Станция 7⁠⁠

Серия "Колония"

Утро после кислотного тумана было тихим, но липким. Ущелье пропиталось запахом горелого металла, и река, казалось, стала ещё мутнее. Т’кел стоял у входа в хижину, глядя на свежую кость и лужицу светящейся слизи у порога. Шепот, что мучил его ночью, затих, но чувство тревоги не отпускало. Он сжал винтовку, стараясь сосредоточиться на настоящем. *Держись…* — подумал он, прогоняя воспоминания о ночных видениях. Сканер, лежащий у костра, мигнул в последний раз и замолк. Батарея умерла.

Т’кел глубоко вздохнул, отстегнул ремень винтовки и тихо сказал: “Идём к станции”, когда все собрались у потухшего костра. Его голос звучал твёрже, чем он чувствовал. — Без сканера мы слепы. Там могут быть фильтры, батареи, инструменты. Мы не выживем, если будем сидеть здесь.

З’ира, всё ещё бледная, сжала мешок с железокорнем. — А если туман вернётся? Или то, что оставляет эти кости… — Она бросила взгляд на реку, её пальцы задрожали.

М’лис, перевязывая порезанный палец, кивнула. — Я иду. Оставаться здесь одна я не буду. Если идём, то все. — Её голос был твёрд, но глаза выдавали усталость.

Ч’аро сплюнул, потирая ссадину на ладони. — Три километра — не так далеко. Но если там ничего нет, мы зря потратим силы. — Он посмотрел на Т’кела, ожидая возражений, но их не последовало.

Ш’аас пожал плечами. — Лучше рискнуть, чем ждать, пока шипохвосты или что похуже придут сюда. Я поведу.

Никто не спорил. После ночного тумана группа чувствовала себя уязвимой, но сидеть на месте было хуже. Они собрали небольшой запас: бурдюки с водой, немного железокорня и горьколиста. Винтовки у Т’кела и Ш’ааса, пистолет у М’лис, костяные ножи у всех. Сканер, хоть и мёртвый, М’лис взяла с собой — вдруг удастся оживить.

Путь вёл вдоль реки. Группа двигалась осторожно, обходя заросли горьколиста и следы шипохвостов. Река шумела, глухие удары капель, оставшихся после тумана, падали с камней на металл обломков, разбросанных вдоль берега, создавая ритмичный, но тревожный фон. Где-то вдали раздался резкий крик местной птицы — хриплый, почти механический, как будто её горло было из ржавого железа. Воздух был тяжёлым, с запахом ржавчины, но багровое небо, скрытое за облаками, давало достаточно света, чтобы идти. Шепот, что терзал Т’кела, молчал. Слизи тоже не было видно, и это пугало ещё больше — как будто что-то затаилось, выжидая.

Через час они вышли к покосившемуся забору из ржавого металла, за которым виднелись остовы станции 7. Комплекс был небольшим: несколько приземистых зданий, соединённых трубами, и груды техники, давно разъеденной кислотными дождями. Машины, чьё назначение было неясно, торчали из земли, как кости древних зверей. Некоторые напоминали дроны, другие — фильтровальные системы, но всё покрыто коркой грязи и мха.

— Мы разделимся, — сказал Т’кел, когда они остановились у забора. — Я, Ш’аас и Ч’аро пойдём внутрь. З’ира, М’лис, осмотрите территорию снаружи. Ищите всё, что может пригодиться: еду, инструменты, батареи. Если что-то найдём, уходим сразу. Здесь оставаться нельзя.

З’ира кивнула, хотя её глаза бегали по сторонам. — Будьте осторожны. У меня плохое чувство. — Она сжала костяной нож и посмотрела на М’лис, ища поддержки.

М’лис похлопала её по плечу. — Мы справимся. Если что, кричи. — Она проверила пистолет и двинулась к ближайшему остову техники.

Мужчины вошли в главное здание через пролом в стене. Внутри было душно, воздух пропитался едким запахом плесени, ржавчины и чего-то химического, от чего першило в горле. Каждый шаг отдавался гулким эхом, а редкие капли влаги, скопившиеся на потолке, падали на пол с глухим звуком, усиливая ощущение замкнутости. На входе их встретили следы старого боя: сломанные турели, опалённые стены, продырявленные поверхности. Ч’аро присвистнул, осматривая обугленный металл. — Здесь дрались. И не с шипохвостами. Это что-то большее.

Ш’аас ткнул ножом в обугленный след на полу. — Не кривоноги. Следы когтей… другие. Больше похоже на… — Он замолчал, не находя слов, но его лицо стало мрачнее.

Они двинулись глубже, освещая путь слабым фонариком, который М’лис вытащила из сканера перед походом. В одном из помещений они нашли запас оружия: несколько автоматов странной конструкции, без видимых магазинов. Т’кел взял один, изучая гладкий корпус. — Энергетическое, — сказал он, вспоминая обрывки знаний предков. — Патроны не нужны. Но заряд… кто знает, сколько осталось.

Ш’аас взял второй автомат, но держал его с опаской. — Пока не стреляем. Если оно взорвётся в руках, нам конец. — Он убрал оружие за спину, оставив винтовку наготове.

В соседней комнате они нашли разрушенный кабинет, напоминающий операторскую. Ржавые терминалы, разбитые экраны, но на столе в углу, в беспорядке лежали инструменты: универсальный резак, анализатор почвы, несколько датчиков. Ч’аро сгрёб всё в мешок, ворча: — Это уже что-то. Если починить, можно воду лучше фильтровать.

Т’кел замер, осматривая комнату. На стене, под слоем грязи, он заметил выцветшую карту. Зоны разломов были отмечены красным, и одна из них находилась совсем близко — в низине за станцией. Он сглотнул, чувствуя, как давление в висках нарастает. Шепот вернулся, приглушённый, едва слышимый, как шорох песка: *“…здесь… ближе…”* *Не дрогни…* — подумал Т’кел, стиснув зубы, и прогнал голос. Не сейчас.

Тем временем З’ира и М’лис обшаривали территорию снаружи. Ветер, дующий с реки, нёс кислотный запах, от которого щипало в носу, но он хотя бы разгонял духоту, царившую внутри станции. Редкие крики птиц, хриплые и далёкие, доносились из-за низины, добавляя тревоги. З’ира нашла низину за одним из зданий, где росли железокорень и горьколист. Она принялась выкапывать корни, шепча: — Три часа варки, и можно есть. — Её руки всё ещё дрожали, но работа успокаивала. Она старалась не смотреть на реку, что текла неподалёку.

М’лис исследовала остовы техники, и её усилия окупились. В одном из дронов она нашла два пистолета, похожих на те, что нашли мужчины, но меньше. Рядом лежали три батареи, каждая размером с ладонь, с тускло мигающими индикаторами. — Они ещё живы, — сказала она, взвешивая их в руке. — Колонизаторы строили на века. Эти батареи могут держать заряд десятилетиями.

З’ира обернулась, её глаза загорелись. — Они подойдут к сканеру? — Она подошла ближе, забыв на миг о своих страхах.

— Не только, — ответила М’лис, улыбнувшись впервые за день. — Их можно использовать для инструментов, света… может, даже для оружия, что найдут парни. — Она продолжила поиски и вскоре наткнулась на ржавый ящик с маркировкой. Внутри оказались две универсальные аптечки — наборы с гелями, бинтами и инъекторами, а также несколько аварийных пайков военного назначения. Пайки были в герметичных упаковках, и, судя по нетронутому виду, ещё съедобны.

— Это… это спасение, — прошептала З’ира, глядя на находки. Впервые за дни она почувствовала надежду. Они с М’лис начали складывать всё в мешки, двигаясь быстрее.

Внутри станции мужчины закончили осмотр. Т’кел всё ещё чувствовал давление в голове, но старался сосредоточиться на деле. Они собрали всё, что могли унести: автоматы, инструменты, несколько датчиков. Ч’аро, кряхтя, тащил мешок, ворча: — Если бы не этот бой, тут было бы больше. Но и так неплохо.

Ш’аас, идущий впереди, замер у выхода. — Вы это слышите? — Он повернулся к Т’келу, его глаза сузились.

Т’кел прислушался. Шепот стал громче, теперь зовущий, настойчивый, как зов ветра перед бурей: *“…сюда… идите… смотрите…”* Он посмотрел в сторону низины, где, по карте, была зона разлома. Воздух там дрожал, как от жара, хотя день был холодным. — Это… оттуда, — прошептал он.

Ч’аро выругался. — Хватит с нас мистики. Уходим, пока не началось. — Он двинулся к выходу, но Т’кел остановил его.

— Мы должны знать, — сказал он, его голос дрожал. — Если это зона разлома, она может быть опаснее тумана. Мы не можем просто уйти.

Ш’аас кивнул, хотя его лицо было мрачным. — Только быстро. Посмотрим и уходим. — Они вышли к женщинам, которые уже заканчивали сбор.

М’лис показала находки, и впервые за день группа почувствовала себя сильнее. — Батареи, аптечки, пайки, — сказала она, не скрывая облегчения. — Мы можем оживить сканер. И это… — Она подняла один из пистолетов. — Может, с батареями заработает.

З’ира, всё ещё сжимая мешок с железокорнем, посмотрела на Т’кела. — Вы нашли что-то? — Её голос был тихим, но в нём чувствовалась надежда.

Т’кел кивнул, показывая автоматы и инструменты. — Оружие. Инструменты. Карту. Но там… — Он указал на низину, где воздух дрожал. — Там что-то есть.

Группа собралась у края низины. Зона разлома была небольшой — круг диаметром метров десять, окружённый зарослями горьколиста. Земля в центре была треснутой, и из трещин вырывались искры, словно крошечные молнии, с тихим шипением. Воздух свистел, как будто его разрезали невидимые лезвия, а ржавые обломки техники вокруг гудели низким, вибрирующим звуком, от которого ныли зубы. Свечение, пробивающееся из трещин, стало ярче, пульсируя, как живое, и отбрасывало холодные блики на лица колонистов. Земля под ногами едва заметно дрожала, и далёкий крик птицы, резкий и отрывистый, разрезал тишину, заставив всех вздрогнуть. Шепот стал громче, но теперь его слышали все. Не слова, а чувство — как будто что-то звало их ближе.

З’ира отступила назад. — Я говорила, это старое. Не трогайте! — Её голос сорвался, но она не ушла, держась за М’лис.

М’лис, сжимая пистолет, посмотрела на Т’кела. — Сканер молчал про такое. Но если это зона… может, там есть ответы. Или смерть. — Она вставила одну из батарей в сканер, и он ожил, издав слабое жужжание и писк. Экран мигнул, показывая: “Аномалия. Энергетический всплеск. Опасность.”

Ш’аас ткнул ножом в землю у края зоны. — Это как яма у реки. Та же слизь, тот же свет. Но здесь… сильнее. — Он посмотрел на Т’кела. — Ты слышишь это, да?

Т’кел кивнул, его пальцы сжали винтовку. — Оно зовёт. Не словами. Чувством. — *Не дрогни…* — подумал он, глядя на пульсирующий свет. Он сделал шаг вперёд, но Ч’аро схватил его за плечо.

— Хватит, — рявкнул Ч’аро. — Мы нашли, что искали. Уходим, пока нас не сожрало! — Его голос дрожал, но в нём была решимость.

Т’кел посмотрел на группу. З’ира дрожала, но не отходила. М’лис сжимала сканер, готовая действовать. Ш’аас держал нож наготове. Впервые за дни они были вместе — не просто выживали, а работали как команда. Он кивнул. — Уходим. Но мы вернёмся. Когда будем готовы.

Обратный путь прошёл быстрее. Группа молчала, но в их молчании была новая сила. Они несли мешки с припасами, оружие, батареи. Сканер, оживший благодаря батарее, пищал, предупреждая о токсинах, но тумана пока не было. Река текла рядом, и Т’кел бросил на неё взгляд. Светящееся пятно мелькнуло в глубине, но шепот затих. Впервые за дни он почувствовал, что может дышать.

В лагере они сложили находки у хижины. М’лис тут же принялась подключать батареи к сканеру, проверяя его работу. З’ира сортировала железокорень, бормоча о трёх часах варки. Ч’аро осматривал инструменты, ворча, но с интересом. Ш’аас чистил нож, поглядывая на реку. Т’кел сел у костра, глядя на пламя. Шепот молчал, но он знал — это ненадолго.

Солнце скрылось за багровыми облаками, и ущелье погрузилось в сумрак. Лагерь ожил тихой суетой: группа готовилась ко сну, впервые за дни чувствуя слабую тень покоя. М’лис сидела у входа в хижину, разбирая сканер при свете костра. Она подключила одну из найденных батарей, и экран слабо засветился, выдавая обрывочные данные: “Стабильность… 72%… Аномалия… 3 км…” Она нахмурилась, но отложила прибор, решив заняться им утром. З’ира сортировала железокорень, отделяя корни для варки, её пальцы двигались медленно, но уверенно. Ч’аро укреплял каменную стену, ворча о том, что глина опять потрескалась. Ш’аас чистил костяной нож, сидя у костра, его глаза то и дело косились на реку, но светящихся пятен не было видно.

Т’кел помогал З’ире с корнями, но его мысли были где-то далеко. Он всё ещё чувствовал давление в висках, но шепот, что звучал у станции, затих. Это не успокаивало — скорее, казалось, что нечто выжидает, наблюдает. Он бросил взгляд на реку, но вода была мутной и неподвижной. *Держись…* — подумал он, выдавливая слабую улыбку. Находки — оружие, батареи, пайки — давали надежду, а сплочённость группы, пусть и хрупкая, грела лучше любого костра.

Когда последние приготовления были закончены, группа собралась в хижине. Костёр в жестяной бочке горел слабо, питаясь остатками горьколиста. М’лис раздала каждому по аварийному пайку — плотные брикеты с привкусом металла, но питательные. Впервые за недели они ели не только железокорень, и это придало сил. Ч’аро даже пошутил, что с такими запасами они скоро начнут строить новый модуль, но его смех быстро затих под взглядами остальных.

Один за другим колонисты устраивались на ночь. З’ира свернулась у стены, обхватив колени, её дыхание стало ровнее, но пальцы всё ещё сжимали мешок с травами. М’лис легла рядом со сканером, положив пистолет под руку. Ч’аро растянулся у входа, бормоча что-то о пещерах, которые он всё-таки найдёт. Ш’аас сидел у костра, дежуря первым, его нож поблёскивал в свете пламени.

Т’кел лёг на рваный кусок ткани, служивший подстилкой, и закрыл глаза. Усталость навалилась тяжёлым грузом, и он провалился в полусон, где реальность смешивалась с обрывками снов. Шепот вернулся, но теперь он был мягче, почти убаюкивающий, как шорох воды в реке: *“…для вас… ближе… мы… храним…”* Он не сопротивлялся — в этом состоянии шепот казался привычным, частью его самого, как дыхание или стук сердца. Но для тех, кто знает о яме, слизи и свете в реке, слова звучали зловеще, намекая на нечто большее. Голос был бесплотным, лишённым интонации, как будто сама планета говорила через трещины в земле: *“…не бойтесь… тепло… идите…”*

Каждое слово оставляло послевкусие тревоги, но Т’кел, погружённый в полусон, лишь глубже утопал в этом звуке, его лицо оставалось спокойным. Он не видел, как за стенами хижины, у самой реки, в воде мелькнуло слабое свечение, медленно поднимаясь к поверхности, а затем исчезло, будто растворившись в ночи.

Ш’аас, сидя у костра, вдруг напрягся. Он не слышал шепота, но почувствовал, как воздух стал тяжелее, словно кто-то смотрел из темноты. Он сжал нож и бросил взгляд на реку, но ничего не увидел. Только темнота и шорох воды. Он покачал головой, списав это на усталость, и добавил горьколиста в костёр. Пламя затрещало, и ночь снова стала тихой.