Условно безвредна. Часть 7 (финал)⁠⁠

- Ты все?

- Я все.

- И что теперь?

- Ждать.

- Чайку?

- Голубя, - Серега криво ухмыльнулся.

- Может объяснишь в чем соль этой дурацкой шутки?

И он объяснил, пока мы шли на камбуз ставить чайник. А когда расселись по привычным стульям в кают-компании, я подался вперед и оперев локти о стол продолжил прерванный когда-то разговор:

- Я хочу знать, кто такой Змей, о котором говорил Паша. Это группа лиц? Так? Как их зовут?

- Нет, ты не хочешь знать, кто такой Змей, - с этими словами Серега провел двумя пальцами по воздуху в плоскости параллельной столу.

- Нет я хочу знать!

- Нет ты не хочешь знать, - тот же жест.

- Да что ты руками машешь, как джедай какой… черт! А что я сейчас ляпнул?! Какой джидайя?! Джи.. же… жа…

- Началось, - констатировал Серега.

Я оказался в кабине космического грузовика класса «Светлячок». «Электромагнитный импульс! Хватайтесь за что сможете!» – прокричал капитан корабля.

Мир завертелся, закрутился центрифугой, и мои внутренности стало корежить навалившейся перегрузкой.

Я вырубился. Темнота. Открываю глаза. Голова раскалывается, как с похмелья. Бар, кажется возле моего дома. Слышу разговор:

- Сэр, а вы и правда считаете, что будет конец света?

- Да.

- И что нам делать? Может быть надеть на голову бумажный пакет и лечь на пол? Нам про это в армии рассказывали.

- Оденьте, лягте.

- А это поможет?

- Нет.

Темнота. Отрубаюсь.

- Коты на крышах, коты герои, изъедены сифилисом и геморроем. Кошки с поднятыми кверху хвостами празднуют славный разврат вместе с нами. – напевает до ненависти жизнерадостный голос.

- Где… где я… - кое как распечатываю спекшийся от жажды рот.

- В лавке Черная дыра, где ж еще?

Темнота, забвение. Я снова в кают копании нашей станции.

- Ооох, - стону я.

- Уууф, - стонет рядом Серега.

- Что это… куда меня телепорти…

Темнота. Забвение. Мостик космического корабля. Вся команда в анабиозных камерах, в сознании только пилот за штурвалом.

- Корабль «Фомальгаут». Говорит адмирал военного Юпитерианского флота. Заглушите реакторы и откройте стыковочные шлюзы для принятия на борт абордажной команды. Это приказ, - разносится из динамиков по всему мостику.

- Смотри, что сейчас будет – пилот поворачивается ко мне, затем показывает средний палец в левое обзорное окно, за которым виднеется гигантская туша другого космического корабля.

Меня откидывает назад от резкого ускорения, которое придал своему кораблю пилот, но в долю секунды «до» я замечаю яркую вспышку в окне - взрыв на другом корабле.

- Иногда все-таки надо говорить «нет», - заявляет пилот нашего корабля, вновь обернувшись и ехидно хихикая.

Темнота. Забвение. Меня обнуляет. Меня нет. Я стерт.

Небо закрыто грязно-мерзкими тучами. Они висят так низко, словно тебя кто-то съел и ты наблюдаешь стенки его желудка изнутри. Я стою в первых рядах какой-то толпы.

- За Фродо! – орет мужик стоящий перед толпой.

Темнота. Забвение.

Снова кают-компания.

- В этот раз полегче, а? – подмигивает Серега.

- Ты что-то подмешал в чай?!

- Нет. Я включил перезагрузку проекта «Земля». Сейчас мы обнуляем его до базового состояния. Экраны станции не могут сдержать всего напора высвобождающейся энергии и нас так и будет швырять по чужим мыслям, воспоминания, эмоциям. Они не реальны. Это иллюзии. Надо немного потерпеть и все устаканится.

- Какие же это иллюзии, если со мной там разговаривали, меня там видели.

- Тебя? С тобой? Или с тем, кто зачерпнул так много энергии, и придал ей такую зримую форму, что она, при освобождении пробила щиты нашей станции?

Меня снова зашвырнуло в «иллюзии».

- Дональд Шимода, - паренек стоявший перед красивым белым бипланом протянул мне руку, знакомясь.

Темнота. Забвение.

- Я ведь привожу сюда таких же, как я — несчастных, замученных. Им не на что больше надеяться, а я могу — понимаете? И от счастья плакать готов, что могу им помочь. Ничего не хочу больше. – рыдая объясняет мне бритый под ноль худощавый мужик.

Темнота. Забвение.

- Полиция времени. Куда вы везете эти ружья?!

- На Марафонское сражение. Я считаю, что греки должны победить персов.

Темнота. Забвение. Пустота.

Их еще много было, таких переключений. Я пил в Вальхалле, катался на единорогах, летал на драконах, танцевал на балах во дворцах и замках, погибал в космосе, воскресал под дланью некромантов. Даже был какой-то тенью отца какого-то Гамлета, что это бы ни значило. Оказываясь внутри иллюзии я четко понимал, где нахожусь, кто рядом со мной, и что происходит. Но потом эти знания исчезали из моей памяти, оставляя лишь невнятные клочки кривых набросков.

Одно из видений задержалось особенно надолго. Я просто висел посреди черного непроглядного пространства. Безумно интересно, но ничего не понятно.

- Ты тут? – донесся до меня голос Сереги.

- Ага, - отозвался я.

Это была первая иллюзия в которой мы оказались одновременно. Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем сюжет этой странной киноленты сдвинулся с мертвой точки.

Но вдруг где-то далеко-далеко загорелось маленькое пятнышко света. Пятнышко приближалось, увеличивалось в размерах. Свет, который оно излучало становился все ярче и ярче. Если бы я видел его своими настоящими глазами, а не через призму иллюзий, я бы уже наверное ослеп. Вскоре стало понятно, что это не плоский объект, что это сфера. Сфера дрогнула, а затем расплелась миллиардом миллиардов световых нитей, который тепло-острыми лучами пронзили все обозримое пространство.

- Модуль инженера, - прошептал я, - откуда он здесь… в иллюзорном прошлом? Разве в то время существовал кто-то, кто мог его запомнить и вписать энергию воспоминаний о нем в реальность? Ведь и реальности тогда еще не существовало!

Лучи переплетались, собирались в жгуты, становились материальнее, образовывая нити, из которых потом будет сплетаться ткань материи.

- Это уже не иллюзии. Мы пришли к началу. Проект «Земля» готовится сделать свой первый вдох.

- Но мы же на станции. Ловим иллюзорные глюки.

- А ты не помнишь?

- Нет.

- Впрочем, как всегда, звезд ты с неба явно не хватаешь, - ответил Серега, а потом добавил едва слышно, - ну что ж, может быть в этот раз повезет…