Видомина и Волшебная Лампа (Глава 11. Ч2)⁠⁠

Глава 11. Герои Пара и Шестеренок (часть 2)

Никто вел голема-великана по непривычно тихим, безлюдным ново-бракадским улицам. Через смотровую щель были видны следы прошедших здесь боев: трупы, застывшие в неестественных позах, проломленные крыши, крошево стен и замершие или заваленные на бок паровые машины. Весь город был черным от сажи, словно после грандиозного пожара. Снег местами превратился в грязную кашу.

Мертвое чудовище с жуткими дырами от ядер, раскинув лапы, лежало, упав спиной на дом и проломив крышу.

Рослый крюлодский волк, стоявший над мертвым гоблином, проводил их тоскливым взглядом. Вокруг лежало несколько гремлинов: потеряв седока, без возможности взвести пружины намордника-капкана, волк убил врагов лапами...

Когда они вышли на одну из широких центральных улиц, голема сотряс сокрушительный удар.

Видомина скорее вообразила, чем увидела ядро, отскочившее от голема и врезавшееся в один из домов.

Только после она услышала грохот пушки и увидела дым в окне третьего этажа дальше по улице. Дом из которого стреляли явно принадлежал богачу, купцу или алхимику, он был богаче, выше и крепче окружавших его построек. А в условиях осады его спешно превратили в крепость, заложив окна первого этажа мешками с камнями, а двери наверняка забаррикадировали изнутри.

Второе ядро пронеслось совсем рядом. Где то за спиной голема на тротуар посыпались камни из проломленной снарядом стены.

Никто стал сосредоточенным. Первым делом он увеличил скорость голема. Тот зашагал, словно солдат на марше. Кабину начало подбрасывать еще больше. Но стрелявшие перезаряжали паро-пушку слишком быстро. Голема тряхнуло от макушки до пяток, одну сторону ощутимо отбросило назад.

- Попали в плечо! - процедил Никто, поспешно выравнивая голема.

Он сделал вперед еще три шага, а затем заставил голема резко шагнуть в сторону. Очередной залп огласил окрестности. Ядро пронеслось настолько близко, что черкнуло бок.

До дома оставалось никак не меньше двух десятков гигантских "големных" шагов. Сколько еще удастся увернуться от ядер, каждое из которых может угодить в щиток кабины и проломить его?

Руки Никто, должно быть давно онемевшие от постоянного порхания по рычагам, ускорились. Переключая рычаги и подкручивая вентили, он заставил голема поднять руки, прикрывая кабину. Голем сильно потерял в скорости и равновесии.

Оба следующих выстрелов пришли в цель. Первое ядро угодило в локоть правой руки, намертво заклинив ее. Второе ударило в ту же руку, с лязгом и стоном металла согнув ее и сплющив ту часть, куда угодило.

Оставалось десять шагов. Видомина теперь могла различить оконную раму, лишившуюся стекла, пушечное дуло, торчащее наружу, массивную тушу пушки в глубине комнаты и суетившиеся возле нее смутные тени.

Через два шага новый выстрел потряс голема. Стрелки на приборах качнулись и заплясали словно сумасшедшие.

- Кажется, у нас проблемы с пневмосистемой, - сообщил Никто, заставляя голема сделать следующие два шага.

- Мы можем что-то сделать? - быстро спросила Видомина.

- Не под обстрелом, - отрезал гремлин. Его лоб покрывала испарина. Крючковатый нос заострился. Никто выглядел еще угрюмей, чем обычно.

Голем сделал следующие пару шагов. Между ним и пушкой оставалось всего несколько шагов. Ядро, выпущенное с такого близкого расстояния, ударило в согнутую руку, соскользнуло дальше и с гулом врезалось прямо в щиток, за которым находилась кабина.

Ощущение было, будто Видомина очутилась внутри гигантского колокола. Раздалось БУМ такого масштаба, которое поглотило в себя весь мир.

Когда Видомина вновь осознала себя, где она, и что происходит, прозвучал новый выстрел.

Ядро с грохотом, от которого едва не лопнули ушные перепонки, ударило лишь немного ниже кабины.

Голем пошатнулся, качнулся назад, завис на мгновение. Видомина вцепилась в кресло. Голем замер на тонкой грани, отделявшей его от падения плашмя на спину всей огромной массой, после которого, Видомина не сомневалась в этом, вылетят из пазов или переосятся какие-нибудь важные шестеренки.

Эта грань была из тех редких, когда достаточно опуститься бабочке, чтобы перевесить в одну из сторон. К счастью, бабочек в Бракаде никогда не водилось, а птицы и без того малочисленные в городе, разлетелись с началом боя. Голем, замерев на миг, качнулся обратно, коснулся земли полными стопами, выровнял равновесие и снова занял прочную стойку.

- Никто! - Видомина принялась трясти гремлина. - Давай же, Никто!

Гремлин, застонав, открыл глаза.

- Сколько я был в отключке? - слабым голосом спросил он.

Взялся за пару рычагов. В этот же момент грохнул пушечный залп. Несмотря на полуобморочное состояние, на этот раз Никто был готов. Голем сотрясся от пятки до макушки, но успел податься вперед и не упасть. С громом лопнула одна из пластин. Ядро, похоже крепко засело в проломе. Над головой скрежетали зубцы и что-то со скрипом проворачивалось. К счастью, ничего серьезного не вышло из строя.

Никто не собирался больше давать шанс артилеристам.

Голем разогнул действующую левую руку, сжал ее в кулак - размером с телегу, и словно таран ударил прямо в окно. Посыпалась каменная крошка, пушку с ужасным скрежетом протянуло по комнате. Внутри дома стоял шум, крики, грохот ломаемых стен и треск мебели.

Голем замер - с рукой, ушедшей в пролом почти по плечо.

Никто перевел дыхание и потянул сразу несколько рычагов. Голем медленно высунул руку. Из окна валил густой черный дым из перевернутой пушки. В глубине комнаты угадывались сполохи огня, похоже содержимое печи, раскаленный уголь, просыпался и там начинался пожар.

Никто развернул голема и зашагал дальше. Если в доме кто и выжил, им было не до преследования.

Стрелки на приборах плясали, голем вздрагивал. В корпусе родилась и уже не исчезала вибрация.

- Нужно наладить пневмосистему, - напомнила Видомина. - Что мне делать?

- В первую очередь, осознать, что котел находиться в окружение работающих механизмов в очень тесном пространстве.

- Я готова, - заверила Видомина, оглядывая кабину и с тревогой гадая - куда уж теснее?

Лаз в недра голема находился сразу за креслом - места там было ровно столько, чтобы мог протиснуться не очень упитанный таракан.

- Кресло должно откидываться, - подсказал Никто.

Видомина с трудом, в тесноте раскачивающейся кабины, выбралась из кресла. Не с первой попытки отыскала кнопку под ним. Кресло откинулось ровно настолько, насколько и ожидалось - совсем чуть-чуть.

Вполне очевидно, что подобные машины полагалось ремонтировать на заводе, а не на ходу...

Из лаза вырвался поток горячего воздуха. Шум многочисленных механизмов усилился. Внизу, во тьме, все ходило ходуном, крутилось, проворачивалось, поднималось и опускалось, сновали поршни всеразличных размеров. Трубы дрожали от пара, в некоторых местах из них вырывался раскаленный пар.

Чувствуя себя куском говядины, прыгающим в сумасшедшую помесь мясорубки, пароварки и печки, Видомина опустила вниз ноги. Хватаясь за едва угадываемые пепекладины, начала скорее протискиваться, чем спускаться в недра голема.

- Будь осторожна, - попросил Никто.

***

На полпути к замку Йог попал в засаду. До этого момента он вообще не подозревал, что можно попасть в засаду находясь высоко в небе, где пространство просматривается на много километров вокруг.

Но он забыл про землю. Иногда в него, конечно, стреляли снизу, но попасть с такого расстояния, да еще в быстро летящую цель не удалось никому.

И тут, словно парашютисты, только наоборот, не падающие с неба, а взлетавшие вверх на небольших воздушных шарах, снизу быстро приближалось с десяток гремлинов.

У них были неизменные громоздкие рюкзаки-печи, толстые летные плащи с огнеупорной подкладкой на спине, специальные очки из кожаной маской, а в руках мушкеты. Сбоку у каждого висела бобина с веревкой и привязанным к ее краю абордажным гарпуном.

Гремлины набрали одну с ним высоту и запрыгали в воздухе, словно мячи на воде. Они сразу принялись стрелять из паромушкетов, пока в ранцах раскручивались пропеллеры.

Йог летел, выписывая зигзаги, заставляя тяжелого Пегаса постоянной уходить с линии атаки. Спину прикрывал бешенно вращающийся пропеллер, но сколько попаданий он выдержит, прежде, чем сломается и превратит Йога в дрейфующую по воле ветра цель?

Гремлины быстро нагоняли. В пароцикл впилось сразу несколько гарпунов и гремлины, подключив к ранцу катушки веревок, с помощью силы пара, вращающихся шестеренок и рычага на большой скорости подтягивали себя ближе.

Йог взялся за топор и, изогнувшись словно акробат, сумел !дотянуться и перерубить веревки. Правда, для этого ему пришлось отпустить педаль, и Пегас тут же начал терять скорость.

Это дало гремлинам возможность подлететь еще ближе.

Йог ухватился за один из гарпунов крепко засевших в металле, напрягая мышцы вырвал и как дротик метнул в ближайшего бракадца. Острый край, весь в зазубринах, легко вошел в грудь гремлина, тот захрипел, выпустил управление и закачался в воздухе, безжизненно повесив руки.

Второй гарпун Йог швырнул в резко вильнувшего стрелка. Выбив мушкет, железный наконечник встрял в плечо. Гремлин завизжал, закрутился на месте и начал быстро отставать.

Йог снова несся над городом, заливая улицы внизу ревом пропеллера. Оставшиеся гремлины не отставали. Гарпунами они больше не стреляли, не желая давать ему в руки такое опасное, как оказалось, оружие.

Не убирая ноги с педали, Йог на ходу щупал корпус пароцикла, выискивая и гадая, что можно вырвать и использовать в качестве метателтного снаряда.

Один из гремлинов подобрался совсем близко с боку. Скалясь кривой гремлинской улыбкой, поднял мушкет. Промахнуться с такого расстояния было невозможно. Йог оскалился в ответ и до боли в жилах вывернул руль в другую сторону. Одновременно убрав ногу с педали. Гремлин на полной скорости врезался сзади в пропеллер Пегаса. Йог тут же снова вжал педаль. Раздался крик ужаса и боли. Мгновенно набравший обороты пропеллер превратил незадачливого стрелка в кровавый кусок мяса, висящий на шарике.

Йог вильнул в другую сторону, навстречу следующему стрелку в десяти метрах от него. Протаранил на большой скорости. Переднее колесо Пегаса ударило гремлина в грудь. Пароцикл продолжал лететь, таща перед собой барахтающегося летуна. Йог пепегнулся через руль, дотянулся до раскачивающегося перед лицом мушкетного дула. Схватив его, вырвал из рук гремлина и с силой врезал тому прикладом по голове. Ничего хорошего подобный удар не сулит, особенно когда его наносит разъяренный варвар. Гремлин запрокинул голову и больше не шевелился. Йог оттолкнул его в сторону, и он быстро остался позади.

Больше Йог не старался улететь. Роли поменялись. Он метался по небу, догоняя и сминая стрелков. Один из них ухитрился перед самым носом у Йога взлететь вверх и вцепиться в шар Пегаса. Он уже замахивался ножом, когда Йог, цепляясь за канаты, словно опытный моряк, вскарабкался наверх и одним ударом сбросил его. Гремлина отбросила с такой силой, словно в него врезался таран. Умер он мгновенно. Удары Йог наносил не щадя сил.

Снизу, сквозь завесу дыма, поднимались новые стрелки на воздушных шарах. На этот раз их было слишком много.

Йог, рискуя свалиться вниз, дотянулся до мертвого гремлина. Подтянув к себе, перерезал веревки его шара, вырвал пропеллер в ранце. Перехватив труп вместе с ранцем, проворно вернулся в седло.

Вокруг засвистели пули. Йог прикрылся мертвым гремлином как щитом. Выжимая ногой педаль, он принялся торопливо осваивать паро-мушкет.

Несколько пуль со шлепками попали в живой (вернее, мертвый) щит.

Йог пригляделся к стрелкам и выяснил, какой рычажок заряжает новый шарик по трубке из рюкзака. Торопливо перещелкнул затвор, прицелился и первым же выстрелом проделал дырку во лбу одного из приближающихся гремлинов.

- Отличная штука! - прокричал он окружавшим его врагам.

Заложив вираж, выстрелил в ближайшего гремлина. Промахнулся. Быстро дослал новый шарик и на этот раз попал. Гремлин дернулся, его кривое лицо исказила гримаса боли; он выронил мушкет, повисший на трубках, несколько раз дернулся, пока жизнь стремительно покидала тело, и безжизненно обвис.

Несколькими выстрелами расчиситив себе путь и отстреливаясь на ходу, Йог взял курс на замок.