Планерка на кухне
На следующее утро Максим спустился на кухню и замер на пороге. Александр Яковлевич сидел за столом с видом главного конструктора — перед ним лежал разлинованный лист ватмана, а рядом три цветных карандаша: синий, красный и зелёный.
— Подходи, — дед указал на стул. — Разработали стратегию.
На листе красовалась идеальная таблица:
- День | Вид задания | Баллы | Статус
Задания были аккуратно выделены цветами: синие — ежедневные дейлики, красные — месячные челленджи.
— Так, — дед провел указкой по графику. — Правила изучал. Один аккаунт — один участник. Значит, так: играешь ты. А я — твой главный конструктор.
Максим широко раскрыл глаза:
— Дед, я же...
— Молчи, — мягко остановил его Александр Яковлевич. — Мне в мои-то шестьдесят пять шарики надувать — несерьёзно. А вот быть твоим стратегом — это я могу. Я же на Байконуре графики сложнее чертил.
Он ткнул пальцем в красную клетку месячного челленджа:
— Планка — это твоё. Молодому позвоночнику полезно. — Затем перевел палец на синие строки: — А шарики... Я тебя научу, как диафрагмой работать. По-байконурски.
В его голосе звучала не стариковская упрямость, а спокойная уверенность профессионала.
— Но дед, — осторожно начал Максим. — Ты же мог бы просто...
— Что? — дед снял очки, медленно протер стекла. — Пройти игру за тебя? Нет, Максим. Это было бы нечестно. По отношению к тебе. И к тому мальчишке из семьдесят второго.
Он снова надел очки, и его взгляд стал острым, цепким:
— Я тогда не успел стартовать. Теперь у меня есть шанс сделать всё правильно — помочь стартовать тебе.
Он разложил на столе два телефона — свой старенький кнопочный и современный внука:
— Вот мой командный пункт. Здесь — связь с тренером. Здесь — исполнение. Приступим. До старта — четыре дня.