Пироман поневоле. Часть 21
Пётр
Утро было тяжёлым утром студента перед экзаменом, к которому готовился всю ночь и утром не можешь продрать глаза, чтобы встать и бежать на этот самый экзамен. Не могу сказать, что готовился я прям всю ночь, но после пары кружек пива я отправился к себе и до двух ночи развлекался с уником имитирующим поединки. Что так, что этак выходило, что стража мне не победить. Самым лучшим результатом была ничья, в которую я смог свести всего один поединок. Повторить данный результат не удалось, из чего я сделал вывод, что была симуляция ошибки противника, подобные ситуации были заложены в программу.
Уже собираясь выходить я получил сообщение от наставника, что последняя часть аттестации будет проходить на одном из внешних полигонов за городом. Для меня это по сути ничего не меняло и я отправился к выходу с базы, где должен был встретиться со всеми, кто этим утром будет участвовать в моём испытании и судить его. На улице, кроме судейской коллегии в трёх лицах и наставника, был только один незнакомый мне персонаж: мужчина тридцати-тридцати лет, совершенно не примечательное лицо, среднего роста, одетый в стиле милитари.
- Знакомься, это Серых Владимир, манипулятор земли, по воле жребия твой противник в предстоящем учебном бою, - представил мне незнакомца старый матершинник.
- Пётр Кудрявцев, огневик, - представился я, пожимая землеройке руку, - надеюсь смогу вас удивить.
- Будем знакомы! А вот удивлять меня не надо, я сам удивить могу, - скупо улыбнулся Владимир.
- В пути поговорите. Рассаживаемся и поехали, - поторопил всех Эдуард Эдмундович, - хотелось бы ещё на обед успеть.
Я сидел в столовой и рассматривал лежащий на ладони жетон. Обычный дюралевый жетон, как у военнослужащих, на котором был указан личный номер и номер пятёрки, к которой приписан страж. Пятьсот шестнадцатая пятёрка смертников, как уже успели окрестить новые отряды стражей. От обычных звеньев они отличались тем, что входили в них люди, которые решили посвятить себя борьбе с новым врагом и бороться с ним не жалея себя. По своей сути это были отряды добровольцев.
И вот я сидел и рассматривал жетон, с владельцем которого мы общались буквально пару дней назад. Который не вернулся с последнего задания. “Был человек и нету, только кусок металла от него и остался. А могли все там остаться” - думал я, разглядывая жетон.
Стоит немного рассказать о том, что случилось с момента аттестационного боя с Серых. Мне почти удалось свести бой в ничью, что аттестационная комиссия учла в своём решении моей дальнейшей судьбы.
Примерно через пять минут после начала поединка, я понял, что начинаю выдыхаться - поддерживать взятый противником темп оказалось не просто. Владимир задорно улыбался и не выказывал ни малейших признаков усталости, в то время как я всё глубже уходил в оборону и понимал, что “это провал, братан”. Стоит наверное сказать спасибо тому, что я огневик и связанным с этим особенностям - уже не в первый раз в моей душе, как второе дыхание, разгорелось пламя ярости и я смог немного увеличить скорость реализации техник, что позволило даже перейти из обороны в наступление. Стоило порадоваться этому факту, как последовала расплата: землеройка познакомила меня с техникой каменной травы или каменных ножей - только быстрые ноги помогли моей пятой точке не узнать насколько остры каменные лезвия вылезшие из земли, как трава. Так я и носился по полигону блокируя, отклоняя, а где-то и просто уворачиваясь от атак земляка изредка отправляя ему ответные приветы.
Все понимали, что долго это продолжаться не может, так оно и случилось - Владимир прижал меня к краю купола, которым был огорожен полигон. Спрятавшись за одним из камней, что были тут и там разбросаны по площадке, я анализировал, что я могу сделать, чтобы не проиграть совсем уж позорно - о победе речи быть и не могло. Затопленный пламенем ярости разум бился во все стороны, но никак не мог найти выход из сложившейся ситуации. Я взвыл и от безысходности кинул каменюку, за которой скрывался, в противника. Звучит это гораздо проще чем было на самом деле. Руки до самых плеч стали воплощением огня и со всей силы толкнули камень в сторону Владимира. Со стороны это выглядело эффектно: протуберанцы пламени, вырываясь из состоящих из магмы рук, с ускорением толкали многотонный камень к цели, которая с удивлением обнаружила, что подошла слишком близко. Серых мгновенно оценил ситуацию и понимая, что уйти от столкновения не успеет, построил многослойную защиту. Грохот, пламя и визг разлетающихся каменных осколков стали итогом контакта каменюки и человека. Когда осела пыль, стало видно сидящего в паре метров от места столкновения Владимира, который тряс головой и что-то бормотал сквозь зубы и навзничь лежащего меня. Всего этого я не увидел, так как вырубился от перенапряжения за пару мгновений до того, как мой снаряд достиг цели.
Очнулся я через пару дней в медблоке, сильное истощение сказали наши медики. Вечером обессиленного больного навестил наставник, положил на прикроватную тумбочку невзрачную коробочку и поздравил с зачислением в пятьсот тринадцатую пятерку.
- Я обещал дать тебе возможность выбрать отряд по своему вкусу, - сказал он, - но поверь - лучшей команды для тебя не будет.
Отдыхать в лазарете пришлось больше недели: “Не имеет смысла вливать жизненную силу лекарей в такого болвана, как ты” - сказал мне лекарь. Знакомство с “пятёркой",в которой мне предстояло работать было сложно осуществимо - ведущий пятерки и один из бойцов были в лазарете, двое не вернулись с задания, а оставшийся целым член отряда лечил душевные раны при помощи разнообразных многоградусных жидкостей. Я решил начать с более менее доступного члена отряда: псионика-в запое. Когда я постучал в дверь комнаты, в которой обитал единственный доступный для знакомства член отряда, то с той стороны что-то с грохотом упало, послышались приглушённые шаги и дверь распахнулась.
- Ты кто? - человек стоящий напротив меня был мягко говоря потрёпан: трёхдневная щетина на обветренном лице, мешки под глазами и стойкий запах перегара только дополняли замызганную майку и растянутые тренировочные штаны.
- Пётр. Оформили к вам в пятёрку, - невозмутимо ответил я.
- А-а-а-а… Свежее мясо! - ухмыльнулся псионик, на пару секунд зажмурился и разом протрезвел.
- Уф! Не люблю так делать, - он потёр виски.
- Не такое уж мясо и свежее, - ответил я, снимая маскировку с лица.
- Дай мне двадцать минут, поговорим в столовой, - я кивнул и отправился в сторону трапезной.
- ...смяли щит… Меня просто слегка контузило, командира и “темнилу” приложило сильнее, что стало с Максом и Псом мы даже не знаем, - Роман прервался и припал к стакану с компотом.
Мы около полутора часов сидели в столовой и мастер-псионик Роман Рябцев, по прозвищу Соловей, рассказывал о пятьсот тринадцатой пятёрке. Ким был прав на все сто, лучшего отряда для меня было не найти - пятёрка мстителей, которые пытались попасть на любую операцию, которая проводилась против членов ордена Феникса. Удивительно, но именно так называли себя люди противостоящие братству. Даже учитывая то, что пленных было уже несколько десятков, знали мы всё равно невыносимо мало и пятьсот тринадцатый отряд как раз и занимался тем, что пытался взять в плен кого-то знающего больше обычных бойцов, но тех кто мог что-то знать захватить не удавалось - когда противник понимал, что вырваться не удастся, они кончали с собой так, что получить какую-нибудь информацию из их мозга было невозможно. И вот на последнем задании они попали в засаду вырваться из которой удалось не всем.
- Таких оплеух мы давно не получали… Либо кто-то нас сдал, либо это была заранее подготовленная подстава, - было видно, что этот битый жизнью и обстоятельствами мужчина, действительно переживает из-за провала операции,- В любом случае нас там ждали.
Какое-то время стояла тишина, мы думали каждый о своём. Я вспоминал жизнь, до пробуждения моей силы, а Роман, судя по его лицу, в очередной раз проигрывал в голове события, которые привели пятёрку к трагедии. Внезапно он поднял глаза и спросил: - А тебя где так разукрасило? Ты же совсем новик ещё?
- На первом же выходе с наставником, - ухмыльнулся я, - в Сирии. Я тогда меньше полугода, как инициировался, но прогресс был отличный и промежуточный зачёт я сдал, так что поехали всей честной компанией: наставник, двое его старших учеников и я. Как раз первое столкновение с куклами…
- Читал отчеты, жарковато было, - кивнул Роман.
- Ну для меня так уж даже через чур, - рассмеялся я своей незамысловатой шутке. Роман пару мгновений недоумённо смотрел на меня, а потом тоже расхохотался.
- Через два-три дня ребята выйдут из лазарета и начнём слаживание, - отсмеявшись сказал псионик, - пока что можешь заняться своими делами.
- Боюсь у него не будет возможности заняться своими делами, - раздался голос сбоку, - он будет занят учёбой, - Ким подкрался незаметно и уже готов озадачить своего ученика.
- Наставник, - я обозначил поклон, Роман вяло махнул рукой, - когда приступаем?
- Вот это настрой! - Роман улыбнулся, - Что ж удачи вам! Пётр, жду через пару дней.
По обыкновению Прах не потащил меня сразу на занятия, а предложил прогуляться. Неспешно шагая мы дошли до набережной Оби и пошли вдоль реки. По пути молчали - у меня уже вошло в привычку не задавать наставнику вопросов не по делу, а Ким… Ким просто молчал. По его лицу, как и всегда, было сложно понять о чём он думает. Возможно как и я он наслаждался прогулкой, а может и мысленно выстраивал новый план учёбы с учетом изменения статуса ученика или ни о чём не думал. Я уже давно понял, что с этим человеком возможно всё.
- Я думаю, что пора тебе сменить прозвище, - прервал молчание наставник и замолчал. Я терпеливо ждал, было весьма интересно и немного страшновато - ну мало ли, что придёт в голову этого нестандартного человека.
- Пэйта. С этой минуты тебя будут звать Пэйта, - говорил он очень серьёзно, - На одном из языков североамериканских индейцев это значит огонь, я думаю тебе подойдёт.
“Могло быть и хуже”, - с философией стоиков подумал я, - Созвучно имени и по смыслу подходит.
- У тебя неплохо развилися дар, улучшились навыки и прибавилось уверенность в себе. Заниматься, как раньше мы больше не сможем - ближайшее время у тебя будет боевое слаживание с отрядом, а потом занятия провести получится только в те моменты, когда ты будешь свободен от служебных обязанностей и у меня будет время. Я составлю для тебя план для самостоятельной подготовки, которому ты будешь следовать, а в те моменты, когда мы будем встречаться, я буду тебя экзаменовать по пройденному и давать по возможности что-то новое. Хоть ты и был на боевом выходе, но это не совсем то, что тебе предстоит в дальнейшем. Вы будете действовать обособленно в отрыве от базы, скорее всего по данным, которые сами и добудете и как в прошлый раз эвакуации может и не быть. К чему я это говорю - будь готов к тому, что придётся бросить раненого, добить пленного и жить без малейших удобств.
- Дмитрий Сулейманович, вы же понимаете, что я готов ко многому… Особенно после подготовки под вашим руководством, - улыбнулся я. “И того, что случилось в последнее время”.
- Время покажет так ли это, - тишина на какое-то время окутала нас, - За оставшиеся до твоего вступления в отряд дни, я хочу научить тебя способу создания техник, который поможет тебе выжить, а твоим врагам быстрее отправиться к своим богам.
Это было интересно, жизненно необходимо и обещало новые тренировки, к которым я уже успел привыкнуть и не мыслил себя без них. Конечно можно оттачивать уже имеющиеся навыки, что я безусловно собираюсь делать, но и узнать что-то новое всегда полезно, а уж если ещё и интересно… Совпадение этих двух параметров, как и желание выжить, положительно влияют на усвоение материала.
То что мне дал Ким было просто фантастикой! Я теперь мог создавать все техники из своего арсенала с любой энергонасыщенностью и они совершенно не фонили в “эфир”. Плюсом к этому основному умению шёл небольшой бонус: все техники манипуляторов огня очень яркие во всех смыслах, но теперь я мог делать их и визуально менее заметными. На полноценное усвоение нового материала у меня ушло пару недель, но учитывая мои новые возможности не удивительно, что меня назначили на должность разведчика в нашей пятёрке. Страж, который раньше занимался разведкой в отряде, не вернулся с последнего задания, а без разведчика отряду не выжить. Я совершенно точно знал, что от того как я буду делать свою работу будут зависеть жизни всего отряда и в первую голову моя собственная.
Пока подбирали последнего члена отряда, наставник гонял меня по курсе разведки и это помимо того, что пятьсот тринадцатый по четыре часа в день проводил совместных тренировках.
В должности старшего пятёрки состоял Зен Кумаса, обрусевший грек, около пятнадцати лет назад приехавший в Российское отделение братства по приглашению знакомого из штаба, да так и оставшийся тут. Полноватый сорокадвухлетний мужчина со слегка одутловатым лицом, добрыми глазами и истинно греческим носом располагал к себе с первого взгляда - в человеке с такой внешностью ни за что не заподозришь матёрого душегуба со стажем. Тренироваться под его началом мне понравилось, сразу было видно, что для любой ситуации у него есть то или иное решение, а в большинстве случаев и не одно. Для одной и той же ситуации он менял вводные по несколько раз за день и мы начинали снова и снова проходить тренировочное задание сначала в виртуале, а потом и непосредственно на полигоне. При таком подходе мы умудрялись за тренировку прогнать десять-пятнадцать сценариев одних и тех же действии. Ребятам было проще, так как большую часть упражнений они все уже проходили и не один десяток раз, но необходимость притирки друг другу все отлично понимали. Как понимали и то, что когда отряд снова станет полноценной пятёркой, то придется выполнять эти и другие аналогичные задания снова.
Отдельно стоит сказать о лекаре отряда - Викентии Самойловиче Каце. Когда слышишь подобное сочетание фамилии, имени и отчества, то сразу вспоминаются анекдоты про Мойше и других еврейских персонажей. Викентий выглядел не так. Его внешность разительно отличалась от того, что можно представить - если надеть на него кольчугу и шлем, дать в руки топор и щит, то получился бы настоящий викинг, чтущий древних северных богов. Коренастый, около метр семидесяти сантиметров ростом, он словно был соткан их жил, волосы цвета воронова крыла были выбриты так, что образовывали невысокий гребень. При взгляде на него слово тёмный само просилось на язык, а вот лекарь вообще не вязалось с его внешностью. “Хоть что-то в мне есть от еврея, - пошутил он как-то, - профессия”.
Перед одной из тренировок Кусмаса сообщил по внутренней связи, что задерживается и тренировки сегодня не будет. Я попытался связаться с Кимом, но он не ответил, лишь позже прислал сообщение, что ближайшую неделю занят. Тренироваться не было совершенно никакого желания и я решил прогуляться по городу. Хоть местные и считали его вполне заштатным городом, но Нижневартовск, как и мой родной Орел был местной столицей. Населения тут было тысяч на сорок меньше, чем дома, но вот площадь, которую занимал город превышала площадь Орла в пару раз. Так что было где походить и что посмотреть человеку со стороны. Дойдя до набережной, немного подумал и вернулся назад, туда где была гостиница, в которой мы с Элей оторвались после событий в Сирии. Я стоял и вспоминал события тех дней, ту частичку счастья, что выпала на нашу долю. Стало невыносимо тоскливо и в душе начала подниматься огненная пелена гнева на тех, кто посмел покуситься на мою половинку.
Привычно уже собравшись и погасив до поры до времени вулкан своей ярости, я развернулся и направился обратно к набережной. Вспомнилась одна из лекций Праха, которую он прочитал мне в самом начале наших занятий.
- Я согласился взять тебя в ученики при условии, что ты не будешь жить прошлым, - против обыкновения мы не неслись куда-то, не надо было уворачиваться от атак наставника, я просто сидел в позе лотоса и слушал, - Мне кажется для тебя это не совсем возможно. Не перебивай, я сейчас объясню, что имеется ввиду. То, что у тебя исчезла девушка делает тебя слабее и никакие мои слова не заставят тебя выкинуть её из головы. Мы обратим эту слабость в силу.
- Но… как? Как это поможет стать сильнее?
- Ты хочешь вернуть её и отомстить тем, кто похитил её. Чувствуешь, как ярость начинает гореть в тебе? Это хорошо, она делает тебя сильнее. Но ты чувствуешь скорбь - это плохо, она делает тебя слабее. Я научу тебя контролировать эти и другие эмоции, научу разжигать свою ярость и гасить свою скорбь.
“Что ж, Ким смог меня обучить и этому тоже. Сколько же знает и умеет этот человек? Интересно, сколько ему лет…” - я шёл и думал о то кто же такой мой наставник. Удивительно сколько всего знал и умел этот человек, сколько тайн хранит его разум. Внезапно я сбился с шага, сердце дало сбой и застучало пулемётной очередью - я ещё не успел понять, что настолько привлекло моё внимание, а сознание уже сигнализировало о чём-то ещё не ясном. Остановившись, я огляделся вокруг и чуть не упал, когда понял, что я вижу. Точнее кого.
- Эля? - прошептал я не веря своим глазам - она стояла облокотившись на ограждение набережной и смотрела на беспокойную глядь Оби.
Шаг навстречу, кто-то из прохожих задевает меня, я на мгновение теряю девушку из поля зрения.
- Ты что слепой?! Смотри куда идёшь! - гаркнул зацепивший меня амбал.
- Извините, - быстро кидаю здоровяку, поворачиваюсь и вижу, как она поворачивается и уходит.
Ошибки быть не может - этот профиль я бы узнал среди тысячи лиц. Видимо её как-то удалось бежать! Или её зачем-то отпустили? Неважно! Телепаты разберуться и избавят её от закладок, в худшем случае заблокируют их! Бегу за ней. Ещё буквально пара шагов и я догоню её.
Окружающая действительность начинает неуловимо меняться, сбавляю шаг. “Что, чёрт возьми, происходит?!” - это уже не Нижневартовск: неуловимо изменились дома, иначе одеты люди, другая набережная и река гораздо меньше. “Меня атаковал телепат?” - уже привычно выстраиваю в голове карусель мыслеобразов и создаю слабый кокон вокруг головы - ни-че-го. Либо слишком поздно, либо это что-то другое.
“Это же Питер! - я крутил головой, стараясь не отставать, - это адмиралтейство, дальше должны быть львы и будет ответвление малой Невы. Точно, Питер!”
Продолжая следовать за Элей я пересёк Дворцовый мост и понял, что меня там нету - я шёл дальше по набережной Оби. Постаравшись удержать это состояние, не теряя картинку из Питера, я дошёл до ближайшей лавочки и сел. Та часть меня, которая следовала за Элей, назовём это каким-нибудь астральным двойником, следуя за девушкой обогнула Зоологический музей. Девушка подошла к технологической двери и зашла внутрь. Попытка проследовать за ней ознаменовалась болью и внезапным открытием - когда я попробовал открыть дверь, моя рука прошла сквозь дверную ручку, погрузившись до локтя в дверное полотно, я видимо зацепил стоящую внутри защиту и контакт прервался, а я охнул от накатившей головной боли. Из носа пошла кровь и я поспешил запрокинуть голову, чтобы не заляпать одежду, но стоило резко задрать голову вверх, как меня сильно затошнило и вывернуло рядом с лавочкой, на которой я сидел. Прохожие неодобрительно смотрели на меня и качали головами.
- Обеда ещё нет, а уже нажрался! - кто-то озвучил мысль, которая наверная была у многих, кто меня видел сейчас.
- Или наркоман какой, - добавила старушка сидящая на соседней лавочке и перекрестившись поковыляла прочь.
“Надо возвращаться на базу, а то свалюсь ещё ненароком”, - я встал и пошатываясь зашагал в сторону дороги.
Привет моим 84 подписчикам! Извините, что так долго не писал - я ленивая жопа. Постараюсь исправиться, но ничего не обещаю. Как всегда арт из инернетов.
