Пересказ Достоевского идиота⁠⁠

Вот привезли из швейцарской дурки нашего "князя Христа". Мышкин, звать. На вид – лох лохом, глаза мокрые, а в башке то ли святость, то ли припадочный бред (эпилепсия, если по-ученому). Денег – ноль, но наследство внезапное подвернулось. Ну, думает Петербург, лоха на бабки развести!Первым делом наш блаженный ушами хлопает на фотку – Настасья Филипповна, краля знатная. Барча из хорошей семьи испортил, а теперь она как шальная: то в роскоши купается у содержателя Тоцкого (старый кобель, ей богу), то сама себя грязью поливает, мол, "продажная тварь я". Нервы, короче, ни к черту. И вот наш "праведник" Мышкин, едва завидев ее живьем, как дурак на блины: "Ах, вы страдалица! Ах, вас жалко!" Да она в три раза его умнее и в десять – циничнее. Сразу поняла: или лох лохом, или святой – в общем, псих.А тут еще Рогожин подкатил – купецкий сын, бабла куры не клюют, но дикарь ревнивый, глаза горят, как у волка. Настеньку свою он хоть на цепь посадить готов. И вот они, трое несчастных, и понеслась пьяная карусель: Мышкин слюни распускает, Настасья Филипповна между ними мечется – то к "ангелу" рвется, то в пропасть к Рожанину (Рогожину, то есть) ныряет, сама себя на дно тянет. Любовь у нее – как нож острый, только резаться.Не забыть про Ганьку Иволгина – подлец редкий, мечтает Настасью Филипповну за бабло заполучить, да и наследство Мышкина прихватить. Рожа ему, как идиоту, тридцать тыщ за девку сует – Ганька чуть слюной не давится, готов продаться, да гордынька дурацкая помешала. Сволочь, одним словом.А еще князю втюрилась Аглая Епанчина – девочка юная, из высшего света, ветер в башке. Увидела Мышкина – ну, "не такой как все", оригинально! Романтика! Да только "оригинальность" эта – прямая дорога в дурдом. Наивная дура, думала, он ее спасет от пошлости, а он только и может, что про "страдания" Настасьи Филипповны ныть.Финал? Классика жанра. Настасья Филипповна, эта вечная истеричка, сбегает от алтаря с Мышкиным прямо к Рогожину. Ну а что вы думали? Рожа, этот зверь ревнивый, терпение лопнуло. Принял ее "по-купечески" – да и перерезал как барана. Князь наш, увидев труп любви всей своей жизни, окончательно крышей поехал – сидит над трупом да бормочет, как в Швейцарии, идиот несчастный. Рогожина – на каторгу, Мышкина – обратно в психушку. Аглая – сбежала с каким-то проходимцем-поляком, счастья не нашла. Ганька – спился. Всех "спас" наш "князь Христос". Праведник, блин. Только праведность его – как нож: всем больно, а толку – ноль. Идиот он и есть идиот. Конец истории. Никто не выиграл, все проиграли. Как и любил Достоевский.

Текст сгенерирован нейросетью