Вампир. Глава 22⁠⁠

Человеческие тела покачивались, подвешенные к потолку на цепях, словно свиные туши. Ногами кверху. Шеи обнажённых девушек были вспороты. Лица их покрылись красной коркой кровавых ручьёв, а волосы слиплись в одну большую мерзкую сосульку. Кровь сливалась из артерий в блестящие тазики. Тела были почти обескровлены. Девушки – давно мертвы.

Туча мух вылетела из двери, отчего гости отшатнулись. Гнилостный смрад. Перед Септимусом показался мужчина в замызганном пальто. Густая чёрная борода, густые свисающие по краям брови. И болезненно бледное лицо со спокойными ничего не выражающими акульими глазами. Олегу от одного этого нечеловеческого взгляда сделалось не по себе.

Вампиры начали разговор на латыни.

– Чего припёрся? – спросил Бьёрн грозным голосом. Олегу приготовился к битве, положив ладонь на рукоять нового клевца.

Бьёрн был древним вампиром, давно утратившим свою человечность, он так и излучал опасность.

– А где вежливое приветствие? – спросил Септимус. – Судьи настолько часто ходят к тебе в гости, что ты обнаглел?

– В моём логове Судьям не место.

– Это не тебе решать, Мясник.

– Не тебе называть меня Мясником, душегуб. Скольких вампиров ты разрубил на прошлой неделе, римский палач?

– Не правильно ты завязал разговор со мной. Я пришёл с вопросами, от ответов на которые будет зависеть твоя дальнейшая судьба.

– Тогда задавай их побыстрее, у меня дела.

– Не пригласишь нас в дом?

– Нет. Ты останешься на пороге.

Септимус ничего не ответил.

Он просто шагнул вперёд.

Олег едва ли не выхватил свой меч – с мыслью, зачем же Судья снова нарывается?

Но Бьёрн вдруг попятился.

Септимус не вёл себя учтиво, как завещал своим подчинённым. Или он просто сам потерял терпение от настолько хамского к себе отношения?

– Эй, что ты удумал?! – только и спросил Бьёрн. Он не собирался нападать на Судью, иначе сделал бы это сразу, как только тот шагнул через порог.

– Осмотрите дом, – приказал Септимус своим бойцам. И те ринулись в многочисленные комнаты и коридоры.

Бьёрн не стал возражать – просто махнул рукой. И показывать Септимусу своё возмущение тоже не стал. Смирился.

Полутёмки. Висящие трупы. Тошнотворные запахи гнили. Олег внимательно глядел под ноги, чтобы не наступить в потроха, валявшиеся всюду.

Этот Бьёрн – настоящий псих. Сумасшедший психопат. Он точно в чём-то замешан!

Лампы горели лишь местами, оставляя большинство закутков в тенях. Стены хранили отпечатки окровавленных ладоней, а пол – следы от ногтей, будто кого-то тащили против воли.

Олег старался побыстрей соображать – даже несмотря на то, что обстановка внутри дома не очень тому способствовала. Он организовал своих бойцов на осмотр, внимательно послеживая, чтобы никто не отлынивал и при этом не попал во внезапную ловушку или в засаду.

Но в доме никого не оказалось – только убитые девушки. Никого из живых тоже не нашли.

Кира и Даша ужасались всему, что видели – дрожали и блевали пустотой. Катерина и Снег молчали, прикрывая носы платками. Евдокимыч раздавал поручения через Олега и, кажется, тоже был готов к тому, что бой начнётся в любую секунду.

Они переворачивали матрасы, раскрывали шкафы, выдвигали ящики.

Что именно они искали? Вероятно, поймут это в процессе. Но ничего подозрительно не нашлось, если не считать кучи трупов, гниющих потрохов, фигурок, вырезанных из человеческих костей, и странной уродливой статуи в большом зале – на самом деле оказавшейся не статуей, а многоножкой, сплетённой из трупов с идеально содранной кожей.

– Безумные анатомические шедевры, – констатировал Снег.

Киру и Дашу снова вывернуло пустотой. Евдокимыч, увидев статую, сразу спустился вниз с грозным видом.

– На кой тебе сшитые и бальзамированные химеры?! – спросил он Бьёрна голосом чекиста, пытающегося раскусить очередного врага народа.

– Я – скульптор, – невозмутимо ответил Бьёрн. – Знаменитый скульптор. Ты что, не слышал моего имени? Или ты пытаешься обвинить меня в занятиях некромантией?

– Я этого не говорил, ты сам себя сдал! Зачем ты подвешиваешь трупы? Кровопускание – это подозрительно! Кровопускание и химера! Всё это вместе – очень, мать твою, подозрительно!

– Я просто люблю коктейли, – ответил всё так же невозмутимо и искренне Бьёрн. – Смешиваю разные группы крови. Можешь даже проверить, если не веришь. Первые – с четвёртой. Ещё свежие. Это очень вкусно! Особенно с примесью ужаса замученных жертв – адреналин ещё не до конца распался в их крови, он поменял её вкус и придал ей особенных сил – это молодит не только…

– Он говорит правду, – неожиданно вступился Снег. – Мы не обнаружили никаких следов ритуалов. И людей здесь тоже нет, которые могли бы проводить эти самые ритуалы. Я не чую специфических ароматов. Всё это выглядит подозрительно, но и всё на этом. Да и Химера, Евдокимыч, явно неэффективная – она сшита без учёта биомеханики. Поверь мне, я не раз видел творения настоящих некромантов. Сразу видно – эта скульптура только для красоты. Для искусства.

– Оценил? – вдруг спросил Бьёрн с некоторой надеждой в голосе. – Как тебе?

– Как всегда – ужасающе. В хорошем смысле. Ты неповторим в своей безумной поэзии.

– Благодарю за приятные слова! Я как раз работаю над новым шедевром, и надеюсь закончить в конце месяца – приходи. Тебе, ценителю, покажу бесплатно.

– Сочту за честь. Но ничего не обещаю. Времена нынче непростые…

– Откуда эти девушки? – буркнул Септимус, указывая на трупы.

– Работорговля. Будто ты не знаешь, чем промышляет мой клан? Лицензия от Организации у меня тоже имеется.

– Где же все остальные твои вампиры?

– Гуляют. Я им не мамка! И я люблю одиночество.

– Ты видел Семеркета?

– Как резко ты переводишь темы. Я уж думал мы дружески общаемся, без подозрений.

– Отвечай.

– Меня уже допрашивали люди святого блондинчика. Тебе-то что надо? Думаешь, я скажу что-то новое?

– Мне плевать, что делали люди. Отвечай на мои вопросы. Ты видел Семеркета?

– Видел.

– Тогда почему ты ответил людям, что не видел?

– Потому что они – люди?

– Значит ты повёл их по ложному следу намеренно? Ты снова перешёл на сторону Движения? Ты помогаешь Семеркету?

– Нет. Я не идиот. Я люблю жизнь. И не люблю людей блондинчика. Да и это ничего бы им не дало. Они и без меня поняли, что это был Семеркет. Он попал на одну из камер.

– И что ты сделал, когда увидел его?

– Преклонил колено, приложив к сердцу руку. А что ещё сделать вампиру, уважающему себя и Первых?!

– Остановить его, например. Ты достаточно силён, ведь ты плавал на Драккаре Смерти. Я думал, это была хорошая школа.

– Я уважаю Первых именно потому, что плавал с одним из них. Без них мир наш был бы дерьмом.

– Вот увидишь, скоро этот мир станет дерьмом благодаря этому Семеркету… Что ты забыл в штаб-квартире Марка?

– Я бежал к нему на помощь.

– Помощь? Как это мило. С каких это пор ты начал водить дружбу с людьми, тем более со Спонсорами? Ты что, пытаешься лгать мне? Что ты делал в штаб-квартире на самом деле?! Ты прибежал туда одним из первых. А ты не любитель выходить из своей проклятой залитой кровью и потрохами смрадной хижины. Снова скажешь – совпадение?

– Это моё логово, и я тебя сюда не звал. У меня своеобразное ощущение уюта и комфорта. Может быть, и небольшая профессиональная деформация – так мне сказал психолог, поимела бы его Изнанка. Но свободное дитя Мары я, в конце концов, или примитивный смертный?

– Не переводи тему! Зачем ты туда прибежал?

– Я услышал звон мечей. В штабе-квартире Спонсора. И понял, что это – шанс хорошенько размяться, достав свой любимый топор. Но когда я туда добежал – всё уже было закончено.

– Ты шёл помочь угробить Спонсора?

– Как ты можешь так обо мне подумать?

– Легко и просто. Куда ушёл Семеркет?

– В сторону светлой горы.

– Он не телепортировался?

– Нет. Он был на ногах. Думаешь, он умеет телепортироваться?

– Сколько их было?

– Трое. Но остальных я не знаю. Впервые увидел. Семеркет открыл методы телепорта?

– Не твоё дело… Судьям ты сказал то же самое?

– Нет. Я честен только с тобой, Септимус.

– Потому, что Семекрет уже ушёл достаточно далеко?

– Нет. Потому что я тебя уважаю, – Бьёрн криво усмехнулся.

– Куда он направился?

– В сторону светлой горы.

– Я не об этом. Что задумал Семеркет и каковы его дальнейшие планы?

– Ты с ума сошёл?! Я с ним даже словом не обмолвился!

– Почему ты сразу так занервничал?

– Потому что я тебя знаю: сначала подозреваешь, а потом – казнь. Ты – палач. Потому и нервничаю. Не хочется мне с тобой драться насмерть.

– Тогда говори только правду.

– Я не участвую в Движении! Я не знаю о планах Семеркета! Я вообще  – живу тихую спокойную жизнь. Я даже со своим амфитеатром завязал! Что вам ещё надо, душегубы? Чтобы я каждый день ползал на коленях в раскаянии потому, что когда-то был на стороне Движения? Так и ты, Септимус, был на нашей стороне когда-то! Не воевал же ты за людей, когда они насаживали нас на колья и сжигали под лучами солнца! Что за вздор, да у тебя деменция!

– Это всё было в прошлом.

– Так и я – в прошлом!

Септимус внимательно присмотрелся к Бьёрну.

– Выкладывай всё, что знаешь.

– Семеркет пришёл, убил Спонсора. Потом сделал ноги и оставил вас всех с носом. Всё.

– Кто выдал местоположение Спонсора? Это кто-то из местных?

– Боже, я думаю это могло произойти случайно! Кто-то открыл свою пасть там, где не следовало это делать – их подслушали или прочитали где-то в Сети. И всё!

– А я думаю, что Движение пустило корни в этом городе.

– Может быть, я ведь не об этом! Не обязательно, что где-то в окружении Спонсора сидели предатели. За ними всеми просто могли вести наблюдение. И тогда вы допросами точно ничего здесь не добьётесь. Организация ничего не добилась. А это значит, что моя версия – ближе всего к истине. За ними следили шпионы, и вам нужно не меня пытать, а найти этих самых шпионов. И через них уже выйти на Семеркета…

Группа Септимуса, не найдя в доме ничего подозрительного, покинула страшное логово – за их спинами захлопнулась дверь, и послышалась приглушённая ругань на непонятном языке, который даже наушник перевести был не в силах.

То был, кажется, очень древний вампир. Вампир, совсем утративший человечность, но по какой-то причине не уничтоженный Спонсорами.

– Почему его не казнили за всё это? – шепотом спросила Даша. – По законам?

– Законы существуют только для тех, у кого мало денег и нет власти, – ответил Олег.

– Он много бед принёс вампирскому роду, – сказал Септимус, обратившись к новичкам. – Именно из-за таких как Бьёрн, мы должны соблюдать законы, и внимательно следить за теми, кого принимаем в вампирский род. Если переживёте контракт и захотите кого-то обратить – хорошо подумайте. Достоин ли этот человек вечности? Принесёт он в этот кошмарный мир пользу? Или один только вред?

Остаток дня отряд Септимуса допрашивал всех, кто хоть как-то контактировал с убитым Спонсором, и кто видел бойню.

Местным Судьям не удалось догнать фараона – они вообще сказали, что им не удалось выследить его запах. Семеркет его каким-то образом скрыл. Но фараон уходил не при помощи телепорта. Если бы тот знал, как использовать телепорт… то мир бы вряд ли был тем же, что и сейчас. Война бы приобрела совершенно иной размах, и Авалонис не чувствовал бы себя столь же хорошо.

В первый же день отряд Септимуса закончил все дела. Они забрались в тупик. Семеркет ушёл, не оставив следов.

Олег был к этому готов, примерно этого он и ожидал от поездки сюда, но всё равно оказался разочарован. Как же им тогда победить древнего фараона? Неужели придётся ждать отмашки из Авалониса?

Септимус приказал своим рабам отдыхать в их новой Резиденции, а сам отправился со «сворой» к местным царькам.

Олег стал командиром «мясной группы», и теперь настало время заняться своими бойцами. Он ещё недостаточно хорошо познакомился с новыми вампирами, а поэтому решил тут же наверстать упущенное, когда они собрались у полыхающего камина в гостиной, расположившись в удобных креслах.

– Расскажите о своих сильных сторонах. Только без вранья или скромности. Начнём с тебя, Паоло.

– Я – художник-живописец. Пожалуй, это лучшее, что я умею.

– Очень похвально, но я имел ввиду сражения.

Паоло пожал плечами.

– Владею рапирой. Метко стреляю из кулеврины – один из лучших в Италии в этом деле. Мне не было равных.

– Кулеврина? Это что такое?

– Пушка. Времён шестнадцатого века.

Олег похлопал глазами. А они ведь рассказывали про хороший боевой опыт. Только вот Олег тогда не уточнил – какой именно. Средневековые побоища вряд ли имели сейчас большую ценность…

– Хорошо. Допустим. Рикардо, а ты?

– Я умею всё, – сказал он. – Я был наёмником. В Чёрном Отряде, под руководством Джованни Медичи. Вплоть до сдачи имперцам, где нас и обратили. С тех пор я стал вампиром, но воевать не бросил. Война с турками. Войны между католиками и протестантами. Наполеоновские войны… Я воевал везде, где мне платили. И вот теперь я здесь.

– Теперь я понимаю, почему ты был удивлён моему назначению на командирскую должность, – грустно посмеялся Олег. – Я рад, что хотя бы кто-то в нашей группе настолько крут.

– Паоло тоже крут. Он просто шутник. Со своеобразным юмором. Но он и вправду лучший стрелок из кулеврин. Но не только.

Паоло возмутился, что Рикардо испортил его шутку, но вздохнул и стал рассказывать.

– И всё равно я давно не воевал! Как и Рикардо, кстати. Последняя наша война – это Вторая Мировая. Последняя Война Крови. С тех пор война изменилась серьёзно. Поэтому мы можем отставать в чём-то от современных тенденций.

– Во Второй Мировой вы бились с восставшими?

– Мы и были восставшими.

– Интересно. И вас вернули в общество? Даже несмотря на то, что вы были в Движении? – удивился Олег.

– Война – это когда несколько десятков демонов в человекоподобном обличии ведут тысячи и миллионы обывателей на убой, разжигая среди них такую вражду, что они будут согласны убить или покалечить тех, кого видят впервые, – вдруг принялся философствовать Рикардо. – И если ты в войне лично не заинтересован – что скорее всего так и есть, ведь сам ты вряд ли начинал какую-то войну – то когда она началась лучше не отсвечивать, не сильно отличаться от толпы, но при этом всём и не совершать серьёзных и непростительных проступков. Иначе можешь вдруг оказаться на стороне проигравших. И ждут вас гильотины. Мы оказались на стороне проигравших. Но мы были чисты. Очередное массовое безумие завершилось очередным перемирием. Миллионы трупов самоотверженных борцов за правду героически сгнили в полях при битвах за очередные курятники, а мы продолжили жить, как ни в чём не бывало, и наслаждаться закатами, рассветами и звёздами над головой – это уж точно дороже каких бы-то ни было, так называемых, «идей». Особенно если эти самые «идеи» подразумевают риск собственной шкурой… На этой войне мы с Паоло и закончили. Наверное, это и называется старостью.

– Вот как. Звучит так, будто вас заставляли воевать на стороне Движения.

– Отчасти это так. Но и в Движении есть здравое зерно. Историю пишут победители, а нам таковыми стать не посчастливилось.

– А ты, Никита? – обратился Олег к русскому. – Выглядишь молодо и говоришь мало. Ты не слишком старый вампир?

– Смотря с кем сравнивать, начальник, – сказал Никита. –  В душе – молодой. Почти ребятёнок, что! А воевал со времён Ивана Грозного, царствие ему небесное, – перекрестился Никита. – Ливонцы обратили, супротив воли. А потом я бояр вешал на радость народу, по приказу царя-батюшки. Пока ляхи не пришли, а за ними и душегубы Романовы. Тогда-то мне и досталось за опричное прошлое – в бега подался на Смуте, многое пришлось пережить… Больше всего я люблю – бердыши. Надёжное оружие. Лучше бердыша нет ничего.

– В Движении воевал?

– Нет! На стороне наших был всегда.

– Юлия? Теперь и ты про себя расскажи.

– Я не солдат. Я политик. Делец. Но за себя постоять умею, – сказала она. – А ты сам-то – кто?

– Я? Инженер-проектировщик, завербованный в Организацию, а затем обращённый в вампира. По сравнению с вами – ничего необычного.

Когда все дела были закончены, когда все они немного лучше познакомились между собой – Олег решил уединиться в одной из комнат, которую посчитал «своей». То была самая дальняя и тихая спальня.

– Чего ты там решил делать? Один? – спросила Даша и подмигнула. – Может тебе помочь, Олег?

– Хочу уединиться. Многое нужно обдумать, – Олег не стал рассказывать всей правды. Всё равно ведь не поймут.

Семеркет ускользнул от них.

Отряд Судьи будет по большей части бездельничать, ожидая момента, когда Семеркет соизволит появиться в какой-то очередной точке планеты. Достать его по-другому и застать врасплох – невозможно даже обладая ресурсами Организации, чего уж говорить про собственные попытки играть в детективов? Дело безнадёжное.

Но и сама Организация обладает недостаточным количеством ресурсов – она знает, как выяснил Олег, далеко не всё.

На это он и решил напирать изо всех сил. Нужно было узнать всё самому.

Если плохо боксируешь – лупи по яйцам; или как там выражаются в безвыходных ситуациях, когда нужно кардинально поменять свой подход к делу, чтобы добиться результата?

Заперев дверь, Олег уселся на пол в позу лотоса – впервые с тех пор, как стал вампиром.

Когда-то он забросил медитации потому что решил, что если вампирам недоступен Ясный Свет, испепеляющий душевные болезни и астральных паразитов, то и отпадает всякий смысл заниматься практикой. Сновидцем ему не быть – это правда,  ведь вампиры не спят.

Но и вампиры и люди – мыслящие существа. А суть медитации – в избавлении от цепляния за мысли и эмоции, что ведёт не только к свету ниммиты, преобразуемой в Ясный Свет, но и к душевному равновесию, спокойствию.

Хоть и не это было основной целью Олега.

Сейчас он хотел узнать, насколько успешно ему удастся проникнуть в глубины собственного вампирского разума? И есть ли вообще разница между человеческим сознанием и вампирским?

Олег давно не сидел в медитации, но первое различие он обнаружил сразу же. Все чувства и ощущения были гораздо ярче. Поэтому момент очищения разума от мыслей произошёл до удивительного быстро.

Олег погрузился в безмолвие.

Тонкое приятное чувство окутало его полностью – то, что всегда почему-то забывается беспокойным разумом, а ведь не будь дофаминовые центры столь же голодными и жаждущими чего угодно, даже самого плохого, лишь бы  тело не сидело на одном месте часами – Олег просидел бы в этой позе лотоса хоть всю оставшуюся бесконечность времён…

Септимус был прав, когда заявлял, что вампирские тысячелетия Семеркета имеют огромное значение. Это серьёзнее того, что могут достигнуть люди, открывшие бессмертие не так уж и давно по историческим меркам.

Однако Септимус не учёл пару феноменов – Просачивания и Интеграции. Знал ли он о них вообще?

Поездка в Авалонис не прошла без пользы, хоть и рано ещё было делить шкуру неубитого медведя. Многое скрывалось в тени незнания, но дорогу осилит идущий.

Интеграция позволит вспомнить предыдущие жизни? А как насчёт накинуть к своему опыту по паре сотен лет? Звучит недурно.

К тому же в одном из своих воплощений Олег был другом некоего Аши Друджа – таинственного мудреца, похоже, в совершенстве познавшего законы вселенной.

Достучаться до желаемого можно было либо через предсмертные состояния, чего Олег делать не хотел, либо через упорную духовную практику, как он уже делал это раньше, под руководством Данилы Карпова – одного из лучших сновидцев Организации, когда пришлось залечивать нервы после Загорска…

Резкий толчок по всему телу.

Охотничья кибитка посреди страшной ночной тайги. Мёртвый пёс, молчаливо и покорно сопровождал его везде и всюду.

Сердце почему-то колотилось, будто в ужасе.

Руки тряслись от страха.

Зверь проломил окно в избе, но не дотянулся когтями до лежанки вмиг проснувшегося охотника, тут же давшего отпор в кромешной темноте топором наотмашь – медведь был вынужден отступить.

Но теперь зверь не позволит ему спокойно жить, спокойно спать. Медведь пробудился посреди зимы и теперь кружил где-то в черноте неподалёку, ломая сухие ветки и скрипя снегом под лапами.

Он очень голоден и он уже учуял запах человечины…

Олег с ужасом осознал, что провалился в свою прошлую жизнь.

По-настоящему.

Глубоко.

И окончательно.

Он испугался этого. Настолько глубоких погружений, где он бы полностью осознавал иллюзорность происходящего, у него ещё не было. Ощущения были такими, будто сном была не кибитка и не мёртвый пёс под ногами, а Рьюнак и беседа у камина в гостиной. Всего этого теперь не существовало. Всего этого никогда не существовало…

И хуже всего был вовсе не зверь в кустах.

Олег не мог вернуться назад. В свою безопасную комнату – как бы он ни пытался это сделать.

*

Теневым Спонсорам сегодняшней главы выражаю благодарность!

Евгений Д. 1000р "Серия Олега топ" Ответ: рад, что хоть кому то нравится)

Елена Александровна 213р

Мой телеграм канал: https://t.me/emir_radrigez

Вампир на АТ: https://author.today/work/529651