Последний сон 2⁠⁠

Продолжение, так продолжение, я только за.

***

"Шесть стандартных земных месяцев назад я получил первое сообщение от давно пропавшего сына.

Два месяца назад я снова попрощался со своим ребёнком.

Месяц назад я узнал, что почти все мои правнуки сами стали прадедушками и прабабушками.

А сегодня меня навестил семь раз пра- внук. Попросил звать его просто внуком, а-то все каникулы пройдут проговаривать все эти прапра. И меня зовёт просто дедом Марком. Ладно уж...

Мы практически ничего не знаем друг о друге. Ему скоро исполнится 12 стандартных галактических лет. Впрочем, от стандартных земных они почти не отличаются. Земля вот уже полвека как перестала быть столицей человеческого государства, передав всю управленческую нагрузку и мощь планете Каури системы Лебедя. Моя дочь не зря улетела туда вместе с мужем. Благодаря исследованиям их научного подразделения удалось разработать стабильную систему управления россыпью звёздных систем, называемых теперь Человеческим Объединением Планет. Это я узнал ещё месяц назад. Но как гостеприимный хозяин я обязан выслушать то, что рассказывает мне этот самый гость. Ну и пусть он младше меня почти на век, зато гордится историей своей семьи. Мне приятно, что хотя бы эти чувства накрепко засели в наших генах.

Я вспомнил о жене. Для меня прошло тридцать четыре с половиной года и три месяца. В обитаемом космосе прошло сто двадцать четыре с половиной года с тех пор, как её не стало. Я делаю пометки о каждом годе, прошедшем с того дня. И до сих пор не могу сдержать слёзы.

Мне осталось существовать около шести лет. Восстановительная капсула и регенерационные ингридиенты смогли продлить мою жизнь ровно до сто двадцатого дня рождения. Да, я выгляжу не старше пятидесяти и совершенно не чувствую себя на сто тринадцать лет и три месяца. Но память иногда меня подводит. Всё же я проходил не самую совершенную процедуру.

Внук с восторгом рассказывает об уже четвёртом поколении капсул, продлевающих отмеренный срок до двухсот сорока лет. Даже если бы у меня были средства, я бы не стал проходить это снова. Он пытается убедить, что семья меня не забыла и они всегда рады принять старейшего члена рода и обеспечить прохождение процедуры восстановления. Вежливо отказавшись, ссылаясь на нестерпимые головные боли и внезапные внутреннние кровотечения во время прыжка через гравитационно-временной колодец аномалии, перевожу разговор к школе.

Как много недовольства в его глазах! Да, сейчас школа это совсем не то, что в мои времена. Никаких тебе кирпичных зданий, изрисованных деревянных столов и лавок, потрескавшихся полов и продуваемых насквозь окон. Сейчас школой называют индивидуально подобранные виртуальные игры полного погружения, позволяющие получить тот или иной навык за самое большее пару-тройку месяцев упорных занятий. Разве что некоторые школьные предметы, вроде физической культуры и уроков музыки, не претерпели никаких изменений. "Драться и петь в компухтере не научишься!" - ещё моя бабушка говорила. Но внук недоволен своей обучающей программой. Говорит, что ему подобрали совсем не то, чем хочется заниматься. В основном он учит молекулярную физику, математический анализ, криптографию и биохимию. А хочется - летать по космосу и исследовать новое, как прапрапрапрапрапрадедушка Пол.

Это тот, который потерялся в аномалии на семьдесят пять лет. Из которой вылетел два аномальных месяца или шестьдесят стандартных лет назад. Тот, который приходится мне сыном. Пришлось объяснять в меру моих скромных знаний, что в те далёкие времена эти науки были ещё плохо сформулированы, что и стало одной из причин, по которой дедушка Пол так неудачно проскочил безопасную дистанцию и оказался втянут в эту карманную систему. Разве что в навигации мало что изменилось после запуска первого искусственного спутника Земли. Навигацию внук с десяти лет знает. Как первый межсистемный катер в подарок на Новый галактогод получил. Да уж, вот я в десять лет умел водить лишь велосипед, отвечаю ему. Штука такая, из двух колес, руля, сиденья, рамы и ножного привода в виде педалей с цепью. В музее он их видел, говорит. Ладно, времена теперь другие. Так всегда бывает, что разные поколения недопонимают друг друга.

Через два часа болтовни пришла пора прощаться. Месяц стандартных каникул пролетел незаметно. Наговорившийся и оттого довольный внук торжественно клянётся отправить ко мне своих детей ровно через мой месяц. С подарками и новостями. Ещё раз переспрашивает, действительно ли я не хочу вернуться в обитаемый космос. Немного расстраивается, снова услышав отказ. И всё же обнимает меня напоследок.

Я не хочу возвращаться в мир, который уже не знаю. Я не хочу возвращаться в мир, в котором помню лишь неприятные события. Я не хочу возвращаться туда, где вскоре стану обычным музейным экспонатом. Я подожду здесь своих восемь раз пра- внуков и в этот раз не забуду напоить их чаем со сдобными булочками. Пшеница вот-вот созреет..."