Папа
Вчера мы встретились на улице и он не узнал меня; ссутулившись, глядя перед собой, прошёл мимо. Я окликнул его, он обернулся и, улыбнувшись, как всегда молча, протянул мне руку. Здравствуй, папа.
С электрички шёл, домой с дачи приехал с внуком, сыном моего младшего брата. Постарел; заметно. Было поздно и мы разошлись своими дорогами, а на меня накатили воспоминания...
Конец 1970-х. Мне было лет шесть, я ещё в школу не ходил, когда он появился в нашей семье. Отец давно оставил нас, и случай свёл маму с дядей Валерой, с которым она несколько лет назад училась в одном классе. Я помню игрушечный автомат, который он подарил мне; на батарейках, с лампочкой, с какой-то трещёткой – очень крутая и дорогая игрушка по тем временам.
Начало 1980-х. Я не помнил родного отца и очень быстро стал называть дядю Валеру папой. Мне самому этого хотелось, чтобы как у всех было. И ему тоже хотелось. Он учил меня рыбачить, насаживать червяка и хлебный мякиш на крючок. Он брал меня с собой в лес, учил разбираться в грибах. Мне это было не очень интересно, но хотелось быть с ним, рядом.
Середина 1980-х. Уже несколько лет у меня есть младший брат, а теперь появилась и сестра. Многодетной семье дали квартиру в новом доме, четырехкомнатную, и я, как старший сын, помогаю папе с ремонтом и доделками того, что не доделали строители. Он учит меня работать со штукатуркой, деревом, электрикой. У меня получается.
Начало 1990-х. Мы сидим на КПП воинской части, где я служу уже пол года, и он достаёт из сумки несколько пачек папирос. Я никогда не курил при родителях, прятался, но он знал. И обменявшишь дежурными вопросами о делах и здоровье мы сидим и молчим. Он всегда был замкнут, немногословен, да и я такой же, поэтому тишина не тяготит нас.
Середина 1990-х. Родители успели вложить последние накопления в дачный участок и домик, к которому мы идём сейчас по лесной тропинке со станции. Он впереди, я за ним; курю тайком, а он делает вид, что не замечает. Не до этого сейчас, нужно под картошку копать, нам с этой дачи ещё всю зиму кормиться. В одиночку он уже не справится.
Мы никогда не были близки. Он не был мне отцом, он не был мне другом, я не делился с ним сокровенными тайнами, я не ходил к нему за советом. Но он всегда был рядом. Он и сейчас рядом, живет с мамой на соседней улице и я, хоть и изредка, наведываюсь к ним в гости. И каждый раз он встречает меня у дверей, и каждый раз улыбается и, как всегда молча, протягивае руку. Здравствуй, папа.
