Почему аниме такое жестокое?⁠⁠

Приветствую вас, незнакомые деятели межпланетного культурного обмена!

Аниматик незаменим, когда дело касается «подвижных рисунков». Мой взгляд, мнение, вкус и навязчивая критика всегда на острие познания, так что хватайте весла, пока не поздно — мы отправляемся в очередной рейс. На этот раз мы попробуем ответить на простой вопрос: почему аниме такое жестокое.

Сразу предупреждаю, что в данном материале я обойду вниманием такие противоречивые понятия, как фансервис и хентай. Сексуальная тематика настолько многогранная и проблематичная, что требует отдельной статьи или… статей. В будущем. Сегодня — только «жестокость», причины и последствия ее существования в аниме пространстве и кинематографе в целом.

Как это ни странно, но присутствие сцен насилия в двухмерных фильмах и сериалах — это абсолютно нормально. Я не оправдываю факт самого насилия, только замечаю, что он не нуждается в предвзятом анализе.

Причина общественного неудовольствия такими сценами заключается в том, что любовь к мультипликации почему-то постоянно приписывают подрастающему поколению. Публика не осознает, что анимация — только форма телепродукта в Японии. Мало кто на других территориях теряет разум от откровенных проектов каналов «HBO» или «AMC». А сколько сторонников у «Настоящего детектива», «Ходячих мертвецов», «Клана Сопрано» «Во все тяжкие» или «Игр престолов»? Кровь в этих шоу льется через край. Насилия предостаточно: вопиющего, шокирующего, но рационального.

Аниме занимает весомую часть телевизионного эфира восточного региона. Единственная разница между ним и Западом состоит в том, что взрослые сцены для анимации — это мейнстрим. Пока американский и частично европейский кинематограф превращаются в регулируемые «детские площадки», фильмы Японии, Кореи и Китая держат последний бастион зрелости, искренности человеческой натуры, какой бы грешной она ни была.

Не выдерживают критики и замечания о крайне негативном влияния жестоких картин на мозг подростка. Я рос в 90-е, когда кровь и убийства на экране показывали чаще рекламных роликов. И я не стал психом или моральным уродом — только киноманом, и то во время университетской жизни, когда моя слабосильная личность уже была сформирована. Пусть время от времени у меня возникает желание перестрелять кучу-малую политиканов или назойливых соседей, за мысленные границы оно не выходит. Не может выйти, так как мой гуманистический комплекс работает исправно.

Поймите важную вещь: насилие — часть нашей жизни. Игнорировать его невозможно, подавлять правилами тяжело и чревато опасными последствиями. Следует давать ему безопасный выход — в кино форме или видео играх, спорте, состязаниях — и не бояться, что узрев анатомию тела изнутри любой ребенок побежит проверять знания на практике.

Отношение к насилию зависит от образования, воспитания и правильно расставленных акцентов. Конечно, нельзя допускать семилетнего к просмотру «Хостела», но и запрещать ему смотреть тот же «Gurren Lagann», потому что там показывают, пардон, сиськи и гибнут люди, просто бессмысленно. Неужели у взрослых какая-то другая реальность, где все живут как в раю?

Проблема даже не в демонстрации жестокости как таковой, а в причине, почему тот или иной эпизод должен быть жестоким. Если в человека стреляют, он истекает кровью, ему больно и в конце он умирает. Пряча это за монтажом, не сделаешь молодых людей чище и добрее, только слабее перед вызовами жестокого мира.

То, что происходит с кино, иначе как цензура я назвать не могу. Запрет на кровь, запрет на брань, запрет на смерть. Блокбастеры идут под знаком «от 12 + …». Вместо того чтобы взяться за контроль оружия и активно бороться с преступностью, политики и придурковатые общественные деятели, наследники сомнительного примера Дон Кихота, воюют с эфиром, фактически стерилизовав полнометражное кино.

Аниме — это последнее прибежище для взрослого мировосприятия. Его герои не боятся проливать кровь, они не бессмертные, как обычные люди, они проигрывают поединки и впадают в отчаяние. Я хочу видеть на экране эмоции. Они рождаются сквозь боль и страдания. Извините, но без горя, потери нельзя почувствовать жизнь. Она не черно-белая субстанция, как бы Голливуд не пытался убедить нас в этом.

Да, не все аниме использует «запрещенные темы» к месту. Но я не о качестве говорю, а о содержании и стиле. Аниматоры чувствуют тонкую грань между мусором и искусством, поэтому не боятся идти вперед, рисковать. Любое движение это благо, и манга, визуальные новеллы или ранобэ — основные источники вдохновения для сериалов — бурлят от ярких чувств и грубых сцен. Это не хорошо и не плохо, зато это честно.

Гендерное разнообразие, ориентация на определенные возрастные группы позволили аниме индустрии остаться привлекательной для любой аудитории. К сожалению, цензура постепенно добирается и до Японии, но недовольный зритель пока имеет возможность приобрести диск без ретуши. Имеет ли такой шанс зритель на Западе?

Так что ответ на главный вопрос простой: аниме не жестокое, оно лишь изображает наш несовершенный мир таким, какой он есть. Ради денег и фантомной защиты морали кинематограф теперь обслуживает родительские комитеты. Дети — наше будущее, но растить их в инкубаторе тоже не выход. Железный человек или Супермен не придут спасать от хулиганов, только собственные кулаки и кулаки друзей на это способны. Но вначале надо ощутить себя немножко зверем. Наша жизнь полна ужасов, так что неудивительно, что на экране они тоже отражаются, иначе никто не смог бы поверить в увиденное.

Итак, благодаря судьбе, аниме пока остается откровенным и реалистичным. Помните об этом, когда кто-то будет называть его «тупым мультиком», пусть он получит по заслугам. А я прощаюсь до следующего раза, оставляя вас с меланхоличной музой дня, Люси из «Эльфийской песни».

ссылка на источник https://kinogud.wordpress.com/2017/02/11/аниме-ликбез-почему...