Птицы не пели, они кричали⁠⁠

ГЛАВА 19

— Хорошо провел время, сынок? — спросил отец.

Бен кивнул. Он уже снял курточку, разулся и теперь стоял перед ним, лежащем на диване.

— Ну давай, расскажи мне, Бенни. Как живут эти Ноланы?

И Бен рассказал. Про пюре, про смех. Про мясные шарики. И про то, как сильно мистер Нолан любит свою жену.

— Ясно… — прошипел отец.

Бен не знал, от чего он не врет в этот раз, но так велело его сердце. Оно искало, блуждая по лабиринту, как тролли, что не могли найти выхода, пока наконец не наткнулось на решение.

Больно. Ему хотелось сделать отцу больно.

— А ты любил маму? — выпалил Бен. — Хоть когда-нибудь?

Папа нисколечко не изменился в лице. Не нахмурил брови, не поджал губы. И одному лишь Господу было известно, злится ли он, и насколько сильно.

— Ха! — усмехнулся отец. — Да, Бенни. Вижу, ты и вправду хорошо провел время. А я вот очень по тебе скучал.

Холод снаружи рождает дрожь. На коже, на шее. На спине. Постепенно она проникает в тело все глубже. Пробирает до самых костей.

— Я очень скучал по тебе, сынок.

Бен же дрожал изнутри. И ни одно одеяло на свете не смогло бы его согреть.

Время идет.

Он представил себя мужчиной. Взрослым, через много лет. На нем костюм, цвета серого хаки, походные ботинки и рюкзак. На груди фотоаппарат, а в кармане блокнот. Он исследователь-орнитолог. Приехал изучать джунгли Новой Гвинеи.

Рано или поздно, все заканчивается.

Здесь много птиц и много опасностей. Но Бен Келли опытный путешественник. Ему не страшны пиявки, что облепили всю шею. Не пугаю его и змеи.

Даже самое плохое.

Где-то здесь, среди зарослей пальм и лиан, живет райская птица. Она танцует, она поет. И Бен Келли обязательно должен ее найти.

Сверкай, сверкай, малышка-звезда…