Сережина сегрегация⁠⁠

Был у меня одноклассник Сережа и во времена гормональных революций мы все разбрелись по разным субкультурам (я панковал, он пошел в уйат па). Каждый сходил с ума по-своему, неокрепшими хребтами пытались прогнуть этот изменчивый мир, Сережа носил гриндерсы с белыми шнурками, гонял по рынку азеров со старшаками и даже пару раз был схвачен за жопу милицией, но в виду беззаконного времени или безнаказанного возраста, собственно, предъявить ему ничего не смогли, чем укрепили его веру в белую силу. Даже одноклассница-полукровка Наташа не могла укрыться от его осуждающе-презренного взгляда, хоть и открытых конфликтов у них не было. Мама Наташи была татаркой, т.е по Серёжиной классификации она находилась между цыганами и неграми. Всё по геббельсу. Он шел, по-моему, даже правее самых ультраправых и ничто не могло поколебать его веру в истинность арийской расы. Время шло и Сережу я не видел с выпускного, но как-то занесло в соседний район и выходя из магазина, услышав окрик. Сначала подумал не мне, в следующую секунду я вспомнил этот голос, но обернувшись не узнал человека. Это был тот же Сережа, только апнутый на уровень скуфа. Со всеми нами случилась жизнь, разговорились. Оказалось, он с семьей живет загородом, а сюда чисто деньги со съема тещиной квартиры забрать. Стал сетовать, что, мол, развели чернозем вокруг, скоро белого лица не увидишь, они уже поют "Бишкек - звонят колокола, кишлак - златые купола" и всё в том же духе, но без былой юной злости, а как бы за державу обидно. А вот в наше время…, мы бы их…, да ты помнишь, как гоняли… Говорю: «Сереж, давно квартиру сдаешь?» Да, говорит, как тещу онкология скосила, уж года 4 сдаю, узбеки в 2 яруса живут, платят в срок, что ломают – чинят за свой счет, я и не лезу. Вот так сегрегация столкнулась с капитализмом, подумал я, и безоговорочно капитулировала. И если у него не возникали логические цепочки в голове, то и мне лезть с советами не стоило. Цыган, я, конечно, ненавижу, но 20 баксов, это 20 баксов.

Вот так и не повзрослев умерла последняя надежда белой России. Поболтали, что-то вспоминали и распрощались еще на 25 лет.

Морали нет, ни к чему не призываю, просто житейские истории.