Прятки⁠⁠1

Однажды жил я в частном доме в Саратовской области. Дом принадлежал человеку, который имел семь судимостей. В деревне была тотальная безработица, и каждый выживал как мог. Этот человек, который хозяин дома, изо всех сил пытался жить честно, но это у него получалось не совсем. Он умел управлять трактором и работать по этой специальности в поле, но колхоз развалился и трактористы были не нужны. И решил он стать бизнесменом. Хотел делать резные шкатулки (в лагерях научился), возить их в город и продавать на базаре. Из инструментов у него была ручная пила, самодельный резак, наждачка и рубанок. Доски он решил под покровом ночи похищать с крыши заброшенного коровника. Натырил он досок, но доски были толще, чем нужно для изготовления шкатулок. Человек умудрился с помощью рубанка превратить доску двадцатку в доску десятку. Вскоре сделал первые две шкатулки. Труда там было вложено очень много. Шкатулки были заглядение. Сосед взялся помочь с реализацией, забрал шкатулки и увёз в Саратов. Через какое-то время вернулся и привёз деньги. На эти деньги купили самогон и еду, накрыли стол. Стали праздновать успех в бизнесе. Было очень радостно. В гости пришли соседки, полночи пели песни и слушали музыку через кассетный магнитофон советского производства. Под утро пришёл участковый и опера с ордером на обыск. Нашли украденные с коровника доски. Но я во время обыска там уже не присутствовал, так как при первых признаках шухера махнул через забор и удрал в сторону кладбища. Там был пустырь, заросший дикой коноплей. В этой конопле я и спрятался. Милиционеры исходили эти заросли вдоль и поперек. Кричали, чтобы я выходил. Часа два ходили. Один из них буквально в метре от меня прошёл, но не заметил. В итоге крикнули напоследок, что теперь мне хуже будет и ушли. Поскольку там степная местность и этот пустырь проглядывается со всех сторон, лежал я в этих кустах на всякий случай до глубокой ночи, и молился чтобы они не привели собаку. Потом кое-как, короткими перебежками, добрался до дома одной знакомой в соседнем селе и там засел на несколько дней. Знакомая разведывала обстановку. Посадили и резных дел мастера, и его соседа. Кража группой лиц по предварительному сговору. Коровник этот через несколько лет был окончательно разобран местными жителями, остались лишь голые стены с пустыми дверными и оконными проемами. Брат бывшего председателя колзоза приватизировал и привёл в рабочее состояние оставшуюся от колзоза технику и стал фермером. Его дом три раза поджигали, и в итоге он всё бросил и уехал. Все селе остались пенсионеры и алкоголики. Участковый пошёл на повышение и перевёлся в город.

Человек, который хотел делать и продавать шкатулки, вернулся после отсидки и по пьяни зарезал собутыльника, за что опять сел. На зоне заболел и умер. А когда-то он был в школе отличником, потом воевал в Афганистане и получил орден. Его фотография даже одно время висела на доске почета около сельсовета, говорят. Мне он сделал только доброе, никогда не забуду как ходили с ним на рыбалку, ловили раков. Он был всегда весёлый. Вечная память тебе, Вячеслав. Говорят, в последнее время ты стал верить в Бога и много молился. Надеюсь, Бог услышал твои молитвы. Обещаю, что когда мне вернут права, съезжу на твою могилу.