Запах⁠⁠1

Дикая вонь — как спать? Голова раскалывается, и я действительно почти не могу дышать. Ну, а что делать? Не будить же командира отделения, который храпит в дырявом носке, от которого исходит этот убийственный смрад. Это мое четвёртое дежурство в карауле, только стукнуло 22 года. Комод служит в этой части столько же, сколько я живу на этой вращающейся планете.

Вышел, курю в курилке. Запах из носа так и не уходит. Он застрял у меня в носу… С тех пор, как сменился с фасада в 2:30 ночи, так и глаз не сомкнул, а уже 3:30. Мало того что мой организм ещё не привык к ночному бодрствованию, так и запахов таких я никогда не ощущал.

Пока курил, созрел план: сбегаю за подушкой и лягу спать на улице- в курилке, хорошо, что лето. Подхожу к спальне… дверь не открываю, делаю глубокий вдох… и быстро за подушкой, есть! Подушка у меня, на выход… Закрываю дверь и выдох. Я в коридоре с подушкой.

Только разложился в курилке, прилег, и дззззззззззззз! — Первое отделение и лестница, на выезд, Афганская, 31, третий подъезд, запах газа!

— Поспал, блин… Бегом в гараж, одеваюсь, как учили: в двадцать секунд влез 100%. Стою в боёвке, а из спальни только вылезает комод, надевает сапоги, штаны, всё остальное засовывает в бойцовский отсек. С фасада медленно бредёт постовой, а с телефоном подменный радиотелефонист в плохом настроении — сериал ему, видите ли, на самом интересном прервали. Думаю, зашибись, вы главное все где-то ходите, чем-то заняты, а для меня что, испытательную камеру в спальне устроили?

— Орлан 93, я Орлан 91, проверка связи, как слышно? — На связи, Орлан 93, слышу на пять баллов, как меня? — Слышу на пять баллов, конец связи.

В эфире слышу подобную проверку связи с АЛ (автолестницы), только там 95 проверил связь с центром связи 93.

Едем ночью, поэтому звуковой сигнал отключён — работают только синие маячки, город пустой, и все едут молча. Обычно на пожарах от комода или начальника караула поступают какие-то инструкции, а тут тишина… ну, а я-то толком не знаю, что мне делать.

— Игорь Иванович, а что мне делать? — Успокойся, зелень… там наверняка шляпа какая-то, тем более ГорГаз уже на месте. Все расскажу на месте.

По прибытии на место начальник караула доложил 93-му, что прибыли, и пошли в разведку.

«Пошли в разведку» — как сейчас помню, это вызывало у меня какие-то ассоциации с партизанами, будто нужно пойти поймать «языка» и выпытать у него информацию, или определить, где стоит пулемёт и сколько врагов в окопе. Но в пожарной охране это слегка не так. Разведка — это сбор сведений для оценки обстановки и принятия решений по организации боевых действий. Грубо говоря, просто посмотреть, что происходит и что делать дальше.

Вышли из автомобиля, начкар неспеша подошёл к газовщикам.

— Доброй ночи, что там, мужики? — Да фиг его знает, газ перекрыли, а воняет. И воняет не газом… кажется, жмур. — А где воняет? — Сильнее всего на пятом этаже… соседи говорят, там бабулька справа живёт. Дверь закрыта, но фонит знатно. — Понял, спасибо.

— Орлан 93, я Орлан 91. Газ перекрыт, воняет не газом, требуется полиция для вскрытия дверей. — На связи, Орлан 93, вас поняла, ожидайте полицию.

Да, мы не могли просто сломать дверь, так как явной угрозы жизни и здоровью людей не было. Вскрытие дверей возможно только в присутствии хозяина или с разрешения и присутствием полиции.

Минут через 15 подъехала полиция, начкар скомандовал: «Берите хулиган, кувалду и на пятый этаж».

Я, естественно, взял то, что было тяжелее. Хулиган.

На первом этаже я ничего не почувствовал — но чем выше поднимались, тем отчётливее становился запах. Он был сладковатый, не могу сказать, что противный — он просто был. На пятом этаже запах стал уже неприятным, сладость пропала, появилась кислость, как будто что-то пропало или скисло давно.

Начкар дал полицейскому подписать бумажку — как сейчас я уже знаю, доступ на вскрытие дверей.

— Саша, чё стоишь, вставляй хулиган. Я вставил, держу. Удар, удар, ещё удар. — Теперь выламывай дверь… Я со всей силы надавил рычагом на хулиган. — Ничего не выходит. Развернулся, смотрю: все улыбаются, стоят. — Каши мало ел? Смекалку прояви, — насмешливо проговорил комод. Я что есть силы надавил на инструмент. В голове: «Лучше бы помог, чем стоять и насмехаться. А ещё лучше — носки смени».

— В другую сторону дави, болван. Я надавил в другую сторону, и да — дверь поддалась, замок вывернулся легко!

Открыв первую дверь, увидели за ней ещё одну. Но с какой силой после открытия ударил запах в нос… Это вам не передать, у меня моментально потекли слёзы из глаз. Такого запаха я никогда не чувствовал. Он был абсолютно ни на что не похож, он был подобен глухому, едкому и тяжёлому облаку, которое, казалось, врастает в нос и заполняет разум чем-то едким. Как будто сотня разлагающихся кошек была у меня под боёвкой. Рвотные рефлексы начались сами собой.

Полицейский, который был рядом, как ветром сдуло — он выскочил из подъезда пулей.

— Ну что, Саня, походу, завтра ты проставляешься — твой первый жмур, — пытаясь отвлечь меня от моих рвотных позывов. «Какое проставляться, — думаю, — мы ещё вторую дверь не открыли. Что там внутри? Сколько там трупов?»

— Ну что, готов? — через пару минут поинтересовался комод. «Да какой там готов…» Я не могу с лестничной клетки подняться на пятый этаж. — Не могу… — сквозь рвотный рефлекс выдавил из себя. — Ну что, походу, пришло время включаться в аппарат, хоть и допуска у тебя нет, тут вроде безопасно. Иди, спускайся, бери резервный аппарат и поднимайся обратно.

Поднимаюсь я с аппаратом — под чутким руководством начкара одеваюсь. Кстати, помимо меня ещё один человек взял аппарат на сжатом воздухе. Пока всё это происходило, вторая дверь тоже была вскрыта, так что одеваться мне пришлось на третьем этаже, потому что выше подняться я просто не мог.

Включился, поднимаюсь — все стоят, ждут, пока я подойду. — Ну… Заходи, иди, ищи, кто здесь прячется…

Прохожу в квартиру. Коридор — чисто, спальня — чисто, кухня — чисто. Заглядываю в туалет, а там 3,14здец. Я даже не понял, что это человек.

Гениталии кверху — ясно, женщина, ноги на полу, а головы нет… точнее, поза совершенно неестественная. Голова оказалась между унитазом и стенкой узкого туалета. Проблема была в том, что женщина была черного цвета и раздулась в 3–4 раза. Из-за раздутости достать её просто невозможно: справа стена, слева унитаз. Соответственно, достать женщину не возможно. Мы пытались раз десять её достать, она была как желе… в туалет вдвоём зайти практически невозможно, учитывая, что я ещё с баллоном и в аппарате. Последняя попытка привела к тому, что, когда я пытался её вытянуть, просто порвалась кожа… из неё потекла жидкость черного цвета, местами светлая с какими-то кусками…

Я просто не выдержал — меня стошнило прямо под маску… я выскочил из квартиры и снял маску, вывернув из неё всё, что там оставил. Слёзы, слюни — всё в разные стороны. Ужасная картина.

Вышел покурить, все спустились со мной. Рассвет — сидим, курим. Ну а что делать, доставать тело нужно. На месте уже находится машина морга. Они бы её и сами забрали, если бы могли достать из туалета.

Покурили, пошлите — сейчас будем разбивать стену, разбирать её и вытаскивать. Эй «Зелёный», давай приводи себя в порядок, умойся. Будете бить стену по очереди. Ломать унитаз не вариант — он расколется и разрежет женщину совсем. Нужно достать тело, максимально сохранив целостность.

Поднялись на четвёртый этаж, рвотных рефлексов уже не было, но сделать полноценный вдох в квартире я не мог — меня просто перекрывало, спазм закрывал горло. Я подходил максимально близко к двери, делал глубокий вдох, забегал и бил стену, сколько хватало воздуха, и выскакивал. На пятый-шестой раз я уже мог в квартире делать 1–2 вдоха. Слава богу, кирпичная стена быстро поддалась… Правда, несколько ударов досталось и женщине, но тут ситуация была безвыходной, и так старались максимально аккуратно.

В итоге мы её достали и перенесли в коридор, где её уже погрузили в мешок патологоанатомы.

С тех пор я понял — нет ничего страшнее запаха мертвого человека. На протяжении полугода мне снилась эта женщина и этот запах. Носки нашего комода меня больше не тревожили, да и он стал повнимательнее относиться, стирал, менял свои «караси». Возможно, в то дежурство у него не было запасных, но такой вонючей смены у меня за десять лет службы больше не было.