Самый худший день. Убийство⁠⁠

Аннотация:Утром меня взяли в заложники, днем бросила девушка, а вечером лучший друг попросил убить.

Самое лучшее, что я умею делать, – это смотреть кино и обсуждать его. Я могу назвать вам причину, почему российский кинематограф находится в таком состоянии. Почему его опережают корейский и датский?

Хотите?

Легко!

У нас нет экспериментов. Все наши фильмы – это либо копирка с Голливуда, либо копирка с Европы. Причём очень скверная копирка. А нужны эксперименты.

Я люблю кино и каждое утро, сидя на планёрке, представляю, что буду смотреть вечером.

Но в этот день я пропустил планёрку, в этот день я поругался с девушкой, в этот день я тупо не думал о фильмах, пока не зашёл после работы в супермаркет и не увидел там попкорн.

Попкорн – кино – мозаика сложилась.

Я вспомнил, что ещё ни разу не смотрел Феллини, что хочу пересмотреть «Сталкер» Тарковского, что меня ждёт фильм «Мужчины и Цыплята».

Короче,  я взял попкорн, обрадовался, что меня дома ждёт польская кола, и в этот момент я получил сообщение от Вована (лучшего друга).

«Настало время выполнить твою клятву».

Какого хрена?

Я не люблю писать сообщения, поэтому просто набрал ему:

- Что за фигня?

- Помнишь, в школе? – проговорил  он в трубку. – Ты тогда мне предложил клятву. Мол, раз эвтаназия запрещена, то ты убьёшь меня, если я смертельно заболею, а я сделаю это для тебя?

Чё? Это же были просто слова! Это же бред!

- Да-а-а-а, – тихо промычал я.

- Время пришло, – сказал он, тяжело выдохнув – У меня рак мозга!

У меня не было слов. Я стоял с пачкой попкорна в руке и смотрел на ценник «49,65».

- Алло, – звучал его голос в трубке – алло.

- Ты …Ты …Ты…Ты …Ты, – кажется, меня заело.

- Чё ты тыкаешь?

- Сегодня? – очень громко вырвалось у меня.

- Да, – он опять тяжело выдохнул. – Я жду тебя дома.

- А как ты хочешь это сделать?

- Ну, не по телефону же это рассказывать!

Блин! Я положил попкорн обратно, обматерил себя в себе, взял на входе корзину и закинул туда восемь, нет, девять. Да ну…Двенадцать банок пива! Это же ничего себе – я должен убить человека.

Солнце, лето, духота.

Асфальт, велосипед, подъезд.

В 18:00 Вован открыл мне дверь. Я вошёл в эту знакомую квартиру, которую он снимает у своего отца за 15 000 рублей + ЖКХ. Там дело семейное, я не лезу.

Середину комнаты занимал стол, который я раньше видел на кухне, на этом столе стояли бутылка виски, стаканы и лежал пистолет.

- Короче, я все продумал, – Вован трясущими руками закурил сигарету.

- Эээ, – прервал его я. – Это, на хрен, у тебя рак, у меня всё нормально. Иди, на хрен, кури на балкон, нефиг меня заражать!

Вован вышел на балкон, я сел за стол, достал банку пива, сделал большой глоток. Вот все говорят, что от пива становятся дурными. А я, наоборот, становлюсь офигенно осторожным – привычка со школы. Мы частенько там пили пиво с палочками, а потом нужно было идти домой, где родители и где надо было держать себя в рамках, нельзя показываться пьяным.

Вован зашёл с балкона, сел напротив меня, налил виски мне, потом себе.

Я отказался – я же не ирландец, это раньше мог мешать виски с пивом, теперь – нет. Возраст.

Вован выпил.

- Помнишь, я тебе говорил, что у меня башка болит, что я мысли теряю. Помнишь? – тихо проговорил он.

- Ну.

- Ну, вот – рак.

- Это уже типа точно, или пока так?

- Блять, как так-то? Рак и неточно?! Городишь тоже мне!

- Ну, мне в детстве поставили плоскостопие, а в военкомате сказали, что нет плоскостопия!

- Ты, бля, серьёзно сейчас шуткуешь?

Хочу вам сказать, что основная проблема Вована – маты через каждое слово. Я, как интеллигентный человек, буду их пропускать, вы уже сами добавляйте где надо.

- Почему шуткую, я к тому, что, может,  перепутали.

- Иди на … Перепутали. С кем? С раком жопы?

- Бывают же случаи.

- Какие случаи! Всё точно! У меня рак мозга! Ты давал клятву убить меня в случае смертельной болезни. Она есть! Вот орудие! Приступай!

- Вот ты умный! Я тебя короче убиваю, меня сажают…

- Не посадят.

- Конечно, нет. Ты же там Богу на уши присядешь, он –следователю, а те вообще верующие.

- Да ты … - он снова налил себе виски, – выслушай мой план.

Он выпил, а потом вытащил из кармана маленький ключик и положил его на стол.

- Это, чё, ключик от рая? – спросил  я.

- Этим ключом ты откроешь вход на крышу!

- А зачем мне вход на крышу?

- Ты помолчи, а я тебя расскажу щас.

Я провёл большим и указательным пальцем по губам, допил банку, открыл сразу новую.

- В общем, ситуация такая, – изрёк он. – Ты стреляешь мне в висок, потом кладёшь пистолет в мою руку и сваливаешь отсюда через крышу. Получится, будто бы я сам застрелился.

- Гений планирования, тебе бы романы писать, как у Хэмингуэя. Типа продаются детские ботиночки. Неношенные.

- А чё тебя не устраивает?

- Как только раздастся выстрел, сразу же все соседи сбегутся к дверному глазку, – для наглядности я сложил большой и указательный пальцы в круг и покрутил возле глаза. – Второе. Я залезу на крышу, а как я с нею слезу?

- В соседнем подъезде, нееее,  через один или два подъезда, - люк.

- А кто же его открыл?

- Ну … никто, – он почесал затылок.

- Ну и вот – третья банка пива, меня уже повело.

- Вообще это твоя идея, это твоя клятва. Выполняй, ты же мужик!

- Ты же меня знаешь, меня такой формулировкой не пронять. Мне насрать.

- Главное, ты же сам поклялся, а теперь отнекиваешься.

- Не отнекиваюсь, я предлагаю подождать. Может, всё будет хорошо.

Он выпил виски, потом взял пистолет и направил на меня.

- Я тебя убью, если ты меня не убьёшь, –пригрозил он.

- Ты издеваешься! Мало того, что это звучит абсурдно, это ещё и глупо!

- Мне терять нечего!

В голове я оценил перспективы быть убитым, тем более, вискаря он выпил много.

- Ладно, я тебя убью! –поддался я. – Но нужен нормальный план, чтобы я не сел.

- Разумно, – он положил пистолет на стол.

- Подстроить самоубийство – это нормально, – начал я – Но мне нужно сбежать, чтобы никто не видел.

- И?

- Чё и? Я не знаю. Способов слишком мало. Тем более, камеры видели, как я заходил.

- А давай, давай ты меня убьёшь где-нибудь в лесу?

- Хорошая идея, но как я оттуда выберусь?

- Всегда мне это в тебе не нравилось! У всех мужиков есть права, у тебя нет. Почему?

- Да потому что я ненавижу эти машины!

- Получается, лес отпадает!

- Ну да. По такси сразу выследят, а по электричке спалят.

- Давай я тут покурю!

- Иди на балкон.

Он  вышел на балкон, а я обратился к кладезю житейской мудрости, к кинематографу; перебрал все похожие сюжеты, все серии Коломбо, все скрытые улики из всех детективных фильмов. И тут мне в голову пришла идея….

Точнее, я вспомнил датский фильм «Адамовы яблоки» - кто хочет посмотреть, дальше не читайте. Спойлеры.

Вова вернулся с балкона, сел, выпил.

- У меня есть  идея, – предложил я.  - Давай убьём не тебя, а рак!

- Это как?

- Короче, я видел фильм, потом читал про него статью, что он типа на автобиографической истории написан.

- По?

- Да не, не Эдгар По.

- По автобиографической.

- Ааа … ну, По, какая разница. Там, короче, священнику, у которого рак мозга, выстрелили в голову по касательной и убили рак.

- Ты щас серьёзно?

- Ну, блин, да. Они стрельнули по касательной. У тебя с какой стороны рак?

- С правой!

- Ну вот. Какая разница, я так выстрелю – ты умрёшь, а так – может выживешь!

- Хреново звучит!

- Зато есть шанс.

- А если я умру? Как ты смоешься?

Четвёртая банка пива, что вы хотите от меня?

- Я верю, что ты не умрёшь!

- Ладно, давай, – немного подумав, кивнул он.

- Прям щас?

- Да, я готов.

- Щас?

- Ну да. Ну да.

- Окей.

Я осушил банку, открыл пятую, сделал глоток.

- Я типа стреляю? – спросил я.

- Да.

Я взял ствол, направил ему в лоб, чуть отвёл в сторону.

- Наверное, лучше отойти? –предположил я.

- Чтобы на крайняк кровью не замараться.

- Ага.

Я сделал несколько шагов назад.

- Ты, это, на всякий, мало ли что, будешь кому звонить, прощаться? Я, это, могу не попасть.

- Всё, давай, – проговорил он.

- В правую сторону?

- Да!

- Всё! Ага

Короче, я направил пистолет в его лоб и чуть левее от себя. Знаете, тут больше сыграли пиво и моя вера в кинематограф. Перед выстрелом я несколько секунд раздумывал о побеге, решил, что если что, скажу, что ушёл от него до выстрела. Что вы хотите, пиво же!

Я нажал на курок.

Глухой звук.

Такой Ппп.

Он резко упал со стула на спину и заорал как резаный. Я, честно сказать, не понял, сначала…А потом…

Он орёт, лёжа на полу.

Я смотрю на дуло пистолета, а оно узкое. Я вытаскиваю обойму, а там – газовый баллончик.

- Это, чё, воздушка? – крикнул  я.

- Ну, конечно, на … воздушка, – выдавил он. – Где я тебя настоящий возьму?

Он медленно встал, на лбу текла кровь.

- Ты хотел, чтобы я тебя убил воздушкой?

- Да! Если бы попал точно, то убил бы!

- Этой маленькой пулей убить нельзя!

- Да пошёл ты на хер. Ты даже убить нормально не можешь! Мудак. Знаешь, как больно!

- Да пошёл ты сам туда же! Дал пукалку!

Он выпил виски прям из бутылки.

- Хренов долбоёб из кино, – пробурчал он и  упал.

Я испугался. Я думал, он умер. Я ринулся на выход, потом вернулся за пакетом с пивом и убежал.

Но снова вернулся. Я же забыл вложить в его руку пистолет.

Самый худший день кончился в моей кровати, я лежал, ничего не соображая, обещая в который раз больше не пить

А Вован очнулся в больнице, его отец нашёл утром. Рака у него  не нашли,  пулька убила рак. И я это, мать его знал! Я это знал.

Спасибо, Андерсу Томасу Йенсену, за подсказку.