Сансара⁠⁠

Летучий отряд неуловимых мстителей от продаж "Молодые Тинькоффцы" в нарядных серых жилетах и таких же лицах пытался поймать жертву на живца. Живец давно был не жилец, но процент от впаривания, в смысле наторгованного, создавал в рядах температуру и азарт.

Мальчики поактивнее, что в мирной жизни наверное считают себя сверхкоммуникабельными и, к несчастью, харизматичным, поочередно выпрыгивали на середину проходной лестницы торгового центра, как поплавки несгибаемого рыбака-фантазера, в надежде утащить к стойке с кассой хоть кого-нибудь неопривеченного.

"Денег, как же хочется денег",- читалось в их глазах, пока рот через натренерованную улыбку говорил речевку.

Я шла медленно, во мне переваривался салатик с печенью и прожитый день, первое как следствие второго. Хотелось спать, к морю и нахуй из этой реинкарнации, обычные будни, обычной женской женщины.

При виде меня табор инстинктивно зашевелился и выплюнул в атаку самого смелого. Или талантливого, или среднестатистического, или не сделавшего план.

Двухметровый дядя с лицом пупса из моего босоногой детства пошел на абордаж кадрилью. Я стояла на нижней ступени лестницы-ловушки, до предела задрав голову вверх, пока работник продвинутой корпорации исполнял ритуальный танец"позолоти ручку, всю правду скажу".

Спать хотелось все сильнее, салатик тошнил, толи от неудобной позы, толи от стыда за человечество. Но материнский инстинкт плотно пригвоздил меня к мраморной плитке. А вдруг когда-нибудь какая-то сердобольная тетя и моего сына так выслушает. Пока он будет ( прокляну!) рассказывать свободным ушам о том как наши корабли бороздят большой театр.

Пупс вошёл в раж. Ему хотелось диалога и моей вовлечённости. Я про себя, но матом вспомнила Сансару. Ну почему, почему не креветка и не в этой жизни. Снова мимо, снова по кругу. Салатик поднялся максимально высоко и подтвердил, счастья нет, но ответа на всякий случай ждите.

Чем больше затекала шея, тем меньше я слушала белый шум в сером жилете. Гуманитарная миссия стремилась стать невыполнимой.

Но и тут было место чуду.

Ребенок-переросток вдруг неожиданно все понял, а может у него просто кончился завод и ему пора было на подзарядку. К кассе, к своим, в гнездо, под крыло жёлтых плакатов.

Туда, где его обогреют и ободрять взглядом, плюнув синхронно мне в спину.

"Хорошего дня",- сказал он. И наметил очередную жертву.

Салатик с печенью наконец-то упал в родной отсек.

Креветка. Следующий раз только креветка.