Последние каникулы⁠⁠

Часть I

II.

...

Вся в мыслях о завтрашней встрече и возможном спасении от скуки Юлька бежала вверх по дорожке, пока какая-то колючка не хлестнула болью по ноге. Тут она всё же заметила, раздраженно выдохнула. Когда успели нарасти эти сорняки?! Ведь только вчера они с бабулей закончили прополку моркови! Это просто кошмар. Почему они такие...

Сердце забилось чаще. Высокие... И дорожка во двор заросла, и где Булат, пегий и хриплый бабкин пёс, где вездесущие куры?

Подожди, подожди.

— Бабуля! Ба-аб! — Юлька как дурная заорала во весь голос. — Бабуль!

Две ступеньки крыльца скрипнули, дверь в сенцы стукнула, распахнутая со всей силы. Влетев со света, девушка вдохнула привычный травяной запах. Ну вот же, вот и пучки душицы висят как висели, и пижма, хоть и сухая, но радостно желтая... И запыленные оконцы. Господи... Откуда пыль, тюлевые занавески выцвели.

Юлька бросилась в дом, все так же тщетно зовя бабушку. Но в светлых и прохладных комнатах все было так, словно тут прошлись мародёры. Лисы или какие-то другие зверьки, отпечатки лап на пыли, порванные коврики, разбитая посуда, и печать жуткого запустения...

Книга с оглушительным стуком упала на пол. Руки у Юльки затряслись, она молча со скривленными в ужасе губами осматривала раззор.

...

Из задумчивости Дениса вывела затрещина. Яркая вспышка в глазах, звон... Кажется, парень потерял равновесие.

— Что, приёмыш, думал, лучше меня девок охмуряешь?! Видел я вас. Даже не вспомнил обо мне. Меня эта ведьма не прибила, так пусть тебя прибьет, думать, поди, научишься!

Смачный плевок приземлился рядом. Денис понял, что всё-таки сидит, опираясь на ладонь, и пытается стереть выступившие слёзы ещё чистой рукой.

— Дурак ты, Тоша, — он поспешил подняться. — Дурак и не лечишься. Вот зачем она тебе? Слишком умная для тебя.

— На себя посмотри, урод! — со смехом отозвался брательник. — Чмо такое, а решил, что красотку покорит.

Тон Тохи стал угрожающим, тихим:

— Увидишь ещё, эта тёлочка будет моей.

И снова голос стал беззаботным.

— Умная, говоришь? Посмотрим. Как всегда, дурочка купится на обещания хорошей жизни в городе, куда я её заберу, там немного самогончика, вечер, комната... И только попробуй деду что-то сказать, убью! И выкинь эту хрень, помоечник. Чего нацепил, как баба!

Тут Денис чуть ли не подпрыгнул. Цветок. Ага, сейчас!

— Не выкину. Ты, хрен городской, — он смотрел на более высокого и здорового братца исподлобья. — Не по тебе добыча. К Марусям своим иди.

— По тебе что ли? — взбеленился Антон. — Ещё в глаз захотел?!

...

Мысли лихорадочно метались в голове. Нужно бежать, кого-то позвать, соседей, полицию... Но она же ушла всего два часа назад! Как это могло произойти за два часа? За два часа огороды не зарастают. И дороги тоже. Но ведь там было поле и...

В кухне что-то звякнуло, Юлька застыла столбом, рефлекторно оглядывая комнату в поисках предмета покрепче. Несколько приемов самообороны, вот и все, что она знала. Сегодня ей пригодился один, может и сейчас? Она подняла "Квентина Дорварда" с пола, очень-очень тихо переступила на другую половицу. Сердце грохотало в тишине, а на кухне кто-то шуршал.

Стекло модной духовки было разбито. На Юльку из глубины глянули круглые огромные глаза. Она перевела дух, зверек вроде маленький, что он ей сделает?

Глаза бросились вперед, налетели с такой силой, что девушка упала. Она почувствовала прикосновение чего-то невероятно мерзкого, не похожего ни на что.

— Господи... Денис! Денис! — забыв о колючках она неслась через огород к плетню, совершенно не думая, что парень мог уже давно уйти.

...

Истошный вопль девушки заставил парней обернуться.

— Денис, значит? — недовольный тон не предвещал ничего хорошего. — Сиди тут, братишка, и смотри, как надо.

Рука Тохи многотонным прессом вдавила “смуглянку” в землю. Нет, на самом деле он просто плюхнулся на мягкую часть и осоловело смотрел вслед брату, взявшему нужный курс.

— Стой! Она не тебя зовёт!

— Ты что, козявка, не уловил? Сиди и смотри, как старшой легко бабские проблемы решает! Глядишь, научишься чему. Кстати, как её там?

Денис было налетел сзади, но одним неуловимым движением снова оказался в траве.

— Тупой, что ли? Короче, хрен с тобой, сам узнаю.

И Антон направился на призыв о помощи.

"Вот так и будешь, сидеть и смотреть? Чёрта с два."

Денис снова вскочил на ноги, не обращая внимания на крапиву и приставшие репьи. Встал и рванул к плетню, не сильно заботясь о том, что сделает Антон.  Вот он, уже впереди, и почти видна тропинка в огороде. Чуть осталось.

Снова жесткое приземление заставило зажмуриться. Далеко он не ушёл. Сквозь зубы раздалось сдавленное едва слышное шипение:

— С-сука...

Но Антон уже махал бегущей девушке.

— Я здесь! — крикнул он и перемахнул через невысокий заборчик.

Юлька не сразу разобрала, кто это, просто влетела в парня, но когда разобрала, ее как пощечиной отбросило. Она застыла на месте, и только тут почувствовала как горят красные полосы на голом плече, оставленные длинными когтями отвратительной твари. Ее трясло, но она попробовала взять себя в руки и отпрянула.

— Ты... — Тоха был ничем не лучше той зверушки. Сердце никак не желало приходить в норму. И Юлька ловила ртом воздух.

— Ага, твой спаситель уже здесь, — довольно отозвался светловолосый, не выпуская девушку из внезапных объятий. — И почти не злюсь за давешнее.

— Не трогай её.

Денис перепрыгнул через плетень. Вид его

был жалок, синяк под глазом, потрёпанная футболка и шорты. Но в глазах кипела ярость. Парень подошёл ближе и тут же получил в лицо ладонью, отталкивающей подальше.

— Не лезь, говорю... Прыгай козликом, Серёжа.

Антон даже не взглянул, слишком легко разделавшись с братом. Только крепче прижал к себе девушку.

Юлька забилась в его руках внезапно сильно, выйдя наконец из ступора.

— Отпусти, сволочь, — прошипела сквозь зубы. — Закричу. Мало было у озера?

Ногти попытались полоснуть по щеке.

— Отпусти, говорю! Тут хрень какая-то! — в ее голосе прорвались таки истеричные нотки.

Тоха, словно издеваясь, отпустил, поднял руки.

— Вот психованная. Ладно-ладно, девица. Ну погорячился у пруда, не злись.

Денис, обойдя его, оказался рядом с Юлькой и спросил:

— Что случилось?

Еле сдерживаясь от того, чтобы не разрыдаться, Юлька быстро и довольно сумбурно объяснила, что она видела.

— Такого не может быть! Не может! Понимаешь! Это хрень какая-то! — она потрясла Дениса за плечи, словно от этого что-то могло измениться. — Бабули нет, собаки... Никого! И этот дохлый... заяц на меня прыгнул... и я... Смотри! Трава какая! Я же вчера тут полола!

Она сунула ладошки в нос Тохе.

Волосы ее растрепались, сарафан, уже не прикрытый потерянным полотенцем все еще был расстегнут, на плече алели царапины.

Резко как-то устав, Юлька села на землю и закрыла руками лицо.

"Не реветь. Не реветь. Не реветь..."

Оба парня стояли в некотором ступоре после ее рассказа. Денис вышел из этого состояния первым, чем снова спровоцировал брата.

— Ну-ка, Серый, иди, глянь, что там.

Парень только выдохнул.

— Только не тро...

— Иди давай! — прикрикнул негромко Тоха и сел рядом с девушкой. — Не ссы, сейчас мы всё порешаем.

Денису ничего не оставалось. Слишком велика была вероятность очередного нагоняя, ещё больше позора. Да, с таким внешним видом, действительно лучше скрыться из виду. Тем более, что Антон снова будет обнимать... А, уже обнимает.

Парень бессильно отвернулся и зашагал к дому, пытаясь подавить огненную волну негодования и досады.

Не может же быть, что враз всё так поменялось. Но и приведенные девушкой факты говорили о том, что она говорит правду. Денис очень хорош был знаком со скоростью роста сорняков. А здесь только они, никакой моркови нет и в помине.

…

— Ты порешаешь, да, — у девушки не было сил отодвинуться, и голос из под рук прозвучал глухо. — Что я теперь делать буду?

Она отняла ладони от лица.

— Мобильник есть?

— Э, не. Дома забыл. Тут же почти не ловит. Но номерок и так оставлю. Сейчас что-нибудь придумаем.

Тоха был только рад, снова прижав к себе девушку, натянуть улыбку на и без того довольное лицо.

— Дурак... — вяло отозвалась девушка. — Родителям звонить надо. В полицию.

Попыталась освободиться, хотя нахальная и незамысловатая поддержка Антона была приятна.

…

Денис увидел практически то же самое, что и Юлька, но его выдержки хватило, чтобы заглянуть в две другие комнаты и сунуть нос на чердак.

Тишина, все разгромлено, но... Ничего особенного, кроме ощущения, словно тут не два часа, а года два никто не жил.

В маленькой спальне он увидел яркий красный чемодан, наверное, принадлежащий Юльке. Тот был открыт, тряпки валялись по полу, порванные тетради, книги, но раскидали их давно. Возле тумбочки на полу лежал телефон. Он попробовал включить. Дорогая, но мертвая игрушка.

Денис поискал в чемодане зарядное устройство, которое должно бы оживить игрушку. Но только копаясь в нём, он осознал абсурдность и иррациональность ситуации. В чужом доме, в чужих женских вещах он ищет, опять таки, чужую вещь. Хорошо, что его не видят.

Однако он зря шерудил в тряпках и тетрадях, покрытых пылью.

— Ага... — тихо сказал он сам себе, открыв старую прикроватную тумбочку. — Вот и зарядка.

В целом, то, что телефон остался мертв при включении в розетку Дениса уже почти не озадачило. Что-то такое он ожидал и убедился на всякий случай, щелкнув выключателем. Светильник тоже остался мертв. Парень вздохнул и принялся собирать в чемодан относительно хорошие вещи, что больше всего подходили под описание "это может ей пригодиться". "Согласно званию..." — саркастично ухмыльнулся он. Денис еще раз огляделся и только сейчас позволил атмосфере дома надавить на себя и желание покинуть помещение как можно скорее так же взяло верх.

— А чемоданчик увесистым вышел... — пробормотал он, в тишине дома звук показался лишним.

…

— Не такой уж и дурак. Вот сейчас Серый вернётся, пойдём к нам. Оттуда и позвоним.

Тоха оглянулся на дом, не выпуская девушку из рук и гладя её по здоровому плечу.

— Где его там носит?

— Да прекрати, — Юлька раздраженно скинула руку с плеча, самообладание начало потихоньку возвращаться, и глупые мысли, что подумает о ней Денис, когда она позволяет себя лапать самопровозглашенному Аполлону, тоже.

Она встала и быстро скрутила волосы в узел.

Выдохнула с облегчением, когда из-за сарая показался Денис с ее чемоданом. Оруженосец.

— Собственно, почему Серый? — спросила она Антона. Когда он не строил из себя невесть что, казался почти нормальным.

Тоха поднялся, ехидно улыбаясь, но его глаза выдавали не очень скорую работу мысли.

— А ты думала, его Денисом зовут? Хе. Эту бабу будут звать так, как решу я. И сегодня он Серый.

Речь сопровождалась неопределёнными жестами в сторону парня с чемоданом и куда-то за спину. Однако, сам говоривший остался вполне доволен таким объяснением.

Чемодан был хорошим подспорьем, чтобы не давать сорнякам царапать ноги, но парень усердно тащил его, приподняв, напротив, не давая непослушной траве дотянуться до всё ещё целых, хоть и пыльных, но на вид мягких боков. И так до самого плетня.

— Там погром... — сказал он, едва дойдя. — Давно никем не тронутый.

— И что? Ты прибрался, теперь мусор выносишь? — заржал Антон.

Парень помолчал, сверля взглядом брата и, выдохнув, сказал:

— Возьми, я перелезу.

Тоха взял, но чемодан сразу же приземлился в пыльную траву у тропинки.

— Лезь давай.

Денис осторожно поставил чемодан в бурьян, исподволь глянув на девушку. Она была вполне реальной, не похожей на примерещившуюся в зное галлюцинацию. И не обоим же примерещилось. От вида  красных припухших на изящном плече полос неприятно проскребло внутри. Какая-то закавыка… Может нет никакой бабки? А девица просто сбежала и заселилась в заброшку? И это предположение тоже ничего не объясняло. Ведь он видел Ангелину Петровну вчера. И это точно её дом. Какая-то чертовщина.

Девушка же от “братского” диалога снова напряглась. Нет. Тоха нормальный только когда молчит, а так придурок придурком. Да и Денис-не-Денис теперь непонятно кто.

Однако, сказанное им немного её успокоило в мысли, что она не сошла с ума, и все действительно происходит как происходит. С другой стороны, абсурд и нереальность зашкаливали.

Так. Сейчас они пойдут в деревню и все прояснится. “Что, блин, прояснится, Юль?” Дом открыт, разграблен, бабули нет. А идущие впереди люди отнюдь не выглядели надёжными.

Она снуло брела за парнями по тропинке.

— Стойте. Стойте. Почему мы здесь пошли, а не по улице? Так. Погодите.

Она забрала у Дениса ручку чемодана и села над ним, копаясь в вещах. Так. Паспорт в секретном кармашке, немного денег, телефон.

— Отвернитесь оба.

Она достала мятую рубашку и длинные спортивные штаны, поморщилась от застарелого запаха ткани. Несмотря на жару изрезанные травой ноги саднило, и хотелось это прекратить.

Отвернулись оба, хотя Тоха не сразу, а после упрекающего "тебя ж как человека просили".

Однако вопрос по поводу выбора окольного пути повис в воздухе.

— Тох, а и правда. Почему?

— Да кто ж лишних вопросов не задаст? — тихо вопросом на вопрос ответил тот и дернул брата чуть вперед по тропе. — Ведём девчонку, всю в ссадинах, с чемоданом. А расскажи кому, хрен поверят же!

— Но нам... Ей смогут помочь. Давно бы уже позвонили в полицию!

— Ш-ш-ш... — голос стал совсем тихим, чтобы не доносился до девушки. — Не надо нам никуда звонить. Я ж тебе говорил, заткнуться и наблюдать? Вот то-то.

— Идиот, —  сухо, сквозь зубы процедил Денис. — Ты ж не помогаешь, а <...> думать только можешь!

— Ш-ш-ш!

И чтобы подкрепить "Ш-ш-ш", Тоха, мельком обернувшись на девушку, убедиться, не смотрит ли, приложил кулак к лицу брата так, чтобы у последнего отбило любое желание спорить.

Юлька уже поддела штаны и поспешно выворачивалась из сарафана, плечо болело и прикосновения лямки заставляли шипеть и не торопиться.

Повышенные тона совпали с моментом, когда она уже почти выпростала руки из ткани. Она обернулась и застыла, глядя на отшатнувшегося Дениса и ухмыляющегося Тоху.

Парень так и остался стоять спиной к девушке, не выражая реакции на ситуацию, слегка ссутулившись. Но, судя по сжатым кулакам, внутри кипело.

— Ты как хочешь, но я сворачиваю на улицу. Не время для твоих... Изысканий.

— Прибью нахрен.

—  Плевать.

Тоха снова обернулся, отвлекаясь от перешёптываний, чтобы встретить злой взгляд девушки.

В два шага Юлька подскочила и развернула Дениса к себе, осмотрела.

— Господи... Больно? — кончики пальцев потянулись к незамеченному раньше синяку на скуле, но не дотронулись. — У тебя тут ссадина, кровь засохла. Погоди, вот. Держи.

Она приложила белую ткань к ране и в ярости обернулась к Антону.

— Чего ты бьешь его все время?! Самооценка низкая? Или... <...> короткий? — потом снова повернулась к Денису. — А ты?! Да ответь ему, оруженосец хренов! Знаете, что...

Она оттолкнула Антона, вернулась к чемодану, подняла рубашку.

— Идите вы лесом оба. Придурки. Сама разберусь.

Растолкав по карманам ценное, она прихватила еще толстовку, пнула раздраженно чемодан и мимо парней скользнула по тропе, благо дорога вот она, рукой подать. Ей сейчас не до того, чтобы разбираться в их идиотизме. Видимо, это у них семейное.

Вслед девушке донеслось разве что злобное "Доволен?!"

Но ударов она слышать не могла. Удара.

Продолжение следует...