак, который будет наступать на Гданьск, ключевой балтийский порт. Это должно было вынудить Нод перебрасывать резервы к побережью, ослабляя давление на белостокском направлении.

Отозвавшись на сигнал вызова через интерфейс EVA, Райан с удивлением увидел на экране лицо полковника Морелли - в пилотском шлеме, с кислородной маской, сдвинутой набок, на фоне тесной кабины штурмовика.

Это была женщина. Молодая. Глаза - внимательные, цепкие, без тени улыбки, но в уголках губ пряталось что-то, чему он не сразу подобрал название. Какой-то упрямый, почти неуместный здесь оптимизм. Так улыбаются люди, которые видели слишком много и решили, что бодриться - это единственный способ не сломаться.

- Дельта-Сьерра-Эхо - командиру Райану, - заговорила она по-военному чётко, но без сухости, - подходим к следующей цели. Только пересекли границу Беларуси, и у нас проблема.

На экране появилось изображение военной базы.

- Нод устроили засаду на один из наших конвоев, перевозивших секретную собственность GDI, и ушли с грузом активированных топливных стержней. Звучит безобидно, да? Так вот, эти стержни - первый шаг к сборке ядерного устройства. Мы должны вернуть их. Шепард всё ещё не на связи, так что действуем без подтверждения, но, думаю, это слишком важно, чтобы ждать. Нужно вернуть эти стержни, пока их не подобрали их птички. Стержни упакованы в транспортировочный контейнер - навряд ли у Нод было время их перегружать, но кто знает. Глядите в оба.

Она показала поднятый вверх большой палец и подмигнула:

- И задайте им жару!

Музыка: Frank Klepacki - Looks Like Trouble/In Trouble (ссылка на плейлист в конце статьи)

Контейнер уже успели увезти глубоко в тыл, в район Бобруйска. Следом прорвалась лишь малая мобильная группа из "хамви" и двух БТР с пехотой - и это всё, что теперь было в распоряжении Райана.

Колонна на предельной скорости шла по грунтовым дорогам, петлявшим сквозь белорусские леса. Райан вёл группу, почти не отвлекаясь на одиночные цели. Патруль из двух автоматчиков - машины скосили их из пулемётов, даже не сбросив хода. Один раз над БТР пролетела ракета, пущенная откуда-то из чащи, но не попала и взорвалась, оставив после себя бурую воронку на дороге.

Ещё один солдат Нод стоял на прямом участке грунтовки, впереди, прямо посреди колеи. Он вскинул на плечо трубу ракетного комплекса, расставил ноги, прицелился - картинно, словно в учебном фильме. Но БТР даже не подумал сворачивать. Многотонная машина ударила ракетчика на полном ходу, даже не вздрогнув. Тот исчез под днищем, и только глухой стук прошёл по корпусу.

Но везение не могло длиться вечно. Едва машины вышли на лесную опушку, навстречу вылетели два багги, а следом уже подходила рассыпавшаяся цепью пехота. Райан понял: бой неизбежен.

БТР одновременно затормозили, распахнулись задние люки, и на дорогу посыпались пехотинцы, тут же рассредотачиваясь по обе стороны от машин. Загрохотали пулемёты, один багги попытался уйти в сторону, но гренадёр точным броском отправил гранату прямо в открытый кузов. Грохнул взрыв, и машина задымилась, врезавшись в ближайшее дерево. Второй багги затормозил, но так и остался стоять: водитель и пулемётчик уже были убиты. Пехота Нод ещё вела бой, и в "хамви" появилось больше дюжины новых отверстий, но десантники уже заходили с флангов.

Двое стрелков укрылись за остовом багги. Ракетчик, который был вместе с ними, уже было прицелился в БТР, но не заметил, как под ноги упала граната. Грохнуло так, что с деревьев посыпались ветки, и автоматы разом затихли.

Убедившись, что теперь путь свободен, Райан снова загнал пехоту в машины.

Уже возле вражеской базы дорога шла по надпойменной террасе реки, вдоль обрывистого склона - и именно там её перегородил неприятельский танк. Едва успели десантники снова покинуть машины, как одна из них тут же взорвалась огненным облаком.

По команде Райана второй БТР рванул вперёд и встал поперёк дороги, закрывая пехоту от танка, чтобы он не мог раздавить десант. И тут с каменистого уступа, возвышавшегося над дорогой, ударил "базукист" Нод. Ракета вошла прямо в "хамви" - взрыв подбросил машину, и она перевернулась на крышу. Но стрелок БТР уже разворачивал пулемёт. Очередь - и ракетчик рухнул со скалы.

Танк ещё какое-то время доставлял неприятности, но в конце концов его удалось забросать гранатами.

Ворвавшись на базу противника, пехота завязала бой, а БТР, распугав стрелков Нод, под огнём проскочил к сетчатому забору, где стоял, уже обвязанный стропами, серый контейнер с маркировкой GDI. Его моторный отсек задымился, скорость упала, но машина пока была на ходу.

Из-за здания центра связи выскочил багги и подъехал к пехоте, но две гранаты легли ему под колёса почти одновременно. Машина вспыхнула и замерла, превратившись в чадящий остов.

БТР, чихнув дизелем, замер рядом с контейнером. Из люка выскочил командир и вместе с одним из бойцов стал затаскивать его в чрево машины. Мехвод не зевал. Едва люк закрылся, M113 взревел и, развернувшись, покатил прочь. Остатки пехоты прикрыли отход, а на вражеской базе уже не оставалось неповреждённой техники, чтобы организовать преследование. Дело было сделано.

Благодаря блестящей агентурной работе, подробности которой до сих пор засекречены, западной разведке удалось вычислить местонахождение ещё одного компонента ядерного устройства. Это место было замаскировано под обычный военный склад. Ночью спецназ GDI провёл филигранную операцию, бесшумно ликвидировав всю охрану периметра. Затем над бетонной площадкой завис "чёрный ястреб", откуда спустилась десантная группа. Спецназовцы раздобыли ключ-карту от электронного замка на входе в подземный бункер, и спокойно проникли туда.

Но были и плохие новости. Грег Бёрдетт записывал свой репортаж на фоне горящих домов:

- Истерзанный войной Белосток - некогда счастливый земледельческий городок миролюбивых крестьян. Теперь он больше похож на скотобойню. Это ещё одна жертва безумной войны GDI против человечества. Ещё одно селение в череде деревень, стёртых с лица Земли Глобальной Оборонной Инициативой и её заблудшим лидером, генералом Марком Шепардом.
И какое же преступление совершил Белосток, чтобы его утопили в крови? Источники указывают, что террористы GDI были убеждены, будто этот скромный посёлок причастен к производству и транспортировке тиберия.

Репортёр выдержал паузу, полную скорбного недоумения.

- Когда же закончится это безумие? Только когда генерал Шепард, с его видением Единого мирового порядка, будет остановлен. С вами был Грег Бёрдетт, из Белостока.

Камера ещё секунду держала в кадре скорбное лицо Бёрдетта, освещённое безжалостно-ровным светом софитов, а затем из-за штатива донеслось:

- Снято!

Бёрдетт расслабил плечи и глянул налево - оттуда, из полумрака, к нему подошёл Кейн. Он смотрел с одобрением.

- Отлично. Теперь то же самое - на французском и немецком.

Бёрдетт едва заметно кивнул, а Кейн уже повернулся к человеку за столом с мониторами:

- Сделайте триста копий и разошлите на все телестанции в Европе. У нас есть спутник ещё на десять минут.

Он замолчал. Что-то привлекло его внимание - маленький красный огонёк на корпусе камеры. Она всё ещё работала.

Лицо Кейна изменилось мгновенно. Добродушие схлынуло, как вода из опрокинутого стакана, обнажив что-то холодное и безжалостное.

- Эта камера ещё снимает?!

Он выхватил из-за пояса пистолет и выстрелил прямо в объектив.

Глава 9. Из самых низов

Когда всё было кончено в деревне близ Мао, тела убитых жителей выложили вдоль дороги - на виду, чтобы камера могла снять крупным планом. Рядом уже валялись гильзы от лент пулемётов GAU-3, на земле - отпечатки армейских ботинок европейского производства. Вскоре в медийном пространстве появился "документальный" сюжет: как "освободительный отряд Братства" входит в деревню. Вот бойцы Нод осторожно идут по улице, вот они скорбно склоняются над телами. И слова командира: "Они убили здесь всех..."

Новость быстро разошлась по континенту, и теперь любые заявления GDI выглядели как жалкая попытка оправдаться. Что же касается конвоя в Ум-Хаджере – он был перехвачен и уничтожен, а все "предатели" - местные чиновники, активисты, сотрудничавшие с GDI, их семьи, а также беженцы из Судана - демонстративно расстреляны в назидание остальным, кому придёт в голову выступить против Братства.

Видя, что GDI не могут защитить даже собственный конвой, а Нод уже действуют внутри страны, чадские чиновники стали массово переходить на сторону Братства. Остатки западных сил были вынуждены поспешно бежать из страны. Солдаты Нод вступили в Нджамену уже как хозяева.

Однако в Нигерии события разворачивались иначе. Справедливо расценив вторжение GDI как открытую военную агрессию, нигерийское правительство мобилизовало армию. Однако попытка военной хунты выбить силы GDI из Лагоса обернулась катастрофой. Нигерийская армия, стянутая к городу для решающего сражения, столкнулась не с фронтальным сопротивлением, а с невидимым и неумолимым логистическим коллапсом.

Пока танки Т-55 и грузовики с пехотой жгли остатки топлива в пробках на подступах к Лагосу, мобильные группы GDI развернули сеть оперативных баз глубоко в тылу нигерийских войск. Лишённые горючего и боеприпасов, целые дивизии теряли боеспособность, даже не вступив в соприкосновение с противником. Солдаты-йоруба массами переходили на сторону GDI. Правительственный режим рухнул, не продержавшись и трёх недель. Нигерия перешла под полный контроль Альянса, а её нефтяные месторождения и порты теперь работали на военную машину GDI. Однако Братство получило ещё один пропагандистский козырь: "GDI - агрессор, разрушивший суверенную Нигерию".

Одновременно с нигерийской кампанией развернулось полномасштабное сражение за Эфиопию. Отрезанная от морского снабжения потерей Эритреи, эфиопская группировка GDI приняла бой в стратегическом окружении.

Братство наступало с двух направлений: из Эритреи на юг и из Судана на восток. Ключевым сражением стала битва за Гондэр. Оборона города опиралась на тибериевые ремонтные станции, позволявшие восстанавливать повреждённую технику в полевых условиях, однако двукратное численное превосходство Нод сделало своё дело. После двух недель уличных боёв город пал. Северо-западная Эфиопия была потеряна. GDI отошли на юг, к Аддис-Абебе и Великой Рифтовой долине.

Чтобы избежать полной блокады, командование GDI организовало прорыв в южном направлении. Это не было паническим бегством: арьергарды цеплялись за каждую горную гряду, пока основные силы эвакуировались к сомалийской границе. В ходе операции "Сломанное копьё" GDI, не встретив серьёзного сопротивления со стороны разрозненных отрядов сомалийских полевых командиров, заняли половину страны - от Эйля до Кисмайо. Порты на побережье Индийского океана стали новыми базами снабжения.

Но ставка на Кению, сделанная ранее, не оправдалась. Правительство в Найроби, возмущённое вмешательством GDI, отказало в транзите. Ответ последовал незамедлительно: войска GDI заняли Северо-Восточную провинцию - округа Мандера, Ваджир и Гарисса, отрезав треть территории страны. Кенийская армия оказалась не в состоянии помешать этому манёвру. Нод закрепился на половине Эфиопии. GDI пока удавалось удерживать Аддис-Абебу, но они приобрели новый фронт и озлобленное население Кении в тылу.

На юге ситуация также изменилась. После ультиматума Танзании и Мозамбика, требовавших вывода войск, GDI формально потеряли контроль над Восточной Африкой. Однако физически покинуть Мозамбик они ещё не успели.

Когда битва за Эфиопию перешла в критическую фазу, руководство GDI, не оставлявшее надежд сформировать "восточный коридор", всё же смогло убедить президента Чиссано подписать секретный протокол о "временном расширении зоны безопасности". Публично Чиссано продолжал критиковать Альянс, но фактически порты Накала и Бейра возобновили приём военных грузов.

GDI теперь могли вернуться в Малави, но главным дипломатическим успехом стала Замбия. Президент Чилуба, наблюдая стремительные африканские завоевания Нод, осознал, что и его страна однажды может стать следующей. Было заключено соглашение о совместной борьбе с международным терроризмом. Этот документ, формально технический, дал GDI свободу размещать войска на замбийской территории в обмен на гарантии безопасности и увеличение закупок меди западными странами.

Однако, пока GDI пытались удержать позиции южнее Сахары, Северная Африка стремительно рушилась. Войска Нод захватили Тунис и вступили на территорию Алжира в качестве "союзника угнетённых мусульман", которые там годами воевали против правительственной хунты. Алжирская армия, истощённая годами гражданской войны, оказалась вынуждена сражаться на два фронта: с востока наступали регулярные силы Нод из Туниса, с юга - мобильные группы из Нигера.

Прежде чем по-настоящему вершить будущее, нужно сперва овладеть прошлым. Впитай нашу историю, ибо она - твоя собственная.

Сиф

Теперь, когда Арам прошёл проверку кровью, ему был предоставлен доступ к цифровому архиву, содержащему историю Братства.

Он читал до самого рассвета.

История Нод не походила на ту историю, которой учат в школе, - с датами коронаций, мирными договорами и родословной королей. Это была история людей, которых никто не замечал. Тех, кто жил в тени империй, говорил на языках, не признанных официальными, молился богам, что были объявлены мёртвыми. Братство Нод было древним, как сама несправедливость, и молодым, как каждый новый бунт.

Его корни произрастали из самых низов человеческой цивилизации. Рабы фараонов, которым обещали освобождение. Пастухи и скотоводы, чьи земли отбирали цари. Крестьяне, бежавшие от податей в горы и пустыни. Секты, запрещённые официальными церквями. Еретики, умиравшие на кострах за то, что верили не так, как предписывали господа. Организация Нод всегда опиралась на угнетённых, предлагая им мир, единство и вечное братство.

Открытие тиберия стало для Братства сакральным знамением, возвестившим зарю новой эры. В нём видели будущее, которое прорастает сквозь трещины старого мира, как трава сквозь асфальт. И члены Братства принимали это будущее, собирая тиберий для дальнейшего распространения их общих убеждений.

Экран мягко мигнул, прерывая чтение. EVA вывела поверх архивных страниц уведомление: входящий вызов. Командный центр. Сиф.

- У меня хорошие новости.

Сиф выглядел как обычно, но его в голосе появилось что-то новое. Не тепло, скорее нечто вроде довольства собственника, который видит, что вложенное приносит прибыль.

- Пока я был на совещании высшего руководства, я замолвил Кейну словечко о твоих достижениях и усердии.

Арам услышал эти слова - и внутри у него будто захлопнулась последняя дверь. То, что он носил в себе как тайный груз, как личный, ещё не названный грех, сейчас было вынуто наружу и оглашено. При всех. Перед Кейном. Его преступление стало пропуском. Пролитая им кровь - подписью под присягой. Это было клеймо. Он больше не тот, кто совершил зло и может раскаяться. Он тот, за кого зло поручилось.

Сиф продолжал:

- Он в некоторой степени впечатлён, и ему интересно посмотреть, как ты справишься со следующим заданием.

На экране развернулась карта Западной Африки.

- Кейну нужен Алжир, и его личный командир стягивает ударные силы из Нигера.

На карте загорелась отметка. Мавритания. Тиджикжа.

- Наши братья внутри GDI сообщают, что сюда из Лагоса перебрасывают ударные самолёты. Мы должны позаботиться о том, чтобы они не помешали продвижению наших сил в Алжире. Для этого наши поставщики предоставили тебе новые ракеты "земля-воздух". Твоя задача - развернуть зенитно-ракетные батареи и затем уничтожить авиабазу GDI.

Сиф посмотрел прямо Араму в глаза.

- Ты привлёк внимание Кейна, и он наблюдает. Не подведи меня.

На пути в Мавританию лежала Мали - бедная страна с исчезающе маленькой армией, которая практически не контролировала собственные северные территории, принадлежавшие туарегам. Сорвав мирный процесс с туарегами, Братство получило в их лице естественных союзников и готовый плацдарм для своих действий, так что техника под командованием Арама прошла через всю страну на запад без единого выстрела.

Мавритания - это страна с крошечным населением, в основном сосредоточенном на юге. Её захват был бы для Нод чистой формальностью, если бы не крупная база GDI в Тиджикже. И именно с ней Араму предстояло иметь дело.

Музыка: Frank Klepacki - Fight, Win, Prevail

Вероятность того, что в любую минуту вам могут устроить ковровую бомбардировку напалмом, радикально меняет подход к планировке базы и размещению войск. К примеру, пехоту, которая максимально эффективно действует плотными группами, в этих условиях этими самыми плотными группами располагать категорически противопоказано. Поэтому для обороны строящейся базы Арам приказал оборудовать отдельные стрелковые позиции, используя самые простые укрытия, изобретённые столетия назад - наскоро сооружённые заграждения из мешков с песком.

После обеспечения базы тиберием и электроэнергией первым приоритетом стало строительство дорогостоящего зенитно-ракетного комплекса - установки с шестью самонаводящимися ракетами "земля-воздух". Она была скрыта под землёй и сверху защищена от взрывов прочными стальными створками, и только в случае авианалёта должна была быстро подниматься над землёй и наводиться на цель.

Отделения стрелков и ракетчиков, разбросанные по местности для минимизации возможных потерь от бомбёжек, по одиночке не смогли бы выдержать массированную пехотную атаку. На этот случай в разных точках периметра были размещены огнемётчики. Огнемёт - это оружие ближнего действия, но в случае прорыва пехоты каждый такой огнемётчик мог быстро превратить в живые факелы до взвода солдат GDI.

Минус был в том, что огонь не разбирает своих и чужих, так что применять это оружие нужно было с большой осторожностью. Второй минус был в том, что ёмкость с горючей смесью за спиной огнемётчика запросто могла взорваться от пуль и осколков, погубив при этом не только его самого, но и всех, кто оказался бы рядом. И всё же их эффективность была такова, что стоила рисков.

Противник тоже не сидел сложа руки. Как только командир GDI узнал о том, что неподалёку развёрнута база Нод, он направил на её уничтожение две трети всех сухопутных сил, что имелись в его распоряжении.

Затем в ход пошла авиация. И тут же на счету Нод в Мавритании появился первый сбитый западный самолёт. Он шёл высоко и уверенно - пилот не ждал угрозы. Его целью были позиции Нод, обнаруженные разведкой, и он уже представлял, как лягут бомбы. Однако там, на земле, гидравлика уже раскрыла створки люка, и оттуда, наливаясь механическим гулом, поднялся прямоугольный контейнер. Развернулся - резко, точно, как голова хищника, учуявшего добычу. Электронный глаз захватил цель. Две ракеты вырвались из направляющих труб почти без паузы - одна за другой, с оглушительным шипением, оставляя за собой в воздухе рваные белые хвосты.

Пилот, должно быть, в последнюю секунду увидел две кривые линии снизу - и не успел ничего сделать. Ракеты ударили одновременно - вспышка, и самолёт разорвало на части. До земли не долетело почти ничего. Только эхо от взрыва прокатилось над пустыней и стихло.

Однако Арам не питал излишних иллюзий насчёт эффективности ЗРК. Противник теперь знал о его существовании и наверняка искал способы следующий удар нанести так, чтобы его обойти. И чтобы повысить эффективность противовоздушной обороны, нужен был ещё один комплекс. А лучше - ещё парочка.

Следующим шагом стало строительство собственного аэродрома - для того, чтобы туда мог приземляться тяжёлый транспортный самолёт.

Это позволило доставлять в Мавританию военную технику Братства: багги, развед-байки и лёгкие танки.

Теперь в распоряжении Арама была крупная база и войска, способные защитить её от скоординированных сухопутных атак. Системы ПВО давали защиту и от атак воздушных, но всё же это была скорее рулетка. Штурмовики A-10 могли налететь очень быстро и шли низко над землёй, так что ЗРК не всегда успевали их перехватывать. И если хоть один самолёт всё-таки выпускал на головы солдат свой смертоносный груз, последствия были страшные.

Араму приходилось мириться с потерями. Битва за Мавританию превратилась в войну на истощение, и силы Нод постепенно начали брать верх благодаря организованным атакам на вражеские харвестеры. С другой стороны, удаляясь от своей базы, техника неизбежно становилась мишенью для авиации GDI, которая безраздельно господствовала в небе. Именно поэтому Братство избегало использовать слишком тяжёлые и медленные машины. Обе стороны, Нод и GDI, уже приспособились к тибериевой войне, и она приобретала всё более затяжной и кровавый характер.

Со временем Арам ещё укрепил ПВО, так что по крайней мере налёты на базу стали почти невозможны.

Постепенно ему удалось взять под контроль все тибериевые поля в регионе, лишив противника доступа к основному ресурсу. В отчаянных контратаках GDI потеряли почти все свои танки, и теперь их база в Тиджикже была обречена.

Плейлист с музыкой Фрэнка Клепаки

Продолжение следует.